Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров Страница 259

– Точно! – поддержал меня Испанец. – Очень широко применялась система премирования за подвиги и уничтоженную вражескую технику. К примеру, за каждый подбитый фашистский самолет, платили одну тысячу рублей, что равнялось ежемесячной зарплате офицера, столько же платили за танк. Ты, Ветров, просто, о войне, судишь, исключительно по фильмам, а там такого не показывают. Точно так, как и не показывают быт солдат. Никогда не думал, куда ходили солдаты в туалет, сидя в окопах? А, прямо под ноги себе и ходили, если не было, конечно возможности организовать сральник, где-нибудь в стороне. Так, что война, она на самом деле не такая уж и красивая штука, как показано в кинематографе.

– Ну, не знаю! – гордо ответил Ветров, – вы как хотите, но я денег брать не буду!

– Как хочешь, – Дед размешивал остатки кофейно-коньячной смеси, в своей кружке. – Алексей, а скажи мне, где собираешься взять столько одинакового оружия и обмундирования? Я уж молчу, про деньги.

– Ну, на первых порах, нам не надо будет одевать и вооружать всех, достаточно только своих, а когда дело сдвинется с мертвой точки, то, поверь мне, и оружие и форма у нас появятся.

– А, деньги?

– Деньги найдем здесь, – ответил я, ставя свою кружку, перед Испанцем и многозначительно кивая на его саквояж, после выпитого, головная боль, терзавшая меня всю ночь, прошла. – В городе, ведь остались богатенькие буратины, которые не успели покинуть его границ. Тем более, сдается мне, что и с отправкой первой волны беженцев было все не так и гладко, сто процентов, нашлись лихие людишки, сколотившие на этом не хилый капитал.

– Надо Карабаса трясти, он с самого начала ошивается в районе порта, на ту сторону не перебрался, хоть и была возможность, значит, что-то его здесь держит… или кто-то. Он вокруг себя собрал небольшой отряд в дюжину бойцов. Ты же с ним крепко корешился, может он чего и подскажет? – рассудительно, предложил Испанец.

– Ну, Карабас, так Карабас, – произнес я. – Потом, с тобой наедине пошепчемся, как нам лучше всего, эту бородатую сволочь на откровенный разговор вывести. А, теперь, давайте прикинем, где нам лучше всего организовать базу для нашего совместного отряда?

Обсуждение этого вопроса заняло больше часа, в какой-то момент спор достиг такого накала, что мне пришлось даже стучать кулаком по столу. Атаман казаков предлагал одно место, а Дед с испанцем были за другое, я с Братьями Патроховыми, придерживался нейтралитета, ну а Ветров, «махнув» еще одну стопку коньяка завалился спать. Слабак! Три стопки выпил и «поплыл». Да, не та нынче молодежь пошла, не та!

На очередном витке спора, когда, Кожанов, уже почти сдался под совместным напором «стариков», в комнату забежал запыхавшийся Тазик, и громко крича, сообщил, что в порт идут корабли с той стороны, а это значит, что еще несколько тысяч людей, смогут перебраться в безопасное место.

– Значит, так, – скороговоркой, проговорил я. – Планы меняются, надо срочно организовать наблюдение за выгрузкой и погрузкой кораблей. И чтобы ничего не упустили! Снимать все будем… берите все, что есть: мобильные телефоны, цифровые фотоаппараты, видеорегистраторы… все! Но, чтобы, ни одна муха мимо вас не проскочила! Потом, в спокойной обстановке, еще раз весь снятый материал осмотрим. И еще, не забудьте про радиосвязь, чтобы у каждого была рация.

Присутствующие в комнате люди пришли в движение, Генка Патрохов, начал вызывать кого-то по рации, его брат Витя убежал в неизвестном направлении. Испанец, тоже схватил рацию и, выйдя на улицу, с кем-то громко разговаривал.

Я осмотрел свои вещи, которые сохранились в целости и сохранности, прикидывая, что мне надеть и взять с собой, для поездки в порт.

На ноги надел, легкие кроссовки, а из одежды выбрал легкий камуфляж, черного цвета, те самые, которые мне презентовал Петрович – завскладом керченской исправительной колонии. Из оружия взял пистолет-пулемет «Клин», который мне достался в наследство от злодея Кружевникова, той самой суки, что втянула нас во всю эту историю. В плечевую кобуру, я упрятал «гошу», чем боезапас был пополнен за счет Испанца, у которого, тоже был пистолет ГШ-18, кстати, мой подарок. Еще, распихал по карманам целый ворох разных, полезных в хозяйстве вещей: аптечку, жгут, несколько пластиковых полосок-стяжек, которыми можно заменит наручники, пару ножей, и небольшой, но мощный бинокль.

Через двадцать минут, когда в комнате остался только спящий Ветров и ожидавший меня Испанец, мы выдвинулись в сторону порта. Куда Испанец дел свой знаменитый «Виллис», не знаю, но в порт мы отправились на черном «митсубиши поджеро спорт».

– Откуда аппарат? – спросил я, гладя по рукой по приборной доске.

– На улице нашел, – неопределенно ответил Испанец.

Оглядевшись вокруг, я заметил, что над машиной немного поработали: двери, изнутри были укрепленный несколькими листами железа, из-за чего, машина при езде издавал легкий дребезжащий звук, задние сидения отсутствовали, а между передними был закреплен ППШа, еще один такой же пистолет-пулемет Шпагина, висел под потолком позади моего сидения. Видимо, сделано это было для того, чтобы водитель мог, вести одной рукой машину, а второй стрелять назад. Только интересно, как при этом передергивать затвор автомата? А, то по моим воспоминанием о бое в лесу, затвор приходилось передергивать часто… очень часто, патроны 7.62/25, были, мягко выражаясь – дерьмовыми… долгий срок хранения не пошел им на пользу, осечки были, чуть ли не на каждом третьем патроне.

Испанец гнал как сумасшедший, «паджерик» несся по разбитым дорогам, подпрыгивая на ухабах. Я лишь болезненно морщился, держась обеими руками за ручку над дверью.

– Потерпи, сейчас к морю спущусь, там грунтовка накатанная, машина легче пойдет.

– А, чего вдоль моря решил ехать, а не по улице Орджоникидзе?

– Нельзя, там еж вдоль дороги дома. Регулярно обстреливают. Развелось шалупони всякой, так и норовят, чуть, что сразу же очередью из автомата причесать!

До порта бывшего железно-рудного комбината мы доехали без происшествий. Испанец остановил машину совсем рядом с погрузочным терминалом, и мы принялись наблюдать за толпой. Людей собралось очень много – целое море… бушующее и не спокойное, редкая цепочка в темно-синих, милицейских бушлатах еле сдерживал порыв толпы. Казалось еще мгновение и люди хлынут в воду, пытаясь, вплавь добраться до приближающегося сухогруза, класса – «Река-Море». На лобовом стекле «Паджерика» был установлен видеорегистратор, который сейчас фиксировал общий фон, а в руках у Испанца была небольшая видеокамера, на которую он записывал, указанные мною моменты и детали.

Занимаемая, нами сейчас позиция, оказалась не очень выгодной, поэтому