Унесенный ветром - Николай Александрович Метельский Страница 216

там не зарегистрированы, но таковые состоят на учете и, по возможности, прижимаются. Я уж не говорю, что преступные гильдии тоже ведут свой учет. Везде учет. В Шидотэмору, к примеру, тоже ведется учет доходов, по которым высчитывается, какие я могу иметь военные силы. И если что, все проверяется. А вот силы аристократии не учитываются. То есть кто-то там, может, и пытается, но это уже разведка, а не учет.

— Значит, Чесуэ, — выдохнул я. — Подсуетиться решил, гаденыш.

— Если только у тебя нет других аристократов, с которыми ты в ссоре. Правда, я все равно не понимаю, зачем ему это. Что он хотел получить, чего добиться? Ну, разгромил он «Ласточку», и что? Тебе от этого ни тепло ни холодно.

— Люди? — включился я в обсуждение.

— Даже если не брать во внимание того, что о ваших настоящих отношениях узнать не так-то просто, все равно ерунда получается. Мелочно как-то. Да и бессмысленно. Просто сделать больно? Ну… а дальше что?

— Стравить тебя со Змеем? Я ведь поначалу именно на него подумал.

— Тогда он сам себя переиграл. Не мог Змей устроить такое в столь малые сроки. Он же совсем недавно про тебя узнал.

— Шанс того, что мог, существует. Хотя да, тогда бы хоть следы какие-нибудь остались.

Помолчали, задумавшись.

— Что скажешь о записи боя? — спросила она.

— Профи. Моим повезло всего дважды. Насколько все это вообще можно назвать везением. Во-первых, они смогли отойти на позицию, специально для этого приготовленную. А во-вторых, боеприпасы. В клубе их было до хрена, а вот у нападавших только то, что они взяли с собой.

— Знаешь, — заметила Акеми, — если это были люди аристо, того же Чесуэ, то странно, что в отряде не присутствовал Ветеран.

— Ага, — произнес я в потолок. — Еще и то, что это был обычный, пусть и профессиональный, штурмовой отряд. А не, скажем, диверсанты. Как будто им был нужен бой, а не быстрая и качественная зачистка.

— Тогда я совсем ничего не понимаю, — удрученно произнесла Акеми.

— Вот и я тоже… Слушай, а если это все-таки «свободные» наемники, но нанял их не Змей?

— А кто? И тогда уж сразу: зачем?

— Кабы я знал… Ладно. Что там сейчас Змей делает, не в курсе?

— На меня косится, если коротко.

— Ну, ты у нас девушка видная.

— Да, я такая! — выпятила она грудь и задрала носик.

— Но если можно, все-таки поконкретней.

— Ну… — задумалась она с милой мордашкой, постукивая пальцем по губам. — Ветераны Гитариста уже второй день сняты с объектов и трутся возле него.

— Думаешь, именно он окажется «другом» Биты?

— Такая вероятность, — протянула она, — довольно высока.

— Гитарист, значит. Четыреста бойцов, из них шесть Ветеранов и тринадцать Воинов. С этим ничего не изменилось?

— Пока нет. Но ему уже два отряда наемников отказало. Это я к тому, что рано или поздно он кого-нибудь наймет.

— И вот тогда-то, наверное, и нападет. Ясненько. Как думаешь, он впишется за Биту до этого, если мы решим того добить?

— Конечно, — удивилась она. — Как минимум обозначит позицию. Чтоб потом никто не говорил, что Змей бросает своих.

— А нам это и нужно. В идеале, конечно, лучше, чтобы он вписался. Есть мысли, как это устроить?

— Самое простое, — пожала плечами Акеми, — это чтобы все знали, что ты идешь убивать Биту. И не смогли потом отговориться неожиданностью.

— Хм. Примерно так я и собирался поступить. Дать всем время понять, что затевается, и собрать заодно силы.

— Было бы здорово. Тогда Змей не сможет сказать: «Ой, извините, все было так неожиданно», — передразнила она его.

— Ну, значит, так и поступим. Ты как там, готова к поглощению новой территории?

— Мм. Как бы сказать?.. Готова, — качнула она медленно головой. — Насколько вообще можно быть готовым, не готовясь.

— Это… как?

— Ну не тупи, Син-тян. Ты думаешь, я одна такая умная наблюдаю за противником? Змей, поди, тоже не дурак. Не могу я такие вещи незаметно провести. А чтобы просто место занять, никакой особой подготовки не нужно. Ес… когда все получится, я эту территорию, возможно, одному из своих людей отдам. Там видно будет.

— Тебе лучше знать. Главное что? Ты готова?

— О да. Жду не дождусь. Кстати, — поставила она бокал на столик и текучим движением поднялась с места, — насколько я помню, когда наш план войдет в основную фазу, ты должен был взять больничный, — присела она на подлокотник моего кресла.

— Было дело. Планировал.

— То есть завтра в школу ты не идешь?

— Не иду.

— Так, может… — потянулась она.

— Все возможно… Лучше скажи, почему твои люди моим не помогли?

— Так я же говорила — там повсюду полиция стояла.

— Угу. А сама ты это проверяла?

— Ты параноишь, Синдзи.

— И все-таки проверь, кто и где стоял.

— Хм-м-м. Ладно. Раз ты так просишь.

— Вот и отлично. Что там у нас дальше?

До постели мы так и не дошли. Можете считать меня дураком, но банально не было настроения. Не до того мне было.

* * *

Когда я вернулся на базу, Казуки уже спал. Ему, кстати, как и мне, в школу завтра идти не надо. До нападения на «Ласточку» он был никем, но я забрал его к себе, чем вполне мог привлечь к нему внимание. Так что пусть здесь поживет какое-то время.

Утро началось со звонка Шины.

— Слушаю, — произнес я, нажав на «прием».

— Синдзи, у тебя все в порядке? Мы с Мизуки решили зайти за тобой, а тебя нет дома. Ты в школу идти собираешься?

— Нет, я болею. И сразу скажу: в школу я звонил и всех, кого нужно, предупредил.

— Всех? Так уж и всех? — возмутилась Шина из трубки. Видимо, на себя намекает. И, по сути, права — уж подруге детства мог бы и позвонить, чай не чужой человек. Но я, если честно, просто забыл.

— Прости. Забыл.

— Что значит «забыл»? Как это — «забыл»? Я что, какая-то малознакомая девчонка? Простая знакомая? Как можно забыть сообщить о болезни, из-за которой ты даже в школу не пошел? И где ты сейчас, в конце концов? В больнице? Синдзи, ты чем заболел? С тобой там все нормально? Синдзи? Ты почему молчишь? Син…

Приятно, черт возьми, что есть люди, которые о тебе волнуются.

— Все нормально, красавица, успокойся. Ничего со мной не случилось. И нет, я не в больнице.

— Что значит «нормально»? И как это «не случилось»? По-твоему, болезнь, из-за которой ты не идешь в школу, это нормально?

— Прошу, малышка, успокойся. Нет никакой болезни, просто отмазка, чтобы не идти в