Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина Страница 255

Сулейман Великолепный во всем цвете своего сияния и полководческого гения, потому что очень скоро, в еще несостоявшейся Порте начнутся веселые дни междоусобицы. Ну а мне многого пока не надо, всего лишь Греция. С нее все равно войска будут убирать, чтобы на все хватило. Капитан подошел ко мне поближе. — Говорите, а то вас скоро разорвет, — немного досадливо проговорил я.

— Ваше величество, прежде всего, я хочу сообщить, что ваше приказание исполнено, и все священники помещены под стражу, и в связи с этим у меня возникает вопрос, а не навлечем ли мы на себя гнев Рима?

— Капитан, повторяю исключительно для вас, учитывая, что вы сильно ушибли голову, прикрывая сеньору Сфорца. Мне плевать на гнев Рима. Они мне ничего сделать не смогут, именно потому, что я им неподвластен. И поэтому, Рим будет торговаться. При этом, этого тупого кардинала, они уже списали, будьте уверены. Знаете, чем посланник, который скоро сюда явится, и который будет поумнее этого, разочаруется? Тем, что виселица осталась сегодня пустой. Ему было бы большим подарком, увидеть здесь гниющего кардинала. Но даже этот факт не вернул бы им пленника, и именно поэтому они хотели его сегодня убить.

— Но, зачем прилюдно, не проще было бы сделать все тайно…

— Проще, — я кивнул. — Конечно, проще. Но тогда у меня не было бы повода разозлиться на кардинала, как его хоть зовут-то, и Риму нечем было бы на меня попробовать надавить.

— Но вы же сами сказали, ваше величество, что неподвластны Риму, — капитан потер лоб.

— А вы думаете, что я единственный православный на итальянской земле? — я остановился. Идущая рядом охрана замерла. — С папы станется попытаться угрожать мне уничтожением представителей греческой православной церкви, которые нашли приют в стенах Ватикана, когда пал Константинополь, а почти вся Греция находится под османами.

— Но зачем? Зачем Риму это нужно?

— Да потому что Риму платят! Платит Боязид, за то, чтобы его брат никогда не вернется на родину! И это очень большие деньги, капитан. И большие обещания в случае, если Риму что-то не понравится, выпустить Джема. Они его давно бы уже убили, но кто будет убивать курицу, которая несет золотые яйца? — я сочувственно посмотрел на него. Он явно знал, что Святой Престол готов на многое, но он никак не мог уложить в голове тот факт, что папа, а именно Сикст, пошел на сделку с османами. Капитан был очень умен, но ему не хватало гибкости. Может быть, потому что слишком молод? Надо к нему присмотреться, по-моему, из парня выйдет толк. — Похоже, что интриги, это не ваше, капитан. Как вас зовут?

— Меня зовут Абелли Скварчалупи, ваше величество, — он наклонил голову в поклоне, я же ограничился кивком. — И о чем же вы будете торговаться в этом случае с Римом?

— Пока не знаю. Смотря, что они будут предлагать, — я задумался. — У меня пока нет нужды воевать с Римом. Но, если они меня вынудят…

— А как же православные, живущие в Ватикане?

— Принявших мученическую смерть всегда причисляют к ликам святых, сеньор Скварчалупи. Мне же останется лишь молиться за их безгрешные души, — мы смотрели друг другу в глаза. Я сказал ему очень много и в то же время не сказал ничего, чего бы он сам не смог выяснить. Но, услышав мой ответ, он вздрогнул. Странно, я-то думал, что итальянцев ничем нельзя пронять, как оказалось, можно. — Давно вы знаете сеньору Сфорца?

— Нет, сегодня впервые у меня состоялся с ней разговор. Я хорошо знал ее мужа, — он пристально на меня посмотрел, словно чего-то ждал после этих слов. Я лишь пожал плечами, если он знал Риарио лично, то было вдвойне удивительно, что он так проникся моими словами.

— Идите отдыхать, капитан, у вас были весьма насыщенные дни.

— Я бы хотел узнать про ту битву, про которую вы говорили на площади, — внезапно заявил капитан.

— Спросите у герцога Савойского, он вам ее по дням распишет и нарисует, кто и где стоял. — Я развернулся и быстро вошел в замок, к которому мы уже подошли. Там я сразу же направился в комнаты Катерины.

Катька лежала на кровати, была бледна и имела одухотворенный вид.

— Мне больно говорить и дышать, — прошептала она, приподнявшись на локтях, когда я вошел в комнату и, сразу же со стоном падая обратно.

— Я знаю, — подойдя к ней, я нагнулся и поцеловал в лоб. — Надо потерпеть. Скоро приедет твой кудесник, и тебе не будет уже так больно.

— Что ты сделал с папскими выродками?

— Ничего, — я покачал головой и усмехнулся, глядя в ее сверкнувшие гневом глаза. — Нам нужны сейчас заложники, и этот плешивый кардинал вполне подойдет. Будем ждать, когда приедет кто-нибудь более адекватный.

— Можно, я его потом сама прирежу?

— Можно, но только, когда выздоровеешь, — я снова усмехнулся, устраиваясь на краешке кровати.

— А если приедет Чибо? — продолжала горячо шептать Катерина. — Ему больше всех нужен турок. И больше всех интересна его судьба.

— Если приедет Чибо, я обещаю тебе, что сюда внезапно вернется черная смерть, и несколько высокопоставленных лиц случайно умрут от чумы. Это будет так ужасно, я пришлю папе самые глубокие соболезнования и прах его кардиналов в китайских вазах.

— Ты правда обещаешь? — она смотрела так пристально, что мне стало не по себе.

— Правда. Разве я смогу предложить для прахов кардиналов что-то дешевле китайских ваз?

— Ты дурак, — и она внезапно разревелась.

— Ну ты чего, Катька, — я очень осторожно обнял ее, укачивая, как ребенка, стараясь не причинить лишней боли. — Все будет у нас хорошо, я в это верю.

— Ваше величество, — в комнату проскользнул дворецкий, или кто он тут, кажется, я видел его в Форли. — Позвольте представиться Томмазо Фео. Я служу сеньоре Сфорца и… — я посмотрел на Катьку, которая вытерла слезы.

— Ваше величество, я хочу порекомендовать сеньора Фео на место кастеляна.

— А что случилось с местным кастеляном? — я удивленно перевел взгляд на него и пожал плечами. — Мне все равно. Если он справляется со своими обязанностями и отличается преданностью, то пускай приступает к работе. Это все, что вы хотели у меня спросить, сеньор Фео?

— Ваше величество, прошу извинить меня, но я хотел бы уточнить, сколько человек будет присутствовать за ужином, — он сложил руки практически в молитвенном жесте. Я же, глубоко вздохнув, соскочил с кровати и направился к выходу из комнаты.

— Ну пошли, посчитаем.

— Ваше величество, — я повернулся и посмотрел на Катьку. — Я хочу поговорить с вашим священником. — Я кивнул, не совсем понимая, что она хочет от