Фантастика 2025-150 - Иван Катиш Страница 245

Астахов еще раз пообещал рассмотреть новую угрозу, никаких избавлений не обещал и попросил Восточный сектор удвоить усилия. Джиро, разумеется, пообещал.

Верю-верю, ничего ведь делать не будут, изверги. Или даже не так: соберут в кучу своих специалистов, заставят их работать день и ночь, а сами будут во все глаза смотреть на Астахова. Как там? Есть ли вкусное решение?

Министр не верил в особую опасность новой угрозы. Если бы она была таковой, на Востоке уже обвалилось бы что-нибудь значимое. А вот то, что коллеги не в состоянии отличить крепкий элемент от потенциально опасного — было проблемой. Кроме того, они явно мечтали получить дополнительные гарантии безопасности от Севера — давай, вали все на нас, дорогой Восток. Тем не менее, вопрос следовало изучить как следует.

Он сообщил о новой угрозе в Минсвязности, в Старый университет, в оба Новых и в Константиновку. Подумал еще и подключить еще и Вальтона. Пусть оторвется от своих пингвинов. Нечего тут.

Ответом ему была тишина, в субботу все занимались своими делами. Вот и хорошо. Астахов уточнил запрос в Минсвязности, попросил предоставить характеристики угроз к понедельнику и вывел документы перед собой в виртуальном виде. Получилась целая стена графиков, цифр и трогательных описаний, которыми разработчики снабжали новые элементы.

Астахов не ждал сегодня ничего нового, однако через три часа ему пришло сообщение от Гелия.

Гелий:@Астахов! Мы с Марго пребываем в недоумении. То, что прислали наши восточные коллеги, это старая-старая угроза. Из времен, когда уповали на тонкостенные элементы с пустотами внутри. Считалось, что у них лучше проводимость. Со временем выяснилось, что такая техника себя не оправдывает. И да, разумеется, когда такой элемент рушится, он делает это настолько быстро, что соседние не успевают перехватить даже часть его функций, на что можно было бы рассчитывать в обычной ситуации. А вот то, что они не могут отличить этот элемент от наших, — это проблема. И большая. У нас есть три версии: (1) они издеваются (2) они спятили (3) у них начисто слетели фильтры в библиотеках, кто-то над этим поработал

Астахов: Как насчет совмещения 2 и 3?

Гелий: Принимается. Но кто-то должен на месте эту проблему решить. Это не делается дистанционно

Астахов: Я понял. Подожду еще экспертизу от Минсвязности и подумаем, что можно предложить

«Дебилы, — подумал Астахов. — До понедельника-то дотерпит это безобразие?»

В этом он не был уверен от слова «совсем».

Глава 16

До понедельника недотянули. Вернее, дотянули только до середины дня. К обеду Астахову прибыла экспертиза из Минсвязности, Вадим расстарался, пнул своих, чтоб побыстрее. Она предсказуемо совпала с диагнозом Гелия. Ее успели отправить восточникам, но подтверждение о получении не пришло. Астахов поручил секретарю получить подтверждение, но юный секретарь вернулся с круглыми глазами. Чтобы сообщить об этом, он не ограничился письмом, а пришел лично. «Линия недоступна». Такое в его молодой жизни случилось в первый раз. Как недоступна? Как это может быть? Как может куда-то деться связь между Министерствами?

Астахов кивнул, давая знать, что он все понял.

— Надо ли нам что-нибудь делать? — забеспокоился секретарь.

«Еще один спаситель, — сердито подумал Астахов. — А у них там лапки».

— Нет, ничего. Подождем пару дней, потом свяжемся по физическим каналам. Если к среде восстановят, то ничего делать не надо будет.

— Хорошо, — обрадовался секретарь.

Раз есть процедура, значит, все в порядке.

На самом деле, никакой процедуры не было. Все давно забыли, что значит потерять связь с целой территорией. Остановились пакеты данных. Застряли в пути новые элементы. Алгоритм массового обмена элементов с той стороны пришел, но они должны были получить еще один — узкого профиля, по оценке прозрачности для следящих конструкций. К тому же, Север не успел поделиться концепцией Гелия-Красина, но это полбеды, это предпродажная подготовка, она подождет.

Министр усилием воли выгнал из головы Восток и занялся текучкой. Нужно было встретиться с Радием и людьми из Координационного совета. Та еще морока.

Обрыв связи с домом Оба ощутил почти сразу. Сначала он не поверил в то, что его просто оставили в покое. Обычно он получал до пяти ценных указаний за утро и до пятнадцати в течение дня, быстро проглядывал их и тут же забывал. Ничего полезного там не было, хорошо хоть шапку носить не просили. Плевать им было на шапку, или они там просто не помнили, как холодно на Севере. Хотя в последние дни потеплело и повалил снег.

В понедельник утром лекция отменилась, и Оба помог Шанксу разгрести крыльцо. Сугробы нарисовались отменные, и, когда они все закончили, Оба попросил сфоткать его в самом большом. Шанкс поржал, но сфоткал, а потом они вернули сугроб к исходной форме.

До одиннадцати часов Оба получил только два сообщения, одно из которых касалось оргудава, о котором родственники хотели знать всё и как можно подробней, а второе напоминало о том, что ему стоит оттачивать свой собственный образ мышления.

«Да-да, — лениво подумал Оба. — Ща наточу и стружку вам обратно пришлю».

Постоянные благоглупости раздражали. А еще к вечеру надо будет посетить семинар по навыкам аутентичной коммуникации. Гелий со Шведом заявили, что всем там надо быть, и что в инкубаторе отсидеться никому не удастся. Оба подумал, что сможет скормить эти навыки своим, и настроение у него поднялось. Не только им засирать почту! Он тоже может.

Но в обед он забеспокоился. Два сообщения за утро — это подозрительно мало. Он соорудил вежливое послание в ответ на просьбу оттачивать образ мышления, заверил, что согласен, но… Письмо не ушло. Вернее, ушло и тут же вернулось. Как это? Почему? Его забанили дома?

Он вышел из столовой на улицу, прошел полдороги к инкубатору и упал в сугроб. Что делать? Оба понадеялся, что холод простимулирует могзи, северяне постоянно об этом говорили. Но, как назло, в голову ничего не приходило. Наверное, минус три — еще не та температура, при которой наступает ясность. Жаль, потому что, похоже, самые морозы уже прошли. Придется ждать следующих.

Он еще не успел ни замерзнуть, ни засыпаться новым снегом, как раздался характерный скрип шагов и в лицо ему заглянул Барс. В последнее время они отдалились друг от друга, хотя поначалу дружили на почве общего поступления. Но Барс не работал в инкубаторе, а в группе