Маленькая хозяйка замёрзших фьордов - Оксана Руф Страница 27

— Ну. — Я почесала подбородок, смирившись с его доминированием. — Если сюда как-то попал разведчик русалок, значит и алхимик мог. Теоретически.

— Теоретически, — эхом повторил Габриэль, сжимая руки в кулаки, но оставаясь в той же позе.

— Ага.

— Почему ты решила, что это алхимик?

— Я плохо знакома с другими расами, — честно призналась я. — Поэтому могу исходить только из своих знаний, весьма скудных между прочим. — Несколько раз я слышала от стражников, что оставались в женском доме… В общем там, где я жила прежде. Я слышала, как они обсуждали исследования, проводимые по прямому приказу императрицы. В одной из магических башен есть недоалхимик, вот он ими и занимался.

Габ наклонил голову и удивлённо переспросил:

— Недоалхимик?

— Недоучка, да. Он был одним из первых, кто расшифровал трактаты древних. У него не было наставника, так что он всё делает через пробы и ошибки. Магическая плесень — его разработка. Только он хотел создать что-то, что будет пожирать нежить без ущерба для живых. Оказалось — показалось. С другой стороны, если он продал кому-то состав своей гадости, то любой мог воспользоваться шансом и…

— И… — повторил за мной Габриэль, нависая уже так сильно, что его губы едва не коснулись моих. — И попробовать завладеть этими землями, просто истребив всех живущих.

— Но это глупо!

— Почему?

Он смотрел мне в глаза, словно запоминая каждую высеченную черту радужки. Ну или пытаясь смутить меня. А может, он вообще не делал ни того, ни другого, и вся эта странная смесь чувств пополам с искрами магии мне показалась.

— Потому что никто, кроме смертника не захочет добровольно здесь поселиться, — пояснила я, чуть отодвинув голову назад.

— Но ты же здесь.

— Да-а…

— И ты не смертница.

— Не-ет… — Я чуяла какой-то подвох, но не могла понять с чем именно он связан.

— Тогда наверняка есть ещё люди, способные жить с проклятьем.

— Нет. — Я всё-таки оттолкнула его и выпрямила спину. — Кроме меня никто не сможет.

— Такая самоуверенная, — с улыбкой сказал Габ, но в его глазах я заметила тень грусти. — Я тоже когда-то таким был. Ну да ладно. К личности паразита вернёмся позже, сейчас нужно решить вопрос с питанием. Поэтому, я хочу, чтобы ты прошла со мной в хранилище и осмотрела провизию.

Я кивнула и спрыгнув со стола, спросила:

— А разве у тебя нет таких каких-нибудь?.. — Я покрутила перед глазами руками, пытаясь показать, что имела ввиду.

— Очков?

— Не знаю. У тебя много всяких приспособлений, я подумала, что и для такого случая что-нибудь да найдётся.

Габриэль вернул колчан с болтами за спину, повесил арбалет на плечо и пошёл к выходу. Из-за неспешного темпа ходьбы и лёгкой задумчивости, я смогла как следует его разглядеть. Маркиз Габриэль дю Эсфиль ещё в первую встречу показался мне слишком большим для этих мест. Но сейчас я поняла, что частично это впечатление возникло из-за объёмной, но очень тёплой одежды. Мне для согрева в замке требовалось немного божественной силы и плотная, без дыр одежда. Им же, людям, что жили в маркизате много лет и уже успели привыкнуть к вечной мерзлоте, и того меньше. Та же Чиваса щеголяла открытой грудью, которую не мог скрыть даже плотный кожаный корсет. А вот маркиз явно мёрз. И это было странно.

— Эй, — позвала я его, прежде чем мы дошли до выхода. — Ты же тратишь жизненную энергию на что-то ещё, да?

— Не понимаю о чём ты. — Он взялся за ручку и вдруг резко обернулся. — Соль, ты хорошая девочка, поэтому я сделаю вид, что не слышал этого. Но на будущее, держи свои выводы относительно меня при себе. Дольше проживёшь.

— Плохая причина. — Я встала прямо за ним и поднявшись на цыпочки, выдохнула в открытую шею: — Но могу согласиться с ней, если вместе со мной этот срок будешь коротать ты.

— Исола! — рявкнул он оборачиваясь, но я уже поднырнула под его руку и выскользнула в распахнутую дверь.

Маркиз догнал меня у лестницы и дёрнув на себя, припечатал к стене, нависнув сверху, как медведь. Ну или магзверь.

— Беру свои слова назад, — хищно прошептал он мне на ухо, обдавая кожу горячим дыханием, отчего у меня мурашки побежали по коже. И даже там, где их отродясь не водилось. — Ты плохая, очень плохая девочка. Бегаешь тут, вынюхиваешь что-то, заставляешь меня переживать…

— Н-не бегаю, — срываясь на шёпот ответила я, ощупывая пальцами стену за спиной, чтобы схватиться за что-нибудь, ведь от его близости у меня неожиданно подкосились ноги. Никак использует какое-то заклинание, паршивец!.. — Эт-то ты… ты что-то скрываешь… вот я и…

Габриэль замер, а потом потянул носом воздух за моим ухом и легко коснулся губами разгорячённой и нежной кожи. Я ахнула и зажмурилась, на чём свет кляня разбушевавшееся сердце. Его громкий стук наверняка слышали все в этом чёртовом замке.

— Скрываю, — согласился он, не отрывая губ от моей шеи. — Но и рассказать всё начистоту смогу лишь той, кто разделит со мной свою жизнь. Так что прости, Исола. — Он нехотя оторвался от моего тела и отошёл, смотря потемневшими глазами в глубине которых полыхало пламя. — Тебе придётся смириться.

Глава 18

Хранилище оказалось подвалом. Под замком, в той части, где этажей насчитывалось больше трёх, была огромная, утопленная во льду камера. Лёд в ней долбили долго, насколько я поняла по размерам освобождённого пятачка, и с большим трудом.

— Здесь нет никаких приспособлений для пахоты или работы в шахтах? — спросила я, протискиваясь вглубь пещеры следом за Габом. — Невозможно же руками всё это продолбить.

— Этот лёд не берут обычные инструменты. — Габриэль подал мне руку и помог взобраться на большой и прозрачный валун в сердце которого переливалась всеми цветами радуги огромная раковина моллюска. — А зачарование не сильнейшая моя сторона. К тому же, всё железо мы уже… успели извести.

Я потёрла ладони, чтобы немного согреться, и окинула внимательным взглядом хранилище. На первый взгляд — ничего необычного. Таких пещер можно найти хоть с десяток в горах. Но то в горах, а здесь возвышенность, к тому же рядом с морем.

— Слушай, а правда, что и вода во фьордах промёрзла до дна? У нас говорят… говорили, что за сто лет действия проклятия лёд распространился далеко в море.

Габриэль ответил не сразу. Помолчал, осматривая нажитое непосильным трудом хозяйство, и вздохнул.

— Не в море. Лёд