"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер Страница 281

Я внимательно слушал и не перебивал, как полагается воспитанным людям. Интересно, к чему приведут его «просьбы» и размышления.

— Служба безопасности империи будет следить за серой зоной, — Жмелевский наклонился чуть ближе. — Больше никто не должен проникнуть в нашу страну. Люди начали волноваться, что так просто заглядывали монголы. А монарх заботится о своём народе.

— Вот всё хорошо, и идеи отличные, — погладил подбородок, собираясь с мыслями. — Но то, что вы просите, это…

— Необычно? — предложил он.

— Скорее, неправильно, — покачал я головой. — Мои земли, и власть на них только моя. В этом суть земельных аристократов. Ещё давно император заключил союз с многими родами, которые получили независимость. Да, мы всегда поддержим монарха в вопросах войны и защиты страны, но всё остальное — это посягательства на мою собственность.

— Вы правы. Вот только тяжёлые времена требуют сложных решений, — подхватил он мою мысль.

А этот мужик мне нравится. Настолько вежливо, деликатно пытается нагнуть. Вот так и должны себя вести аристократы. Несмотря на военную выправку, говорить он умеет.

— Видите ли… — Жмелевский поднялся одним плавным движением.

Саша тут же отставила чашку, торопливо запихнула в рот конфету и вскочила следом. Ставленник императора достал из кителя папку и протянул мне.

Я начал читать, и брови сами поползли вверх. Изображал искреннее удивление и шок, пока внутри всё переворачивалось. Сука! Какой же Запашный урод… Вот почему тварь не могла нормально уйти на тот свет? Умудрился, собака сутулая, нагадить перед смертью!

Перелистывал бумаги, и глаза расширялись всё больше. Мать моя женщина! То, что говорили Тёркины… Выходит, жила на моих землях просто гигантская, одна из самых больших в стране. Если получу доступ ко всему этому, то…

— Видите? — голос Жмелевского прозвучал над ухом.

— Подождите, ещё изучаю, — не отрывался я от документов.

Когда Запашный, чтоб ему глистом переродиться, понял, что у него ничего не выйдет… Он отправил всё, что расследовал, императору. И понятно, ведь тот упускать такую жилу не собирается.

— Получается, это скрывал ваш предшественник? — задал провокационный вопрос, внимательно следя за реакцией.

— Почему же? Господин Запашный всё предоставил императору, — даже мускул не дрогнул на лице Жмелевского.

— Разве? — улыбнулся я, используя информацию, которую нашёл в бумагах. — А вот даты исследования земель говорят об обратном. Хотя на вашем месте нормально прикрывать нечистого на руку ставленника императора. Это же какой шум поднимется. Все, кто с ним работал… А он…

— Магинский! — оборвал меня мужик, и его шрам побелел.

— Что такое? — невинно положил папку на стол. — Я не лезу в политику, но эта тварь выпила у меня кучу крови, — сменил тон на более резкий. — Да и у моего отца и деда. Он хотел всё заграбастать себе. И не нужно так на меня смотреть, городок маленький, все уже знают. А теперь вы его мёртвую жадную задницу прикрываете?

— Сейчас это неважно, — голос Жмелевского остался таким же ровным.

Хорошо… Провокация не сработала. Мне он нравится ещё больше.

— Для вас — да. Для меня — нет, — пожал плечами. — Теперь понятно, почему государь запереживал о гостях из других стран. Ещё бы, стоит джунгарам или монголам узнать, что у них под боком…

Внезапно огонь мгновенно заполнил весь зал. Глаза мужика полыхнули алым. Отлично! Я нашёл слабое место.

— Магинский, следите за языком, — пламя исчезло так же быстро, как появилось, и голос ставленника снова стал спокойным.

— А что я не так сказал? — посмотрел на Сашеньку, наблюдая, как та замерла с конфетой у рта. — Что монарх переживает о своей стране и редких ресурсах, которые находятся на моей земле?

— Как понимаете, у вас нет выбора, Павел Александрович, — Жмелевский повернулся всем корпусом. — Слишком большое месторождение, у него статус стратегически важного.

— Тут вы ошибаетесь, выбор есть всегда, — я улыбнулся и поднялся, отмечая, как напряглась Саша. Её разноцветные глаза впивались в каждое моё движение. Вот кто действительно следит за обстановкой.

— Вы обязаны бросить все силы на добычу кристаллов для страны, — заявил мужик тоном, каким отдают приказы солдатам. — Император позволяет вам оставить три процента себе.

— Как щедро, — кивнул, чувствуя, что внутри поднимается волна раздражения. — Но я не должен или обязан, а имею право разрабатывать месторождения. И только потом обязан сдавать их императору.

Интересно, насколько далеко он готов зайти? Самоуверенный генерал, привыкший, что его приказы тут же выполняют. Но я не солдат.

— О чём вы? — в голосе Жмелевского прозвучало искреннее удивление.

— О том, что я не хочу этим заниматься, — снова пожал плечами. — Долго, муторно, скучно. Мой род как-то больше по охоте, зельям. Вот такое мне интересно.

— Да как вы…

— Смею! — выдохнул, подавшись вперёд. — Моя земля, мои решения.

— Хорошо, я вас понял, — впервые за весь разговор ставленник императора улыбнулся, и его шрам искривился, придавая лицу хищное выражение. — Как и сказала Саша, по-хорошему не хотите. Отлично, будет по-плохому.

— Угрозы? Как мило, — усмехнулся я и подмигнул девушке. — Мы только познакомились, а вы уже дошли до них. Ну, тогда позвольте и кое-что вам сказать. Как только начнутся постоянные проверки… Я захочу пруд! Нет, озеро. Да по центру моих территорий. Блажь вот такая у меня есть — взорвать землю, углубиться и затопить всё через Сопли. Кто знает, может быть, я уже занялся этим, а мои люди прямо сейчас роют канал?..

Зубы бывшего генерала скрипнули так, что звук разнёсся по всему залу. На его лице проступили желваки — первая настоящая эмоция за весь разговор. Понятно, что я иду на конфронтацию, но, когда тебе с порога заявляют, что должен делать и как, да ещё и почти бесплатно… Это точно не входит в мои планы.

— До свидания, Павел Александрович! — процедил Жмелевский сквозь стиснутые зубы. — Скоро мы с вами ещё увидимся.

— Жду с нетерпением. Вы отличный собеседник, нам тут таких людей не хватало, — показал глазами слугам, чтобы проводили гостей.

— А можно мне ещё взять конфетку? — голос Саши прозвучал так невинно. — Уж больно они у вас вкусные.

— На здоровье! — протянул