Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин Страница 260

— В тебя верит Эдгарс. Люди в тебя верят. Борьба за власть не должна убивать в тебе веру в народ. Но не все люди мечтали выбраться из болота. Кому-то и в дерьме комфортно.

— Ну тогда нужно их обратно втоптать в их любимое дерьмо! Мне понравилось править. И я хороший правитель! Я не только умею брать. Я многое дал народу, и готов дать еще! Но мы всю жизнь учимся и совершаем ошибки. К сожалению, эта деревня — моя ошибка. Здесь я себя показал не в лучшем качестве. Жажда мести затуманила мой рассудок, я думал лишь о войне и мщении. Как и ты, Червяк! Как и ты! Ты понимаешь, к чему это приводит? Нет⁈ К забвению! Тебя забудут! Смешают с дерьмом. Именем твоим будут называть не статуи или новые улицы, а вонючих псин, или гнойные шишки на члене. Кучу стриженных ногтей, застрявших в фильтре водоочистительной станции, обзовут твоим именем. Вот и вся история.

— Так может пора прекратить думать о войне? Прекратить наращивать численность своего войска за счёт ни в чем неповинных людей?

— А как иначе? Как иначе я могу гарантировать свою безопасность?

— Мы должны обойтись без лишних жертв. Кражи, мародёрства, убийства — это не должно нас касаться. У меня есть идея, как вернуть тебе власть без кровопролития.

— Я тебя внимательно слушаю.

— Но одно условие — Борис мой.

— По рукам. Если, конечно, мы поделим Бориса. И поверь, план моего мщения будет куда извращённее твоего.

Предложение Дрюни меня заинтриговало, хоть я и был недоволен этой делёжкой. Я прикидывал, что в одиночку добраться до заветной цели будет не такой уж и простой задачей, но всё же, если хорошенько поднапрячься, то можно любую бабу затащить себе в койку. Было бы желание. Так вот сейчас я желанием обладаю. И план у меня прям заебись нарисовался!

— Каков план? — спросил я.

— Я заберу себе тело Бориса. Поселюсь у него в кишках, пущу свои гнойные корни в его разум, и каждая секунда его существования будет мучительной пыткой. Я запру его в тёмной комнате, усажу в угол и все его страхи вдруг полезут на него из каждой тени, из каждого угла, из каждой трещинке на стене. Я буду давать ему передышку, чтобы он смог осознать происходящее, и как только он чуть успокоиться — кошмар повториться. Как тебе такой расклад?

— Меня устраивает.

— Я рад. Тело Бориса меня полностью устраивает. Мужчина в полном рассвете сил. Подтянутый, плечи шире зада, пресс и седая грива, словно истлевший пепел на сигарете. И моё возвращение к власти пройдёт незаметно для народа. И Рыжая будет довольна. А то знаешь, со всеми этими гнилыми отложениями она на меня поглядывает без особого вожделения.

— Ты расскажешь ей правду?

— Всему своё время. А сейчас надо готовить войско.

Дрюня уже собирался скрыться в глубине пещеры, но я остановил его.

— Нет.

— Что?

— Мы пойдём втроём.

— Куда? За грибами⁈ Ты что несёшь?

— Зачем нам бессмысленные убийства…

— Они не будут бессмысленными! Каждый поверженный враг — наше продвижение к победе!

— Ты готов объявить своим врагом твой будущий народ? Если мы нападём на них — некем будет править, а те, кто останутся в живых, возненавидят тебя.

— Если ты хотел докопаться до моего рассудка — у тебя получилось, но так глубоко не стоило рыть, я не настолько глуп. Предлагай, а я внимательно тебя послушаю.

— По чистой случайности я обнаружил короткий путь. В дорогу мы отправимся втроём: я, ты и Осси. Путь приведёт нас в знакомую мне деревушку, откуда мы уже тронемся в Оркестр. К главным воротам мы придём ночью. Главное, чтобы Борис не отправился в крестовый поход раньше нас.

— А потом что? Мы вломимся в деревню втроём и начнём всех рубить, кто посмеет кинуться на нас?

— Конечно нет. Осси проведёт нас к Борису.

— Вот так вот возьмёт и проведёт?

— Да. Она пленит меня, а ты… ну, ты просто сопровождающий. Охрана на воротах даже не будет разбираться, кто перед ними стоит. Увидят Осси и меня — и пропустят.

— Как «троянский конь»?

— Как «троянский конь». Но твоё лицо… С ним надо что-то сделать.

— Чем тебя не устраивают черты моего лица? — Дрюня без эмоционально рассмеялся.

— То, что это не твои черты лица. Я видел твоё лицо! Настоящее. Я держал в руках твою голову и видел перед собой лицо своего друга. Как ты это сделал?

— Легко!

Дрюня схватился пальцами за гнойную корку на своём лице. Раздался звук лопающейся плоти и ломающихся костей. Мычание быстро заполнило пещеру. В зелёном свете разрывающегося под потолком газа я увидел быстро отслаивающийся застывший кусок гноя от Дрониной головы. Его лицо не покрывала цельная маска, защита состояла из нескольких частей. По левой стороне лица пробежала крупная трещина, глазница стала ещё глубже. Руки Дрюни задрожали от усилий. Он глубоко вдохнул и напрягся всем телом, замычав еще громче.

К нашим ногам рухнул большой кусок гноя, скрывающий добрую половину лица Дрюни. Затем еще один кусок. Следом прилетел третий, на котором застыла форма подбородка и нижней губы.

Перед моими глазами стоял мужчина лет тридцати. Опалые щёки, сломанный нос и узкие губы. Его кожа быстро покрывалась блестящим гноем, но я был уверен на сто процентов, что это не лицо моего друга.

— Постой, — сказал Дрюня, — сейчас будет магия! Давно я этого не делал…

Дрюня закрыл глаза. Кожа лица содрогнулась, словно по нервам пробежал ток. Губы сжались и тут же раскрылись. Надулись ноздри. На моих глаза медленно начал рисоваться знакомый лик моего давнего приятеля. Лоб опустил брови на глаза. Припухли щёки, нос выпрямился, губы надулись и стали похожи на переспелую сливу, именно ту, которой Дрюня так любил целовать шлюх в их вареники.

— Ну как тебе! — выдал сквозь хрип Дрюня.

— Похож, бля!

— Смотри как еще можно…

Мимо нас двое «труперсов» проносят очередной труп. С виду — очередной салага, но нет. Взглянув на тело, я признал в нём другого человека. Того самого — лысого с кольцом в ухо. Его звали Рудх. Редкостный идиот, и его смерть меня никак не расстроила. В его груди было по меньшей мере девять дыр от меча. Руки и ноги переломлены,