Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная Страница 198

— Расскажи про бал, Наперстянка, — шёпотом попросила я. — Я тороплюсь. Моего любимого может убить моя… вторая я.

Глаза красноволосой блеснули. Она оглянулась на остальных эльфиек. Зеленоволосые были заняты платьем, белая точно снег эльфийка выбирала корону, а золотоволосая — туфли. Только я не надену на голову ничего тяжёлого — я не с ума сошла, да и туфли меня устраивали собственные!

Убедившись, что все заняты, Наперстянка наклонилась ко мне поближе и тихо сказала:

— Вы не гости, а пленники, пока иначе не решат владыки. Но если вы съедите что-то до полуночи на балу, остановитесь или упадёте до появления владык, то навсегда останетесь здесь.

Я вздрогнула.

Я, вообще-то, и так избегала балов как могла, а уж попасть на подземный эльфийский бал и вовсе никогда не мечтала. Однажды на таком была моя бабушка. То есть, бабушка Клементины… Уфф, всё равно и моя тоже! В общем, бабушка тогда только вернулась от вампиров и оттого была немного озверевшей. Поговаривали, что она положила столько эльфов, до скольких дотянулась. Мне такого не светило, даже если мне бы вернули мою лопату.

— Спасибо, — я сжала ладошку Наперстянки. — Я это не забуду.

— Обещания королей всегда звучат как угроза, — усмехнулась в ответ эльфийка. — Это я собираю орехи, которые Викуэль отвозит в ваше королевство. Так что мы в некотором роде тоже деловые партнёры .

— Тогда ты понимаешь, что мне надо скорее выбраться отсюда. Я вдруг вспомнила, что до сих пор не видела Чичу. — А где мой спутник?

— Он будет сопровождать вас на балу, королева, — успокоила меня зеленоволосая эльфийка, легко освобождая меня от моего платья и натягивая эльфийское, нежное, а ещё слишком нарядное и открытое для меня.

Спасибо хоть подъюбник не трогали, паршивцы! Там под ним прятались все мои артефакты и запасы. А вот Клема выбрался наружу и забрался мне на волосы. Я ожидала воплей, но эльфы — не люди.

— Красиво, — решила кудрявая беловолосая эльфийка. — Убедитесь, что он не свалится оттуда во время плясок.

Клема даже квакнуть не успел, как его оплели тонкими бусами и прикрепили к моей голове точно задорную шляпку. Но тут я возражать не стала — потерять фамильяра мне совершенно не улыбалось.

— Ваш спутник ждёт вас снаружи, — добавила кудрявая. — Он слишком агрессивный, поэтому нам пришлось приложить усилия, чтобы он тоже ничего не вкусил на нашем балу.

И я не поняла, так она давала понять, что слышала наш разговор с Наперстянкой, или что знала природу кронпринца.

— Не любите таких как он? — я склонила голову набок.

— Не любим, — подтвердила кудрявая. — Но не переживайте, королева. Мы не любим не только вампиров. Инквизиторов мы тоже скармливаем драконам, людей затанцовываем до смерти, ведьм драконы едят хуже — давятся их шляпами.

Против воли я ухватилась за голову, где шляпы не было. Клема квакнул, но тотчас замолчал. Мне тоже не понравилось, с какой насмешкой беловолосая назвала меня королевой. Словно для неё это был пустой звук!

В общем, я начала понимать, почему Викуэль совсем не против проводить столько времени в королевстве и жениться на Софи там. А вот за брата, оставленного с Линнесой, я начала всерьёз беспокоиться.

Впрочем, я забыла ненадолго о Флине, когда увидела Чичу. Сообразив, что вампира, пытавшего раскидать весь отряд, не убили и не скормили дракону, я успокоилась, а совершенно напрасно. На белой, но местами измазанной травяной зеленью рубашке прямо на груди сидел огромный серебристый паук — похожий на того, что у нас подсаживали государственникам, только совершенно точно живой — он перебирал лапками и сверкал отвратительными рубиновыми глазками. От лапок паука расходилась паутина, которая опутывала предплечья Чичи и уходила за спину, где соединялись его руки.

Но вовсе не это заставило меня испуганно охнуть. Губы Чичи были стянуты тонкой крепкой бечевой, пришитые друг к другу словно карман к камзолу.

Видит небо, я не переношу вампиров! Но к такому я не была готова. Вырвавшись из хватки эльфиек, что меня сопровождали точно преступницу, я бросилась к кронпринцу и осторожно коснулась его бледных губ. Бечева, скрепляющая их, была сухой, но пропитанной багровой кровью.

— Больно? — тихо спросила я, продолжая водить пальцами по его лицу.

Вампир, потянувшийся было за лаской, закатил глаза. Я словно наяву услышала его ехидный голос: «Чем я должен ответить, моя королева?». Ну, раз он мог так реагировать, то жить точно будет. Но я разозлилась. Наверное, сейчас я понимала свою вторую половинку больше чем когда-либо.

Я повернулась к остроухим.

— Вы чокнутые, — твёрдо произнесла я. — И я не прощу такое.

Чича подтолкнул подбородком меня по затылку, неудачно попав прямо по шишке, но я проигнорировала его намёк. Угрожаю врагу, который в разы сильнее меня? О да, я именно такая, привыкай, кронпринц.

— Мы эльфы, — ответила кудрявая. — Добро пожаловать на бал, Иссабелия Интийская.

И пол под нами провалился.

В этот раз Чича не мог меня поймать из-за связанных за спиной рук, но он сумел упасть первым, и я свалилась на него. Рядом упала Наперстянка, но она тотчас поднялась. Остальные эльфийки сразу приземлились на ноги и упорхнули прочь, словно их и не было.

Я огляделась.

В этом подземном зале всё было увито цветами, стояли изящные столики с такими аппетитными блюдами, что я вспомнила, как давно ела что-то кроме орешков. И музыка. Музыка лилась отовсюду и такая, что ноги того и гляди сами пустились бы в пляс.

Подо мной протестующе замычал Чича. Я поднялась и рывком за плечи подняла его. Я не такая сильная, как моя вторая половинка, но я могла вытащить гроб практически без магии. Никому не стоило меня недооценивать.

— Не ругайся, — строго потребовала я. — Ты выносливый и сумеешь протанцевать до полночи даже без рук. А когда прибудет Викуэль с родителями, мы разберёмся в этом недоразумении. И вернёмся в королевство.

Чича склонил голову в поклоне. В чём-то я понимала эльфов. Молчаливый вампир был просто преступно хорош. Вот только так он долго бы не протянул, а стоило ему открыть свой рот, как он всех начинал бесить.

Я привстала на цыпочки и обхватила обеими руками его лицо.

— Если же не поможет прибытие владык, я порву твои путы, только будет больно, — шепнула