Квинтет Пряди - Алексей Александрович Стопичев Страница 19

Рекс посмотрел на Баблера, покачал головой, непонятно даже — осуждающе или, наоборот, одобрительно, и поднял за шевелящиеся жгуты-волосы голову последнего кукловода. А потом лицо его поменялось, став враз властным, жёстким. Таким, каким оно бывало редко. Но именно в такие минуты даже сегодняшние корольки если видели его, спешили кланяться. А Рекс изменившимся голосом проговорил вдруг, и у меня мурашки пошли по коже:

— Ответствуй тварь, зачем гонишь исчадий на королевства разумных!

И убитый исполин поднял белесые веки и раздвинул губы, отчего ужас обуял меня:

— Я никого не гоню, лишь направляю тех, кого призывают…

— Кто призывает? — голос Найтена был глух и безжизнен.

— А это лучше спросить у разумных за Прядью, — исполин задрожал и вновь опустил веки.

— А кто вы такие? — Найтон не собирался так просто отпускать на тот свет кукловода, и тот вновь задрожал веками и раздвинул безгубый рот, обнажая мелкие зубы:

— Проводники. Мы просто Проводники. Не больше, ни меньше.

— И сколько таких Проводников ещё?

— Пока только мы, но скоро нас станет больше.

— Почему? — Рекс выпытывал дотошно.

— Потому что нас зовут… — исполин на глазах вдруг скукожился, высох весь и стал похожим на мумию. Рекс сплюнул и отпустил голову монстра.

— И что это значит? — мрачно спросил Торвус.

— То, что кто-то из королевства призывает тварей из Пряди, — сплюнул Баблер и проговорил: — Надо бы уходить, вождь. Не ровен час, придут на шумок ещё какие уроды.

Рекс осмотрел поле битвы и кивнул головой. Чучело подошёл ко мне и положил ставшую уже обычной голову мне на плечо. Выскользнул из мрака и стеклянный волк, весь в крови, но явно довольный. Я потрепал Глупыша по загривку и ответил Хому:

— Сильно сомневаюсь, что твари жаждут встретиться с тобой, Баблер. Они же не гетеры из Южных королевств.

Баблер вместо ответа расхохотался невесело, но вместо него ответил Рекс:

— Уходить надо, да. Мы сделали своё дело, и на какое-то время королевства в безопасности. А мы же поищем в них того, кто так жаждет призвать Прядь к себе…

Уже когда мы все оказались в сёдлах, Рекс осмотрел нас и произнёс негромко:

— Запомните, любое действие врага невозможно без внутренних предателей. Пока не победим внутри королевств, не победим и Прядь!

К рассвету мы добрались до форпоста, и там нас встречали приграничники во главе с капитаном Ламом. Офицер выглядел потрясённым и даже восхищённым:

— Не знаю, что вы там делали, господа, но ночью на нас никто не напал!

— И не нападёт в ближайшее время, — Рекс спрыгнул с буйвола: — Мы просим позволения пройти через форпост в королевства. А также я прошу считать моих людей закончившими контракт на королевской службе. Они мне нужны в другом месте…

Капитан задумался на мгновение и произнёс решительно:

— После таких потерь никто не заметит, на четырёх бойцов меньше или больше, господин Рекс. И если вы уверены, что твари больше не нападут…

— Уверен, — кивнул Найтен.

Альбусурб встретил нас закрытыми воротами, ощетинившимися стражниками и готовящимися к выходу королевскими полками. На пятерых всадников внимание обратили издалека, и нас встретил конный войсковой разъезд лиги за три от городских стен. Молодой офицер срывающимся от волнения голосом потребовал:

— Представьтесь, господа! Кто вы и откуда?

Мы молчали, а говорил сюзерен:

— Я Найтен Рекс, а это мои… люди. Ино Пинатум, Торвус Хом, Баблер Линг и Лет Алис.

— Что вы делали у Пряди? Вы искатели?

Рекс задумчиво оглядел нас и ответил:

— Можно сказать, что искатели. А что делали? — Найтон огладил бородку: — Помогали защищать форпост Квинк. Там остались уцелевшие после атаки тварей приграничники.

— Форпост уцелел? — воскликнул юноша, покраснел мучительно и спросил: — А капитан Лам? Он жив?

— Кордис Лам жив и здоров, — решил вступить я в диалог, заметив явное фамильное сходство юноши с капитаном, — Он вам родственник?

— Мой брат, господин… Пинатум, если правильно запомнил?

Я кивнул, а офицер проговорил, явно волнуясь:

— Господа, спасибо за хорошие вести, но я прошу вас проехать со мной к командующему королевской армией. Он ждёт любых вестей с границы, а вы могли бы всё рассказать!

Мы переглянулись, и Баблер усмехнулся. Всё рассказывать мы не будем даже командующему. Да и королю, если на то пошло. Не всегда знания — благо. Не всегда знания — на пользу. Мы сами сделаем работу, чтобы под ногами не путались спецслужбы, влиятельные дома и прочее, чем сейчас так обросли людские, эльфийские и гномьи королевства. Но вслух никто из нас этого не сказал. А Рекс даже довольно любезно поговорил с графом Беррером — командующим королевских войск. И довольно ловко изобразил недалёкого искателя, волею судеб оказавшегося у форпоста в момент нападения. Мы же просто помалкивали и отдыхали, так как с момента битвы у Пряди даже ни разу ещё не остановились. А когда нас, наконец, отпустили, завалились в ближайшую гостиницу и проспали там целые сутки.

…А утром мы потеряли Баблера. Он вышел с утра к колодцу, и тяжёлый арбалетный болт пробил ему грудь. А потом несколько незнакомцев просто искромсали его тело. Я проснулся от рёва Чучела на конюшне, вскочил и выглянул в окно, увидев уже окончание расправы. Даже не задумываясь, я выбил раму и кинулся к колодцу, вылетев со второго этажа в туче стеклянных сколков. Наверное, весь изрезанный, в нательном белье, я выглядел довольно комично, но напавшим на Баблера это так не показалось. Потому как на меня напали не со спины, как на него. И я не был безоружен, как Баблер. В руке у меня был меч, а в сердце — жажда мести. Я убивал уродов безо всякого сожаления, перерубая вначале руки, ноги, желая, чтобы они мучились. Их была целая дюжина профессиональных бойцов. Матёрых, умелых убийц. Но против меня это была всего лишь дюжина недоумков. И я хотел, чтобы Торвус, Рекс и Лет не успели к колодцу раньше, чем я поквитаюсь со всеми. Пожалуй, если я и мог кого назвать другом, так это Баблера, несмотря на его несносный характер. И за его убийство я хотел отомстить лично. Всем, кроме главаря. Его я вырубил рукояткой меча в самом начале схватки, и