Фантастика 2025-166 - Августин Ангелов Страница 210

После завтрака, состоящего из одной лишь рыбы, вкусные ягоды пришлись всем очень кстати. И Терентьев подумал, что, как только хищное зверье будет выбито с участка в излучине, обязательно надо послать ватагу мальчишек с корзинками в качестве заготовителей ягод. Да и листья смородины вполне сойдут вместо чайной заварки. Все равно, пока школа на новом месте не налажена, сорванцам нечего делать. А так хоть польза от них будет.

Охотники продирались сквозь подлесок, стараясь не шуметь, но это не получалось, потому что этот подлесок оказался слишком плотным. Хрустя ветками, они пугали живность, которая выскакивала из-под кустов, рассыпаясь в разные стороны. Колхозные бабы не могли надивиться разнообразию. Они то и дело восклицали:

— Ой, какие кроличьки! Ой, какие поросятки полосатенькие! Ой, какие барсучата! Ой, какие белочки жирненькие! Ой, а это кто там на дереве? Ой, какая большая кошечка!

Договорившись между собой, охотники решили не стрелять во все стороны, а бить только больших зверей, несколько туш которых сразу обеспечат весь колхоз мясом. Экономия боеприпасов будет, опять же. Но, на отстрел хищников патроны, конечно, не берегли. Завалили сразу еще одного саблезубого зверя, вроде того, которого подстрелили вчера. Только этот оказался самкой и был размерами немного поменьше. Буквально за час удалось подстрелить большого кабана и двух боровов поменьше, настреляли и несколько крупных косуль. Охота продвигалась успешно. А бабы предлагали:

— А давайте наловим кроликов и поросят, сделаем загончики, да будем их разводить.

* * *

С утра, проснувшись с больной головой после вчерашнего, подполковник Сомов и майор Синельников выехали на служебном УАЗе в ближайший поселок. Голова болела и у майора. Коньяк, наверное, попался паленый. Разговаривать не хотелось, ехали молча. В поселке заехали на хлебозавод и приобрели сотню теплых буханок. Погрузив хлеб в багажник, поехали обратно. И майор, который вел машину, неожиданно проговорил:

— Знаешь, Коля, одним нам с тобой все это не потянуть. Думал я тут обо всем этом приключении с попаданием, свалившемся на нашу голову, пока засыпал.

— И что надумал, Миша? — спросил подполковник.

— Надумал, что надо бы привлечь общественность, — сказал майор.

— Какую еще нах общественность привлечь на секретный объект? С ума сошел? — спросил Сомов, выругавшись.

Синельников объяснил:

— Да ты не понял, Коля. Я не про какую-то постороннюю общественность говорю, а про своих друзей из клуба реконструкторов. Они все военные бывшие. И их очень порадует, что нашли мы с тобой проход в сорок первый год. Они именно на периоде Великой Отечественной специализируются. Да и спонсор у них богатый, известный олигарх-патриот, который ЧВК организовывает. Если привлечем реконструкторов, то и проблему со снабжением всего этого колхоза решить сможем. Да и партизанам поможем тоже. В нашем клубе реконструкторов «Война и Родина» многие очень даже захотят пойти повоевать с немцами. А специалисты там военные самых разных специальностей. У нас подобрались серьезные люди с боевым опытом, хоть и отставники.

Сомов сказал:

— Ну, не знаю, Миша. Я до этого относился ко всем этим реконструкторам, как к ряженым артистам, которые выпендриваются подобным образом, чтобы к себе внимание привлекать на разных праздниках или в киносъемках участвовать. А ты вот мне заявляешь, что среди них полно военных специалистов, оказывается.

— В нашем клубе так, а что в других местах, я не знаю. Но, я же предлагаю тебе задействовать моих друзей по клубу, которым я доверяю полностью и за которых головой могу поручиться, а не каких-то там людей непонятных со стороны, — проговорил майор.

— Но, как же мы им допуск оформим? — спросил подполковник.

— Да, ничего сложного. Ученые у нас статус арендаторов имеют. Вот они этих людей и оформят к себе на службу, как консультантов, — объяснил майор.

Подполковник пробормотал:

— Это только в том случае, если профессора Игнатова уговорить сможем на такое дело.

* * *

Аркадий Игоревич слыл в научных кругах за чудака. Мэтры традиционной науки никак не могли простить ему того, чем он стал заниматься в последние годы. Поиски древних артефактов, которые производил Игнатов, несмотря на все его прошлые заслуги перед наукой, вызывали в Академии Наук лишь раздражение и критику. Финансирование ему урезали до самого минимума. Впрочем, его это беспокоило не слишком сильно. Он давно уже не переживал из-за денег, будучи очень богатым вдовцом, чья жена, единственная дочь известного промышленного магната, миллиардера, одного из самых успешных приватизаторов, умерла от неизлечимой болезни. И никакие деньги, позволившие лечиться в самых лучших заграничных клиниках, не помогли, а лишь отсрочили ее смерть. Умерла Люда в сорок лет от банального рака груди, который неумолимо распространился метастазами по всему ее организму.

Прожили они вместе двадцать лет, да детей так и не завели. Люда всю жизнь отличалась слабым здоровьем и не смогла родить. Получилось так, что к тому моменту, как жена Игнатова умерла, вся ее немногочисленная родня уже тоже перешла в мир иной. Потому Аркадий Игоревич и остался единственным наследником. С потерей любимой жены, которая, несмотря на болезнь, аккуратно вела дела до самого последнего времени, на него свалилось просто колоссальное богатство.

Вот и плюнул Игнатов на все официальные установки Академии Наук, воплотив свою давнюю мечту, создав собственный научно-исследовательский институт на базе заброшенной военной лаборатории, находящейся на полигоне РХБЗ, подальше от всех недоброжелателей и поближе к местам поиска. До этого он переругался в Академии почти со всеми руководителями, безуспешно пытаясь доказать существование доисторической страны Гипербореи на территории современной Карелии. И теперь ему приходилось на свой страх и риск заниматься альтернативной археологией.

Впрочем, наличие огромных денег позволяло Игнатову затыкать рты наиболее рьяным оппонентам и финансировать свои экспедиции. А его статьи и отчеты об этих экспедициях печатали самые известные издания. Что только добавляло желчь и зависть в риторику его недоброжелателей. Тем не менее, были у профессора и убежденные сторонники из научных кругов. Все те, вместе с кем он и нашел удивительный артефакт внутри труднодоступной пещерки, затерянной в карельских скалах, являлись убежденными сторонниками его теории о существовании древнейших цивилизаций, обитающих на планете в доледниковый период.

Конечно, взрыв, уничтоживший главную лабораторию НИИ Игнатова, причинил немалые убытки. Погибло ценнейшее современнейшее оборудование, которое Игнатов, не жалея средств, собирал по всему миру. Но, дело того стоило. Артефакт удалось «разбудить». И результаты оказались просто феноменальными. Научного открытия подобного масштаба не делал еще никто. Никому и никогда не удавалось установить контакт с представительницей иной цивилизации. Да и не просто контакт был