Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев Страница 210

Впрочем, даже если так, важную роль играло и то, кто именно стал Первым Адептом вместо него. Любого другого человека Килиан бы принял, не ропща.

— Пойми меня, пожалуйста, — прочитав его мысли, Владычица ободряюще улыбнулась, — У каждого есть свои сильные и слабые стороны. Ни один из моих Адептов не сравнится с тобой в науках и волшебстве. Не думай, что я не ценю этого. Но для лидера необходимы совершенно иные качества; в первую очередь умение ладить с людьми. Скольких ты привлек в мой орден, троих? А он — почти два десятка.

— Как ты вообще нашла его? — задал первый пришедший на ум вопрос Килиан, прогоняя мысли о несправедливости такого состязания.

Справедливо, несправедливо, — какая разница? Главное результат. И от него этих результатов было недостаточно. Он подвел Владычицу.

Эта мысль засела в его голове, как стрела с зазубренным наконечником.

— За счет воспоминаний в твоей голове, — пояснила богиня, — Мне стало интересно, что за человек, к которому ты испытываешь столько злобы. Да, я понимаю, что тебе было бы неприятно подчиняться ему. Я понимаю, как тебе тяжело, и ценю твои жертвы. Поэтому я разрешаю тебе действовать в одиночку, — там, где это возможно.

— Спасибо, — ответил юноша, но голос его был совсем невесел.

Как будто даже теперь то, кто он есть, делало его существом низшего сорта, чем все эти благородные, законные аристократы. Даже здесь, в Ордене, то, что он не был воспитан как знатный господин, делало его хуже других.

— Кто знает, — как бы в пространство задумчиво произнесла Ильмадика, — Возможно, твои научные познания окажутся ценнее и принесут нам больше пользы, чем его лидерские качества.

Килиан на это надеялся. И очень хотел делом подтвердить это.

Годом ранее…

В этот день Ильмадика была непривычно мрачной и задумчивой, что закономерным образом повлияло и на настроение Килиана. Как будто мрачная туча накрыло солнце, освещавшее его жизнь.

— У меня новости, — сообщила она, что по понятным причинам было не таким уж частым событием, — Все это время мы были не единственными, кто готовил освобождение.

Она прошлась по гроту, что, как уже запомнил Килиан, означало особую степень волнения.

— Лефевр Кузнец Войны все это время готовил собственный культ. Его сторонники с помощью его магических и технических знаний захватили власть в каком-то мелком эмирате, после чего объединили под своей властью практически целый континент. Теперь он планирует вторгнуться в Идаволл, чтобы добыть координаты Гмундн.

Килиан задумался:

— Но ведь это хорошо, разве нет?.. Нет… По тебе непохоже, чтобы это было хорошо. Значит, я чего-то не учитываю. Чего?

Богиня грустно улыбнулась:

— Ты ведь помнишь, что Закат случился из-за того, что Лефевр боялся предательства со стороны других Владык? Думаешь, тысяча лет в заключении уменьшила его паранойю хоть немного? А кроме того, есть еще одна деталь. Он владеет чарами, которые позволят ему вызвать ядерный распад органической материи. С их помощью можно уничтожить любого из нас и забрать наши силы себе. Если его адепты освободят его первым, едва ли я смогу рассчитывать на свободу. Скорее на уничтожение.

Чародей медленно кивнул:

— Значит, нам необходимо ускориться. Или… нет.

Он вдруг улыбнулся, чувствуя, как на глазах формируется план действий:

— Мы можем использовать его в своих интересах. Знаешь, как говорят? Сыр из мышеловки достается второй мышке.

Улыбка Владычицы была довольно неуверенной, но кажется, его энтузиазм поднял настроение и ей.

Килиан надеялся, что она верит в него хоть на сотую долю так, как он верит в неё.

— У тебя есть план? — спросила богиня.

— Для начала мне нужно знать, что собирается делать Лефевр, — заметил Килиан, — Ты, похоже, неплохо знаешь его. Чего от него следует ожидать?

— Лефевр груб и прямолинеен, — ответила Ильмадика, — Он гениальный ученый, но подход к решению проблем у него скорее воинский. Главное, на что он полагается, это превосходство в численности и вооружении. Своим адептам он дал технологии и магию, во многом превосходящие то, что я смогла дать вам. Ваша отстающая на семьсот лет армия не сможет противостоять им.

Ученый медленно кивнул:

— В таком случае, нас ждет война с превосходящим противником. Как минимум, я попробую сфальсифицировать древние записи, согласно которым в Гмундне находится то, что может спасти нас в такой ситуации.

— Если только твой отец не решит, что даже опасность завоевания не стоит риска освобождения Владык, — заметила богиня.

— Отец не решит этого. Он одержим благом своей страны. Это — его величайшая цель, и выше нее он не поставит ничего и никогда. Он рискнет, если не будет видеть иного выхода.

— Хорошо, — кивнула она, — Будем считать, что тебе виднее. Думаю, освободившись, я смогу прийти на помощь. Я бессмертна; при необходимости я смогу сразиться со всем культом Лефевра одновременно.

Килиан потер подбородок:

— Но все же, мне не хотелось бы доводить до такой крайности, — неохотно признал он.

Какая-то часть его, наоборот, хотела, чтобы Леандр Идаволльский оказался загнан в угол и вынужден был просить помощи у него. Но все же, Килиан давно уже не романтизировал войну. Он любил говорить, что ему плевать на других людей, но все же… Все же что-то в нем не желало соответствовать этой установке. Что-то в нем желало избежать побочных жертв. Не совесть, понятное дело: откуда совесть у презренного бастарда? Может быть, какое-то своеобразное понятие справедливости, — хотя юноша затруднился бы объяснить, в чем оно заключается.

— Как именно Лефевр начнет атаку? — спросил ученый, — Он просто без объявления войны высадит войска на берегах Идаволла?

— Вряд ли, — покачала головой женщина, — Скорее всего, он попытается сперва решить дело одним стремительным ударом.

— Мы можем использовать это, — заметил Килиан, — Все, что нам нужно, это три вещи. Первое, адепты Лефевра должны узнать координаты Гмундна. Второе, отец должен осознать опасность того, что они доберутся до Тюрьмы Богов. И третье, кто-то из нас должен оказаться в числе тех, кого отправят помешать им.

Под «кем-то» он, разумеется, подразумевал себя. И даже