Фантастика 2025-152 - Екатерина Александровна Боброва Страница 266

– Я не вру, клянусь огнем, – принялась оправдываться Майра, хоть он и не думал сомневаться в ее словах, – сама слышала, как дед говорил секретарю, что скоро начнет присматривать мне мужа. Во мне единственной родовой дар пробудился, так что выдадут меня замуж, как только двадцать шесть исполнится. И никакой академии, – добавила горько.

– А я, – запнулась мелочь, задышала тяжело, – тогда сбегу. На большую землю. Там академия менталистов есть, я слышала.

Аль и не сомневался – с ее-то упрямством – сбежит. Будет рисковать, воровать, обманывать, но своего добьется. Вот только что останется от маленькой девочки? Чудовище?

– Не надо сбегать, – попросил тихо, – дай мне время. Я что-нибудь придумаю.

– Ты? – распахнула глаза Майра.

– А что такого? – с деланным видом пожал плечами Аль. – У тебя сильный дар. Губить его только потому, что ты девчонка… Сейчас не то время. К тому же я принц и должен заботиться об Асмасе. Хотя задачка не проста. Да и помогать тому, кто нарушает клятвы…

Неодобрительно покачал головой.

– Пожалуйста, – мелюзга заломила руки, в желтых глазах застыла мольба, – а я обещаю, что больше никогда-никогда.

Зажмурилась. Сжалась в комок.

– Не стану использовать дар без разрешения.

Распахнула глаза. Посмотрела так, что сердце Аля дрогнуло. Он отвел взгляд, пребывая в растерянности от нахлынувших чувств. Новых. Странных. Непривычных. От которых сильнее билось сердце, а на душе становилось тепло.

– Хорошо. Посмотрим.

И едва не упал от повисшей с визгом на шее мелюзге.

*парнокопытное животное

Глава 24

– Как вы могли? Кхм. Это не просто позор курсантского мундира. Эм-м-м. Вы обманули доверие своих товарищей. А что самое страшное – да-да – вы обманули его величество. Корона полгода вас кормила, поила, учила, а вы? Игрались? Стыдно. Безобразно.

Аль легонько толкнул дверь, увеличивая щель. Заглянул. Все, как он и думал, когда услышал брошенное одним из старшекурсников:

– Слышь, Шестой, тут дед чудной заявился. Говорит, внучку ищет. Совсем пламя мозги отшибло, забыл, что все на каникулах.

Аль тогда согласно ухмыльнулся, мол, да. Чудной. А потом лицо обожгла догадка. Замер. Нервно сглотнул. В отличие от старшекурсника он точно знал, что не все особы женского пола покинули академию. Оставалась одна. У которой – совпадение ли? – тоже был дед.

Аль, уже не сомневаясь, рванул в центральный корпус, на ходу наговаривая на браслет сообщение Четвертому и моля Девятиликого о том, чтобы Кайлес еще был в Асмасе. Хотя… три недели прошло с визита дяди. Ни помощи, ни разоблачения. Аль уже и ждать перестал, но попробовать связаться должен был.

Голос ректора, доносившийся из-за аккуратно приоткрытой двери, был тверд, суров и самую чуточку растерян. За долгие годы руководства академии редко кому из курсантов удавалось выкинуть по-настоящему что-то новенькое, но мелюзга смогла вывести ректора из себя, и потому воспитательные фразы давались Сэльсу не без труда.

Аль сделал щель шире. Девчонка, низко опустив голову, стояла в центре кабинета, на так называемом пятне позора. Откуда на самом деле взялось темное пятно на ковре, доподлинно из курсантов не знал никто, но ректор почему-то не позволял его убрать.

Сам он, хмуря брови, прохаживался в своей излюбленной манере перед провинившимся. В углу, на посетительском кресле, сидел старик. Лицо в обрамлении седых прядей волос, высушенная годами фигура, благородная осанка, сложенные ладони на трости не выражали ни единой эмоции, но от выдержанной каменности веяло таким холодом, что Аль поежился.

– То, что вы совершили, накладывает позор на…

Договорить ректор не успел, Аль толкнул дверь, пусть заходить и не хотелось – Третий шкуру снимет. Понимал, что обратной дороги нет. Но остаться в стороне не мог. За три прошедшие с момента визита Кайлеса недели мелюзга ухитрилась прорасти в сердце. Стать близкой, точно младшая сестра. Алю неожиданно понравилось обучать девчонку хитростям курсантской жизни, делиться прошлыми победами и поражениями, разрешать кормить своего вальшгаса, попутно отвечая на множество вопросов. Мелочь была жадной до знаний, и учить ее было сплошным удовольствием.

Но кто-то решил навестить внучку. Не нашел ее в школе для девочек в Тальграде, провел поиск по крови и очень удивился, когда тот привел в академию огня.

– Занят! – рявкнул было ректор, но увидев, кто вошел, смягчился:

– Курсант Альгар, зайдите позже.

Мелочь при его имени дернулась, но тут же застыла.

– Простите, господин ректор, не могу.

Ректор непонимающе нахмурился.

– Сэльс, пусть мальчик скажет. Я не тороплюсь, – тихо прошелестело из угла. – Это ведь Шестой, да? Вырос-то как! Я его еще с полено размером помню. Слабый был. А кровь все же не обманешь. Ишь, сколько силы. Н-да.

Аль мог бы не согласиться – не кровь, а ассара, но старые лорды были чудовищно упрямы в своих убеждениях, так что самым верным было промолчать.

– Так что вы хотели? – недовольно поторопил его ректор.

Аль судорожно вздохнул, стиснул кулаки. Вот он, момент принятия решения, когда понимаешь, что вершишь не только свою судьбу, но и судьбы других. Еще и корона… Незримой тенью за спиной.

И в голове голос Третьего:

– Самое трудное во власти – ответственность. Всем твое решение все равно не понравится. Даже не пытайся угодить. Главное, чтобы не стало хуже. Чуточку лучше. Без крови. Без обнищания. Без погромов. И можно продолжать, а те, кому не нравится, привыкнут. Люди всегда тяжело принимают перемены. Просто дай им время.

Аль и хотел… Дать всем время.

– Господин ректор, лорд Тигрельский, – поклон в сторону вздернувшего брови лорда, – мое почтение. Я, Альгар Соваш Ангальский, шестой принц Асмаса, наследный правитель шестого тэората, прошу разрешить мне заключить помолвку с вашей внучкой Майрой и даровать ей покровительство королевской семьи.

Кабинет погрузился в тишину, оба мужчины взяли потрясенную паузу, дабы не смущать подрастающее поколение витиеватыми оборотами. Разгоряченный пламенной речью ректор резко побледнел, а лорд, наоборот, добавил красок в лицо – Аль аж испугался, как бы алеющие пятна не свидетельствовали о приближении сердечного приступа. А потом воздух начал теплеть. Настораживающе так, словно кто-то мелкий не мог сдержать свой дар в подчинении.

Аль помянул Жыргхву, но утешить мелюзгу не