Маленькая хозяйка замёрзших фьордов - Оксана Руф Страница 31

Их невозможно распознать, если они внедрились.

Ну… Я почесала подбородок и скривила губы. Раньше нельзя было.

— Габ, — тихо позвала я маркиза, стараясь привлекать как можно меньше внимания. Если уж у нас в замке завёлся морф, то кто его знает — один он или с подмогой. — У меня есть идея, но без тебя, боюсь, мне не справиться.

Маркиз кивнул и одним движением пальца заставил гнома молчать.

А что, раньше так нельзя было сделать? До глубины души возмутилась я. Надо было ждать, когда из него весь гномий запас коварства и жадности вылезет?!

Фух. Надо успокоиться, иначе опять поругаемся.

Я показала язык Белуну, фыркнула в сторону кривившей рожу Чивасе и пошла в сторону выхода из зала.

— Соль! — Габ догнал меня у дверей и придержал за локоть. — Ты сказала что можешь спасти его.

— Верно. — Я медленно вытащила руку из захвата и потёрла ноющую кожу. — Видишь ли, благословение Святой, которое часто использовали в храме, имеет один невероятный эффект.

— Какой?

— Оно возвращает к жизни.

— Как нежить? — Габриэль обернулся и потащил меня наружу, не забыв прикрыть за нами дверь. — Мне нужен нормальный Доуль. Он не заслужил такого. — Габ заострил внимание на чём-то позади меня и внезапно дёрнул глазом, а потом и вовсе оскалился.

— Не как нежить. — Я обернулась, но не заметив ничего странного, продолжила объяснять. — Ты, возможно, этого и не знаешь, так как живёшь на отшибе империи, но святой отец Капел, который является наместником бога Ахарбы, уже многие годы имеет статус неприкосновенного для Смерти.

— Это как?

— Обычно. — Я пожала плечами. — Просто его вот уже десять раз возвращали к жизни. Полноценной. Как бы сказать. — Я воздела очи к потолку и задумалась. — Если брать самый распространённое и близкое определение, то можно сказать, что он бессмертный? Как-то так, в общем.

— Бессмертный, — зловеще повторил маркиз, отчего мне показалось, что воздух в замке стал холоднее на несколько градусов. — Священник и бессмертный?

— Именно. Но только он. В общем-то, его бессмертие и было главной задачей Святой Ахарбы, но так как это заклинание требует прорвы сил, то человек может использовать его всего несколько раз в жизни. Раньше такие силы применялись только в крайних случаях, когда страну захлёстывали эпидемии или голодомор, к примеру. Заклинание жизни помогало людям выжить. Но с тех пор, как воцарился последний понтифик, его перестали применять, аргументируя тем, что все мы ходим под богом, и даже эпидемии приходят лишь с его позволения. Бред в общем-то, но люди верят.

— Почему бред?

— Да потому что богам абсолютно наплевать на человечество, — усмехнулась я. — Они устали от своих детей и предпочли наблюдать за всем издалека.

— Но ведь ты сама…

— Тебя впечатлили мои силы, да? — я горько усмехнулась. — Знал бы ты, на что пошла мать, чтобы хоть кто-то из богов сжалился и услышал молитву.

Габ устало растёр лоб и вздохнул.

— Ладно, я понял, что эта тема слишком серьёзна для того, чтобы обсуждать её на глазах у всех. Давай для начала решим вопрос с Доулем и… его копией.

Копией?

Про морфов так не говорят. Морфы умеет быть лучше оригинала. Я прищурилась, пытаясь понять, что за странное чувство терзало меня на протяжении всего времени, что я провела на этих землях. Фактически, я пробыла здесь сутки. Успела обойти замок — те его части, что ещё не погрёб под собой лёд, познакомилась с черепом посмертника, которого Белун обозвал продажной шкурой, и нашла плесень. И в общем-то, только богатый опыт проживания в трущобах помог мне не сойти с ума. Окажись на моём месте другая девушка — я не бралась бы прогнозировать последствия её появления здесь. В этом огромном и холодном гробу.

Убедившись, что вся семейная братия осталась у едва живого великана, я поманила Габа за собой. Вычислить морфа можно. Но для этого нам понадобится наживка.

Я остановилась у поворота в коридор и тихо выдохнула.

— Ты думаешь, что среди них кто-то уже был… — Габриэль искал подходящее слово и найдя, продолжил: — Заменён?

— Эти-то? — Кивком головы я указала направление и тихо рассмеялась. — Нет, конечно. Просто мне не нравится, как на меня реагируют. Ты сам уже понял, что со мной надо по-доброму, а для твоих товарищей подобное просто невозможно. Я не хочу ссориться, Габ. Но и ноги об себя вытирать не позволю. Как только всё закончится — они или присягнут мне на верность, или покинут земли Эсфиль.

Он посмотрел на меня долгим затуманенным взглядом, будто размышлял о чём-то постороннем, лишь слабо касающимся моего вопроса.

— Хорошо, — в итоге согласился маркиз. — Рассказывай.

— Морфы, за время своего существования, научились ассимилироваться. Единственный их недостаток — это невозможность иметь потомство. Они все бесплодны. — Габ кивнул. — Но они же и горды. Поэтому всегда стараются стать лучше оригинала. Известнее, умнее, добродетельнее или наоборот злее. Для них вся жизнь — это игра на выносливость и хитрость. Видимо, наш морф проник в замок ночью. Не знаю как, — тут же подняла я руки, видя недовольно поджатые губы маркиза. — Но проник. Может, он был одним из хиёлт — разведчиков. Может, одним из ночных стражей. Или вообще притворился… — Я распахнула глаза и открыла рот. Боже мой. А ведь Белун был прав, когда сказал, что это я виновата. — Г-габ, это… — Я сглотнула и покусала губы. Чёрт возьми, так стыдно и неловко, но сказать всё же придётся. — Я думаю, что морф был рядом с самого начала.

— Не понял. С какого начала?

— Да видишь ли… Мне кажется, что Юль и есть морф.

— Нежить? — Я кивнула, почёсывая руку. Старая привычка, выработавшаяся ещё при храме, когда мне приходилось выслушивать нравоучения и угрозы от храмовников или отца Капела. — Ты в своём уме? — Он даже голоса не повысил. Кажется, в данный момент его заботила моя возможно свихнувшаяся личность, а не вероятность подмены нежити. Габриэль прижал ладонь к моему лбу и подозрительно затих.

— Что?

— Да нет. — Он встряхнул кистью и отвернулся. — Температуры нет, так что это не горячка. Получается, что ты действительно веришь в то, что твой Юль может быть этим морфом?

— Да. Я не думаю. Я уверена. Видишь ли, для новорожденной нежити он слишком умён и сообразителен. Много раз за эти два дня он меня удивлял, но я всё списывала на нашу связь, совершенно забыв о том, что на территории маркизата действует самое сильное в