"Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов Страница 219

Я не могла сказать, что понимаю. Это было бы далеко от истины.

Внезапно мне кое-что вспомнилось, и я отвлеклась от печальных мыслей о семье. Диана обвинила Яна в том, что ждала его четырнадцать лет.

Невольно у меня появлялись вопросы, на которые я снова не знала ответов.

Почему он так долго сюда не приходил? Сколько на самом деле его здесь не было и в чем причина? Что таил в себе ночной сумрак? Семью Яна, которую он скрывал?

Иную жизнь? Я терялась в догадках с каждой новой фразой Яна, с каждым новым нашим действием. Складывалось ощущение, что я узнаю его все меньше. Хотя всегда надеялась на обратный результат, особенно сейчас – в столь тяжелое время.

Повеяло зябким ветром. Я закуталась в плед, заодно укрыв и Кинли, пряча дракона от незримых опасностей.

Снег хрустел у нас под ногами. Падая с небес, он покрывал наши головы и не таял в волосах. Линия горизонта стала проглядываться, сперва немного, позже – четче. Дым, заслонивший высь, рассеивался, постепенно от него остался лишь массивный столб, устремленный к солнцу и луне: они располагались уже очень близко друг к другу.

Проглядывался оранжевый свет, словно наступила заря. Лесная дорога сворачивала налево, и, выйдя из-за поворота, я в который раз за сегодня остановилась, а Ян опять взял мою ладонь и не позволил задерживаться.

Впереди расстилалась длинная вереница – очередь силуэтов, медленно продвигающаяся, безмолвно и безропотно ждущая.

– Это тоже… души? – спросила я.

И получила утвердительный ответ.

– Что они делают?

– Идут дальше.

Я могла только вообразить, что Ян подразумевал под словом «дальше». Но на деле все выглядело проще… Мы молча скользили мимо, я старалась не смотреть, но иногда поднимала глаза и тайком от дракона вглядывалась в лица.

Не знаю, замечали ли они, ощущали ли, что мы живые, а я вообще здесь чужая. Или им было все равно.

Но мы старались идти плавно и молчаливо, не выдавая себя.

Меня одолевало учащенное сердцебиение. В глубине мыслей я надеялась увидеть мать и отца, хотя и не представляла, сколько времени им необходимо провести у кипящей реки, чтобы продвинуться сюда. Успели ли они добраться до новой цели? Нашли ли это место?

Нарушив тишину, чтобы вновь отвлечь себя от запретных и ранящих размышлений, я поинтересовалась у Яна, какая внешность остается у душ, когда они попадают в навь или вырай… и как другие души, с которыми они были близки в прежних жизнях, их узнают.

– Каждый видит другого таким, каким знал в яви.

Это многое упрощало.

Но я переспросила:

– То есть каждый видит конкретное лицо с уникальными чертами? И количество таких лиц равно прожитым жизням?

– Да.

Мы достигли середины очереди. Отсюда было уже видно, куда она вела. К озеру, из которого поднимался застывший столб дыма. Он не бурлил, не увеличивался в размерах.

Все его клубы застыли, он не менял положения из-за ветра. Он походил на застывшее пышное облако, сотканное из черноты.

Эта чернота разливалась и в воде. У берега было какое-то движение – души по очереди ныряли в пучину.

Когда мы очутились на берегу, то разглядели за обрывом водоворот.

Черная воронка, засасывающая души, добровольно падающие туда. Кто-то нырял медленно, словно принимая сложное решение, кто-то прыгал стремительно. Мы встали чуть поодаль от обрыва, и Ян дал мне возможность понаблюдать за странным купанием душ.

Теперь мы находились в низине, вода выходила из берегов, и, подойдя почти к самому краю, я обнаружила, что вся поверхность покрыта слоем черного тумана. Он приятно стелился у наших ног, мне даже захотелось наклониться, чтобы его тронуть, понять, каков он на ощупь. Я подалась вперед, но меня резко остановил Ян, перехватив запястье. И продолжил держать.

– Никогда. Никогда не трогай этот туман. Поняла?

На миг мне показалось, что он чрезмерно встревожен и слишком напряжен.

Я кивнула, и он отпустил меня. И я уже не собиралась прикасаться к туману.

Я невежа в этом мире, Ян старался отгородить меня от здешних угроз, и я слушалась его.

И, глядя перед собой, я подумала, что никакой воды в озере нет. Оно наполнено угольным дымом, то ли спустившимся с неба, то ли упирающимся в него. Несомненно, что он столь же плотно висел над Калиновым мостом и над гробами – пристанищами душ.

Когти Кинли зацарапали мой живот через свитер. Я выгнула спину от боли и попыталась отодрать от себя дракона. Но вышло только сильнее закрутить его в плед, усмирив. Было огромной удачей, что он сидел сейчас на руках, поскольку из любопытства мог отправиться на исследование и нырнуть в озеро, хотя в последнем я уже не была уверена.

Ведь Кинли царапался, значит, ему тут явно не нравилось. Возможно, он что-то чувствовал. Как ощущал ранее энергию от Яна или от туросика, которая ему неприятна.

– Что они делают? – спросила я.

– Идут дальше, – последовал ответ. – Это Тьма. Никогда не прикасайся к ней. Она не должна знать, что ты здесь. – Ян говорил о ней так, словно она живая. И разумная.

Будто она – что-то гораздо большее, чем просто скопление газа.

– Хорошо, – согласилась я и задала последний вопрос: – Тьма определяет, кто попадет в ад, а кто – в рай?

– Или на новый круг рождения. Тьма направляет, она подобна проводнику. И именно раскаяние помогает двигаться сквозь нее дальше.

Я кивнула.

Левее нас, вдоль берега, вилась узкая тропинка. Ее окончание упиралось в некое… поселение, если таковые могли существовать в нави. Столб дыма терял там свою силу. И, рассеивая полумрак от взошедшего на небосводе затмения, в окнах домов горели немногочисленные свечи.

– Ян, в нави есть города? – удивилась я.

– Постарайся бояться меньше после того, как мы окажемся там, – предупредил он. – И не думать о плохом.

Я гадала, удастся ли мне выполнить его просьбу. Когда мы приблизились к забору из частокола, меня одолело легкое беспричинное головокружение, но я сумела не подать виду и ничего не сказала Яну, решив его не волновать.

* * *

Мы шли плечом к плечу, минуя деревянные ворота. Перед нами представали постройки из срубов с тростниковыми крышами. Здания плотно прилегали друг к другу. Поселение выглядело весьма обширным и напоминало нечто средневековое. А улицы навьего города не были пусты.

Затмение застилало взор, ненадолго уступив место полумраку, и я различала лишь тени неподалеку. Они окружали нас плотнее, чем навки в лесу.

Но если навок я не могла