Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников Страница 19

– Мой сын, Николай, просит отдать тебя ему в услужение. Чего делать можешь?

– Да всё, государыня! И воротники крахмалить, и галстухи повязывать, и ботинки чистить, так чтобы блестели, как у кота яйца…

– Как? У кота? Почему?

– Так он же их каждый день вылизывает, да по нескольку раз!

– А-ха-ха-ха… – На этот раз расхохоталась не только императрица, но и все окружающие.

Так что разговор закончился хорошо. Хотя с Даниила семь потов сошло. Нет, делать перед начальством вид лихой и придурковатый, как завещал Пётр Великий, он научился ещё во время срочной службы. Что его потом не раз выручало. Даже когда он был уже в майорском чине… Но сегодня этого было мало. Потому как нужно было ещё и расположить к себе очень разномастную компанию. Ибо государыня государыней, но она, как солнце – далеко, а вот рядом очень много людей, которые куда ближе и сталкиваться с ними ему придётся куда чаще. Неприятностей же они могут доставить ему ничуть не меньше… Но вроде как всё удалось. А когда возник вопрос, что ему шить из одежды – потому как ливреи даже на близкий размер в запасах не имелось, – он и предложил пошить ему «черкеску» с папахой. Потому как от лакейской ливреи его воротило. Самая холопская одежда! А «казачки», судя по слухам, уже встречались. Правда, по большей части в виде «арапчонков». Но он для такого цветом кожи не вышел… Правда, были ещё «гайдуки», но они чаще всего набирались из куда более взрослых. Да и функции у них были скорее охранные.

– Вот, извольте пожалуйста, ваше высокопревосходительство!

Воспитатель великих князей генерал Ламздорф величественно принял чашку «капучино», сделал глоток и с наслаждением закатил глаза.

– Вот как это у тебя получается? Кофе-шенк государыни императрицы тоже твой рецепт вроде как освоил, а всё одно у него кофий совсем не такой.

Данилка молча стоял напротив, поедая глазами генерала. Вопрос был риторический, поэтому ответа на него не требовалось. Хотя ответ был. Дело в том, что, как выяснилось, вариант заваривания кофе, именуемый очень похоже – «капуцин», – в этом времени уже имелся. Но местный рецепт довольно сильно отличался от того, который любил, умел и практиковал Данилка. А кофе-шенк «государыни» сумел раздобыть именно его… Ну, когда та, попробовав заваренный Даниилом кофе, отправила его учиться у «сопляка». Чего тот делать совершенно не собирался. Не может же взрослый, состоявшийся кофе-шенк с большим опытом слушать всяких сопляков? Ну вот и он не стал, а пообщался с другими такими же из числа тех, кто служил при императоре и больших сановниках, где и надыбал нужный рецептик… который оказался не совсем тем. Ну или, вернее, совсем не тем.

– Значит, просишь, чтобы тебя вместе с великими князьями к учителям допустили?

– Никак нет, ваше высокопревосходительство!

– Зная-ятно… ЧТО?! То есть как это никак нет?

Данилка быстро заговорил, добавив в голос плаксивых ноток:

– Да на что мне учителя-то, ваше высокопревосходительство. Я и сам разумен – самолёт вот сделал. А науки всякие – для меня сложныя. У меня уму не хватит их понять. Да ишшо языки разные. Ну зачем мне оне? Я с немцами всякими говорить не собираюсь. Вот ещё! Коль они сюда приехали – так пусть сами русский учат, а не мы ихний…

– А ну – цыц! – рявкнул генерал. – Раскричался мне тут, балаболка. Волю почуял? Вот я тебе сейчас… Сказано будешь заниматься – значит будешь. И не сметь мне перечить!

Он сделал громкий глоток и сердито грохнул чашечкой о блюдце. А Данилка скорчил грустную рожу и опустил голову. Но окончательно не сдался. Подняв на генерала полные слёз глаза, он со всхлипом спросил:

– Чего, и языки эти иностранные учить тоже, да?

– Непременно учить! Сам проверять буду! А то ишь волю взял…

Выволочка продолжалась ещё минут десять, после чего из-за закрытых дверей послышался звон медного колокольца, а затем они распахнулись, и в комнату, в которой находились они с генералом, выметнулось два буйных вихря – Николай и Михаил. А вслед за ними вошёл высокий мужчина в несколько старомодном сюртуке – учитель математики великих князей.

– Добрый день, ваше высокопревосходительство, – степенно поздоровался он с генералом Ламздорфом.

– Добрый-добрый, – сердито пробурчал тот в ответ. – Значит, так – с сего часа кроме великих князей на занятиях будет присутствовать ещё и вот этот «казачок». И спуску ему не давать. Спрашивать пуще других!

На лице учителя нарисовалось недоумение. Ну да – маленькие князья-то учились уже давно, а этот «казачок»… но спорить с генералом было себе дороже.

– Всё понятно, ваше высокопревосходительство.

Вообще-то предложение о том, чтобы Данилку допустили до занятий вместе с маленькими великими князьями, озвучил Николай. Он не забыл того, что сказал ему маленький трубочист на дереве сразу после запуска модели планера… Вот только после того, как Данилка разобрался с тем, как устроены отношения юных членов императорской фамилии со своим воспитателем, ему стало понятно, что просто попросить об этом – значит полностью погубить дело. Несмотря на то что на столь высокий пост его выбрал сам бывший император Павел I, а также вроде как немалый опыт генерала в подобном деле, полученный ещё со старшими великими князьями, Матвей Иванович оказался средоточием качеств, которые делали его абсолютно неприспособленным к выполнению подобной задачи. Во-первых, он был твёрдо убеждён, что главной задачей воспитателя является воспитание в ребёнке послушания. Всё остальное – естественные и точные науки, искусства, языки и так далее – всего лишь инструмент для этого. И не более. Во-вторых, любимым методом воспитания этого самого послушания у генерала был запрет. Лишь только ребёнка что-либо заинтересовывало и он начинал заниматься этим с большим интересом, как тут же следовал запрет. Нельзя! Стоп! Запрещено! И наоборот – то, что не приходилось маленьким великим князьям по душе, начинало твёрдо внедряться в практику. Молчать! Делать, что велено! Ещё! И ещё! А завтра будете заниматься этим ещё на час дольше… Исполнять!

Поэтому, когда Николай попросил допустить Данилку до занятий, бывший майор едва не взвыл, понимая, какой будет реакция генерала… Слава богу, тот сразу не воспринял эту просьбу как нечто серьёзное. Плюс сработало то, что его отношение к Данилке было вполне благожелательным. В первую очередь благодаря самому Данилке. Тот разузнал, чего ему нравится больше всего, и пару раз подстроил ситуацию, когда генерал застал его за отработкой ружейных приёмов с палкой. Генерал застал «казачка» в тот момент, когда тот рьяно маршировал на заднем дворе, командуя сам себе: «Шагом марш!», «На краул!», «Нале-во!», «Напра-во!» – да так лихо, что сердце генерала возрадовалось. Плюс генерал сильно пристрастился к его «капучино»… Так что Данилке удалось сначала спустить просьбу Николая на тормозах, ну а сейчас вообще сделать вид, что идея учиться вместе с великими князьями ему шибко не нравится. Чего натура генерала снести просто не смогла. Как это так – какой-то «казачок» смеет проявлять недовольство тем, что никак не может находиться в его воле. Немедля заставить! Да ещё и наказать! Пущай мучается, ещё и иностранные языки изучая. А уж я проконтролирую, дабы и не смел отлынивать. По всей строгости спрошу!

А если бы просто попросили, так не