"Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов Страница 207

Все это меня заворожило. На каминной полке слева и справа стояли два подсвечника с пылающими красными свечами и лежало что-то еще, но я не рассмотрела, что именно. Тени искажали предметы, дрожащее пламя свечей скрывало очертания.

Я сделала еще несколько шагов и заметила песочные часы, простую стеклянную вазу с живой одинокой розой и… череп. Человеческий.

Макет человеческого черепа.

Я вздрогнула и оступилась, чуть не подвернув ногу.

– Необычно, да? – спросила Диана, по-прежнему не оборачиваясь, стояла у комода, перед зеркалом, увлажняя руки кремом.

Я перевела на нее взгляд и обнаружила, что она видит меня в отражении.

– Очень нестандартный интерьер.

– Очень, – повторила я. – Прости, я не предупредила, надо было постучать в дверь.

– И странный… – продолжила Диана, пропуская мое извинение мимо ушей.

– Не то слово, – согласилась я.

Диана развернулась ко мне и подозвала, чтобы я подошла поближе.

Я направилась к ней и замерла у комода. Рядом со шкатулкой находилось еще два черепа – человеческий и явно какого-то животного.

Коровы или даже буйвола. Быка?

– Но мне нравится, – проговорила Диана. – Я поэтому и выбрала дом, из-за комнаты. Я писательница. Работаю над книгой, пишу о смерти. А здесь кругом сплошная готика, вдохновляет.

Я бросила взгляд на кровать.

На застеленном покрывале лежал закрытый ноутбук, были разбросаны тетради. Возможно, черновики? Внезапно Диана показалась мне немного странной.

Я спросила себя: «Девушка, собирающаяся ночевать в одной комнате с тремя черепами, действительно боялась жуткого неба и полнолуния?»

Это как-то не укладывалось в голове. И я даже забыла спросить, какие книги Диана уже написала, издавала ли свои произведения и, кстати, могу ли я ее знать, знаменита ли она.

Диана быстро вышла из комнаты, и я последовала за ней.

Мы спустились на первый этаж, она отвела меня в кухню. Здесь был маленький круглый столик, а напротив него я увидела рабочую панель с кухонной техникой. Еда была уже готова. Рядом, приставленный к стене, работал электрический камин.

В доме словно повсюду был огонь, в каждом помещении, что создавало ощущение уюта и тепла.

Если не бывать в черной комнате, конечно же.

– Ты теряла кого-нибудь? В смысле, кто-то уходил, но не от тебя, а из этого мира, навсегда? – спросила Диана, когда мы сели за стол. Она продолжила развивать случайно выбранную тему смерти.

– Нет, никогда, – соврала я в третий раз.

На тарелке передо мной лежали разогретый вареный картофель и запеченная курица. На соседнем блюде – нарезанные овощи: огурцы и маринованные помидоры. В стеклянном стакане был налит компот, но, попробовав его, я поняла, что это виноградное вино, домашнее, приятное, сладкое и одновременно горькое. Крепкое.

Диана ничего не ела. Но пила травяной чай – по кухне стелился легкий аромат.

– Такое чувство, что от тебя пахнет кладбищем, – заключила она.

Кусок картошки не лез мне в горло, и не потому, что он был абсолютно несоленым, а от прозвучавшей фразы. Я чуть не поперхнулась и сделала несколько больших глотков вина. Теперь оно показалось мне кислым, но в горле разлилось тепло.

– Кладбищем? – переспросила я.

Диана задорно рассмеялась.

– Прости мою фантазию. Иногда она и меня поражает. – Она отбросила волосы назад и откинулась на спинку стула, притянув колени к груди. Ее расслабленная поза смягчала слова. – Может, поэтому я и стала писательницей. Знаешь, когда умер дорогой мне человек, я почувствовала один запах: лампады, церковных свечей или чего-то еще. Не совсем понимаю чего, но теперь он везде и всегда меня преследует. Вот померещился опять.

Я поняла: Диана меня пугает. Я будто попала в сновидение. Она была чудаковатой женщиной, чего я не разглядела в ней сразу. А может, только чуточку сумасшедшая и могла впустить в дом посреди ночи невесть кого? Но уходить теперь неловко. Да и куда мне деваться?

– Кстати, извини, что еда без соли. Я ее не ем. Плохо влияет на сосуды. А я ипохондрик. Даже не держу ее дома.

Необычная девушка. И дом – тоже. Как и разговор. Я многое пережила за последние два дня. Ощущая усталость, я с мрачной иронией подумала, что если Диана сумасшедшая и меня убьет, то пусть это будет быстро и во сне.

Трапеза продолжилась, точнее, ела только я. Мы вяло поговорили о книгах Дианы, она рассказывала, что ведет довольно замкнутый образ жизни и любит одиночество, а литература заменяет ей весь мир и здорово помогает развеивать скуку.

А затем, сгрузив посуду в посудомойку, мы отправились спать. Я мельком вспомнила о грязной одежде, лежащей в ванной, но мне совсем не хотелось ее застирывать, я валилась с ног от усталости.

Завтра будет новый день, и я двинусь в путь, надев вещи, и мне было безразлично, грязная одежда или мокрая: я просто хотела добраться до дома… До квартиры Яна.

Перед тем как опустить голову на подушку, я еще раз проверила телефон – связи стабильно не было.

Засыпая, я думала о Кинли. Мысли о драконе, несмотря на физическое изнеможение, не давали мне отключиться. Я тревожилась за питомца. А еще свет полной луны, проникающей сквозь не слишком плотные шторы, сильно отвлекал. Но, похоже, минут через двадцать я все-таки начала засыпать.

Перед глазами периодически стал мелькать приятный белый свет, а после я ощутила прохладу, как дуновение ветерка по комнате, – я погружалась в сон.

Однако ветер подул снова, и я уже не была уверена, что это предвестники сновидения, стало как-то слишком зябко. Я открыла глаза, чтобы проверить окно. Оно закрыто. И вдруг в темноте боковым зрением я заметила нечто.

Тень. Она двигалась. Прямо ко мне. И спустя секунду очутилась у кровати.

Все происходило стремительно. Я увидела лицо Дианы, красивое, но искаженное жуткой гримасой. Белки глаз налились чернотой и были полны ужасающего безумия, а в ее руке был зажат нож.

Она замахнулась на меня. Я кричала, не осознавая, что это мой собственный голос. Мои пальцы каким-то образом схватили ее запястье. Она пыталась дотянуться до меня лезвием. Диана была сильна, у меня плохо получалось ее удержать.

По всей комнате разносился злой рык. Нож опускался, приближаясь к моей груди.

На миг мне почудилось, что все это сон. Я безуспешно трепыхалась в попытках вырваться. Диана свободной рукой нащупала мою шею и