"Фантастика 2025-147". Компиляция. Книги 1-25 - Юлия Шахрай Страница 236

либо довольно широкими асфальтированными дорогами, именно такими, они были показаны на картах, а с одной стороны так и вообще протекал Енисей. И каким же в итоге оказалось мое удивление, когда примерно на седьмой или восьмой день, точнее сказать не могу, потому что слегка потерялся во времени, я вышел возле поселка Косачи. При этом, судя по купленной карте, я как минимум дважды должен бы пересечь автомобильную трассу, и хотя бы единожды железную дорогу. Но убей не помню, что это хоть раз произошло. Да что говорить, если бы это случилось, я бы уже давным-давно покинул эти места, отправившись на запад.

Глава 4

4

Но все хорошо, что хорошо кончается. И хотя до конца пути еще довольно далеко, я все же выбрался из леса, и, хотя бы это меня радовало. Поселок, возле которого я вышел из леса раскинулся вокруг станции железной дороги. Фактически я и вышел из леса упершись в товарный состав, поджидавший встречный поезд. И едва я успел, среди вагонов отыскать тормозную площадку, как мой поезд тут же тронулся с места, двигаясь на северо-запад. Я и название станции-то разглядел уже в движении, и тут же открыв атлас, постарался найти этот поселок. Все оказалось, просто прекрасно. Вначале я собирался выйти к поселку Зеледеево, а оказался в двадцати километрах дальше на запад, а если считать от дачного поселка, откуда я начал свое пешее путешествие, то Косачи находятся в сорока километрах, разумеется по прямой. Но я двигался вообще непонятно как. И если довериться карте, и попытаться проложить маршрут минуя дороги и поселки, то вообще ничего не получается. Вот и задумаешься после, толи у меня произошло какое-то помутнение рассудка, толь наши советские карты составлены таким образом, что хрен куда по ним можно добраться.

За последующие три дня, с несколькими пересадками я добрался до станции Анжерской. К этому моменту, в моем рюкзаке, остались разве, что сигареты, посуда и спальный мешок. На последнем перегоне до Анжеро-Судженска я доел последнюю банку с консервами. В итоге оказался совсем пуст. Вообще-то в кармане имелось почти двадцать рублей денег, часть которых я получил в виде подгона, спрятанного в сигаретах, а часть взял с тела Рустама, пока тот валялся в бессознательном состоянии, но это было и все. Разве что подмышкой имелся пистолет Макарова. Но превращаться в натурального разбойника или брать на себя мокрое дело не было никакого желания. Я и держал-то его при себе, только из опасения встретить в лесу какого-нибудь зверя, но пока мне везло. Да, забыл упомянуть о спиннинге, который до сих пор оставался при мне, и так ни разу и не был использован.

Нужно было что-то решать с едой и одеждой. Все же блуждание по лесу на добавило к моему наряду свежести. Скорее я, с каждым днем становился все больше похож на бродягу, а это вело к тому, что меня могли задержать просто как беспризорника. Одним словом, нужно было как-то решать вопрос и с одеждой, и с едой. Причем имеющихся денег, еще могло хватить на еду, но на одежду явно не доставало, поэтому после нескольких попыток, хоть как-то прибарахлиться, понял, что придется воспользоваться навыками моего предшественника, или попросту обнести, какую-нибудь квартиру или магазин. С магазином было сложнее. Кто его знает, вдруг все они обеспечены сигнализацией, пусть даже просто звуковой. При условии небольшого городка, даже этого будет за глаза. С квартирами еще более худшая ситуация, просто так с наскока, залезть в какую-то из них разумеется можно, но далеко не факт, что я смогу найти в ней что-то нужное для себя. А вот влететь под надзор бдительных старушек, обитающих целыми днями возле подъезда, проще простого. За той же квартирой директора гастронома, когда-то принадлежавшей моим родителям, я следил больше месяца, прежде чем решился в нее залезть, и то почти сразу же меня взяли менты. Поэтому здесь пытаться провернуть что-то на удачу, дохлое дело.

Решив, что ловить здесь нечего, вышел к железнодорожной линии посмотреть, какой из составов пойдет на выход, в нужном мне направлении. И едва успел закурить сигарету, и сделать пару затяжек, как вдруг почувствовал сильный удар по голове, в глазах потемнело, и я отключился от происходящего. Самым удивительным оказалось то, что буквально через пару секунд, я ощутил, как я сам, превратившись некую неосязаемую субстанцию, покидаю собственное тело, и как бы воспаряю над ним, наблюдая за происходящим. А происходило нисколько не занимательное действо четверо парней моего возраста или чуть постарше, охаживали мою лежащую в позе эмбриона тушку ногами, сами себя возбуждая выкриками о том, что я бродяга, и таких как я нужно уничтожать еще в утробе.

В какой-то степени они были правы, за последние дни, я изрядно обтрепался и действительно был похож на бомжа, правда называли меня все же бродягой и беспризорником, видимо «Бомж» еще не вошло в местный лексикон. Сам еще до конца не осознавая, как все это действует, я потянулся к одному из парней, выглядевшему старше других, и в тот же момент, оказался в его теле. На мгновение замер, а после перевел взгляд на своего соседа, и со всего маха засадил ему кулаком в челюсть, от чего тот, тут же рухнул на землю, потеряв сознание. После этого, пнув его ногой в живот, нагнулся поднял с земли довольно увесистую палку, похожую на городошную биту, и как следует размахнувшись засандалил ею прямо по роже второго моего обидчика, находящегося слева. Отчего у того сразу же пошла носом кровь. Последний его дружок, увидев, что творит их заводила, тут же оставил меня в покой и отпрыгнув с сторону воскликнул.

— Кабан! Ты чё охренел совсем⁉ Ты кого херачишь, сука. — С этими словами у него в руках тут же появился выкидной нож, и он взмахнул им в сторону своего дружка, но мне было на это плевать. Перешагнув через собственное тело, я в теле этого самого кабана пошел на последнего парня размахивая дубиной, и все-таки успел ударить его по голове, одновременно с этим принимая в свой бок, лезвие ножа, и тут же выскакивая из этого тела, хотя все же успев почувствовать сильную боль в боку.

Несколько секунд, я зависал в паре метрах от побоища разглядывая лежащие в беспорядке тела, затем присмотревшись к тому телу, которое я только что покинул, вдруг в районе солнечного сплетения