Фантастика 2025-101 - Михаил Иванович Казьмин Страница 176

Закончив кормить и убрав посуду, Лида отпросилась у меня отойти к той самой Даше, подменявшей ее на должности старшей сестры. Ну да, внимание и контроль ни в каком деле лишними не бывают, а уж в подготовке кадров особенно.

Оставшись один, я попытался обдумать услышанное только что. Случай-то больно необычный — уходит человек и пропадает с концами. В бывшем моем мире большинство подобных пропаданцев рано или поздно находили, причем далеко не всегда в моргах и больницах — хватало и таких, кто решил начать новую жизнь на новом месте, не уведомляя об этом никого из жизни старой. Здесь же, скорее всего, искать надо мертвое тело — и ощущения Лиды, и мое предвидение криком кричали, что именно это и придется делать. Но оно бы и ладно, тут же надо бы еще и выяснить, что с тем Петром произошло, а заодно и установить, кто в том виноват. Ну нет уж, это только когда в Москву вернусь.

Кстати, а оно мне вообще надо, этим заниматься? Вопрос резонный, ничего не скажешь… Да надо бы, я так полагаю. Почему? Ну, во-первых, Лида мне как бы не чужая, и помочь ей я считал себя обязанным. Во-вторых, честно говоря, самому стало интересно. А, в-третьих… Нет, получить Лиду себе в постель я смогу и используя то, чему меня научила Катя, но, откровенно говоря, хотелось обойтись без этого. Такой приз надо завоевывать честным путем, магию тут использовать неспортивно. Впрочем, отложим пока это. Сказал же, как в Москву вернусь.

А вот услышанное на днях от Лахвостева обдумать стоило. Так-то я об этом и без того думал все прошедшее после нашей встречи время, просто сейчас, в тихой и спокойной обстановке, можно было поразмышлять более старательно, чем я и занялся. Уже через несколько минут мое старание принесло плоды — я нашел сразу два возможных объяснения загадки Парамонова. Оба они, правда, обещали кучу тяжелой работы по сбору и анализу сведений, но любой из них так или иначе должен был привести к установлению личности человека, скрывавшегося за придуманной личностью Парамонова, а дальше к допросу подозреваемого, и, наконец, к раскрытию этого подзатянувшегося дела о неуловимом маньяке. До чего я додумался? Рассказываю.

Если мы имеем дело с придуманным и несуществующим человеком, коего, однако ж, видели своими глазами несколько вполне заслуживающих доверия свидетелей, значит, некий вполне себе реально существующий субъект решил прикрыться вымышленным именем. Правильно? Правильно. Применительно к нашему делу и установленным контактам того Парамонова, это может быть либо купец, либо некто, кто на кого-то из купцов работал. Тут, надеюсь, возражений тоже не будет? А раз так, то в первом случае мы ищем купчину, у которого за это время не было видимых дел, или были, но в небольшом количестве, но доходы при этом заметно выросли; а во втором — купца, на которого тот Парамонов работал. Сложно, да, но оно того явно стоит.

Еще очень сильно интересовало меня, что же случилось с Лахвостевым — мне с ним, вообще-то, еще работать и работать, а в таком состоянии моего начальника, глядишь, и за него кучу всего делать придется, чего, прямо скажу, не хотелось бы. Нет, я еще раз-другой подожду, пока он сам поведает, а если нет, уж на третий раз точно спрошу. Ну и домой надо написать, а то там уже извелись все, должно быть. Подергав шнурок звонка, я принялся ждать Лиду, которая и явилась пред мои очи уже через минуту с небольшим. Я попросил подать мне письменные принадлежности, оставшиеся после ухода Дикушкина — сам до столика, на котором они лежали, дотянуться не мог. Заодно мы с нею обговорили, как именно нужно переставить в палате мебель, чтобы мне было удобно работать с бумагами, поменьше теребя при этом мою добрую сиделку, и Лидия Ивановна тут же привела двух нестроевых из госпитальной команды, которые под ее руководством и выполнили всю запланированную нами работу. Я как раз успел написать письмо, поделившись с родней впечатлениями очевидца и участника Парголовской битвы, в самых обтекаемых оборотах поведав об обстоятельствах и характере своего ранения, а также передав всем домашним поклон от Лиды, как пришел майор Лахвостев, подтвердив своим появлением мудрость пословицы о бегущем на ловца звере. Время ужина в госпитале уже давно вышло, сам я поужинал, пока сочинял письмо, но Лида нас с Семеном Андреевичем выручила, заварив чаю и даже принесла нам к нему хлеба и немного меда.

— Как, Алексей Филиппович, ваше здоровье? Что доктора говорят? — поинтересовался майор, когда старшая сестра оставила нас одних.

— Доктора озабоченно отмалчиваются, — правдиво ответил я. — Так что здоровье, надо полагать, не очень.

— У меня вот тоже не очень, — признал Лахвостев то, что и так было заметно. — Выздоравливайте скорее, вы мне очень нужны.

— А с вами-то что? — я решил, что вот сейчас, когда начальник сам заговорил об этом, мой вопрос будет вполне уместен.

— В имение Бразовских съездил, — мрачно хмыкнул он.

— И что там? — осторожно спросил я.

— Там? — Лахвостев отстраненно огляделся. — Там такое…

И тут майора прорвало. Говорил он неторопливо, сдерживая чувства, заостряя внимание исключительно на фактах. Профессиональная привычка, видимо. Но выговориться ему явно было необходимо. Что ж, я был не против. Там более, история, рассказанная майором Лахвостевым, оказалась прямо-таки захватывающей.

…Иосиф Павлович Бразовский, глава небогатой дворянской семьи, имел, как ему представлялось, все основания жаловаться на судьбу. При том, что сам он являлся одаренным четвертого разряда, оба его сына, и от законной супруги, и от крестьянки, одаренностью не отличались вообще никакой. Дочь, правда, к своим девятнадцати годам уже имела третий разряд, но дочь — это дочь. Уже два года, как она вышла замуж, отчий дом покинула и, как выяснил Лахвостев, считала это своей жизненной удачей. А как жить семье? Вот и решил Бразовский-старший, что раз уж не срослось у сыновей с одаренностью, то заменить ее можно и нужно деньгами. А что, возможностей деньги открывают множество, удовольствия обеспечивают практически любые, да и вообще, кто говорит, что не в деньгах счастье, тот просто не пробовал. Пока сыновья подрастали, Иосиф Павлович пытался извлекать побольше доходов из поместья, но эти усилия особого успеха не приносили, вот и отправил он обоих на государеву службу. Только вот служить, по замыслу старшего Бразовского, они должны были