"Зарубежная фантастика -2024-11. Книги 1-19 - Дэвид Фридман Джерролд Страница 180

быстро теряешь привязанность к телу, с которым родился и вырос. Во всяком случае, привязанность к нему расценивается как… профессиональная непригодность. На этом все и держится. Понимаешь, индивидуализм вредит объединенному разуму, расщепляет его, Подспудные личные желания как бы смещают центр тяжести. Прости, что я тебе объясняю так невнятно, но что поделаешь – я уже отвык от общения в таком узком диапазоне.

– Да… Конечно.

– Ладно, – сказала она. – Тяжелая работа пошла тебе на пользу, Джимми, ты потрясающе выглядишь.

– Я… э… хотел сказать тебе то же самое, Тед.

– Тэнджи, – поправила она.

– Извини. Между прочим, я не кривлю душой. Честно говорю, что никогда не видел тебя в таком изумительном виде. М-м, у вас что, нехватка мужских тел?

– Конечно нет, но разве тогда ты угостил бы меня таким обедом? А кроме того, принадлежность к женскому роду в действительности неопределенное понятие.

– Только не для тех, кто к нему принадлежит.

– Я говорю не про пол, а про женский род. Обычные люди не видят разницы, я знаю. Но поверь: женский род – это роль, которую надо играть, как и другие роли. Суть тренировки телепатов заключается в преодолении родовой принадлежности, возрастной, национальной Или расовой – словом, надо порвать все ниточки, которыми ты привязан к определенному телу. Между прочим, это идет на пользу личной гигиене. Я узнал невероятно много нового о женском теле – и о мужском тоже.

– Вероятно, ты до сих пор не можешь прийти в себя. Она пропустила подначку мимо ушей.

– Это один из пунктов контракта. Ты обязываешься оставить тело в том же состоянии, в каком оно находилось до твоего вселения. Режим питания, здоровый образ жизни, никаких стрессов и так далее. – Китаяночка улыбнулась улыбкой Теда. – Мне нельзя беременеть или общаться с извращенцами. – Она вызывающе посмотрела на меня. – Ты меня понял? Я почувствовал, что краснею.

– Я… э… думал, что уж ты-то знаешь меня.

Стоит ли говорить, что в конце концов мы оказались в ее доме, на удивление роскошно обставленном? Зимний сад, лужайка, бассейн, а в спальне кровать под балдахином – размером с Род-Айленд.

– А почему бы и нет? – заметив мое изумление, сказала Тед-Тэнджи. – Подумай сам. Деньги для телепатов ничего не значат. Их трудно – не скажу, что невозможно, – но трудно таскать за собой. Во всяком случае, телепатом становишься не ради денег. Нам остаются случайные маленькие радости, которыми можно попользоваться. Шелковое платье ощущаешь гораздо конкретнее, чем тысячу бон. – Она провела руками по своему телу. Меня поразил этот жест: никогда раньше я не видел, чтобы женщина так ласкала себя.

Тед-Тэнджи, казалось, находилась в процессе перевоплощения. Тело было женским, но обитающая в нем личность оставалась хамелеоном – то мужчиной, то женщиной, то непонятно кем. В результате у меня появилось как бы двойное видение. Были моменты, когда я обращался только к его сознанию, и были моменты, когда я остро чувствовал только ее тело. Удивительное ощущение – я мог бы наслаждаться им бесконечно. Эрекция сводила меня с ума. Никогда больше не надену тесные трусы.

Тед-Тэнджи села на кушетку, оставив местечко для меня.

Я сел напротив.

– У меня впечатление, что ты еще не сжился с этой., ролью.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду, – сказала она. – Впервые очутившись в женском теле, я был настолько поражен, что разревелся.

– Ты? В самом деле? – – Это случилось на тренировочном курсе. Как правило, на первом этапе попадаешь в банк тел. Твое могут вызвать по первому требованию и предоставить тому, кому оно понадобилось. Иногда тебя берут с собой, но в большинстве случаев оставляют. Иной раз помешают в библиотеку, где можно примерить на себя записи личностей. Очень скоро начинаешь понимать, что из опыта человечества может. оказаться для тебя полезным. Ты как бы расширяешь свою личность, Джим.

Так и есть на самом деле – потом ты уже никогда не станешь прежним.

– Я помню, каким ты был на автобусной остановке в Денвере, – напомнил я. – Немного невменяемым.

– Ты преуменьшаешь, Джим. Просто не в себе. Иначе и быть не могло. Все проходят через это, и я не исключение. Вдруг начинаешь открывать для себя довольно странные, вещи. Ты оцениваешь происшествие сразу с сотен сторон, и довольно быстро возникает его гологра-фическая картина. Твое восприятие разрушается, появляется новое, снова разрушается, и так – бесконечно. Словно впервые занимаешься онанизмом. Ощущение настолько приятное, что хотя ты и чувствуешь, что занимаешься явно не тем, но остановиться не можешь. А когда кончишь, ты уже другой. Возврата к прошлому нет.

– Ты точно стал другим, – сказал я. – Но не тогда. Она кивнула.

– Это – одно из самых первых испытаний. Путь телепата напоминает бег с препятствиями. Ты должен преодолеть все барьеры. Первый – просто проверочный. Я едва не споткнулся на нем, чуть не растворившись в сети. Это бывает. Люди не возвращаются в свои тела. Мне повезло. Как бы то ни было, я сумел обуздать первоначальное возбуждение. С этим необходимо справиться самому; только потом начинается настоящее обучение.

– Настоящее обучение?

– Да, тебя включают в группу из тридцати мужчин, и ты начинаешь ненадолго меняться с ними телами. Так продолжается три-четыре недели, но в конце каждой тренировки ты возвращаешься в свое тело. Ты начинаешь понимать, что происходит, когдя его использует незнакомый с ним человек, – так довольно быстро вырабатывается уважительное отношение к оборудованию.

Потом тебя оставляют в чужих телах все дольше и дольше, чтобы ты учился привыкать к ним, приспосабливаться, а не бороться с ними, ну и, разумеется, чтобы утратил привязанность к собственному телу. Ведь в любой момент можно оставить его навсегда. В конечном итоге я побывал каждым из своей группы. Когда мы все уже перезнакомились телами, нас перетасовали, как карты, и предложили разобраться, кто в чьем теле. Это было настоящее откровение. Мы узнали массу мелких, подсознательных деталей поведения, на которые обычно никто не обращает внимания. Один парень выдал себя тем, что слишком часто шмыгал носом, даже когда насморка не было. В каком бы теле он ни прятался, мы безошибочно вычисляли его. Я воспарил и решил, что теперь мне море по колено. В конце концов, я ведь столько времени провел в библиотеке. Мне казалось, я – ас. Боже, каким я был занудой!

– Да нет, – улыбаясь, сказал я.

– Нет, да! – рассмеялась она в ответ. – Еще большим, чем ты. – Она схватила меня за плечи. – Послушай, Джим, между восприятием чужих чувств и их созданием – огромная разница. И меня заставили понять это.

Это было