Запрещённая реальность. Книги 1-10 - Василий Головачёв Страница 175

– Это было нетрудно.

– Не лгите! Простому человеку, будь он даже директором Международного исследовательского центра боевых искусств, сделать это не под силу. Даже человеку Внутреннего Круга найти другого ночью в определенном месте, в лесу, достаточно сложно. Вы не Учитель, Вахид Тожиевич! И даже не Проводник. Меня мог вычислить лишь один субъект… – Матвей сделал шаг вперед, готовясь действовать немедленно. – Монарх Тьмы!

ВЫЗОВ КОНКЕРЕ

С момента домашней встречи с капитаном Хватовым директор Федеральной службы безопасности вызывал его к себе дважды, однако никаких странностей в поведении не заметил. Капитан явно ничего не помнил и не понимал, за какую провинность его перевели в другое подразделение. Сознавая, что выглядит в глазах подчиненного если не идиотом, то определенно сумасшедшим, генерал при последней встрече в своем кабинете кинул загадочную фразу:

– Передай там… наверх… или куда там надо… я согласен. Пусть выходят на связь.

– Куда? – растерялся Хватов. – Кому? На какую связь?

– Свободен! – отрезал Сергей Вениаминович. – Я пошутил. О нашем разговоре никому ни слова.

Капитан, получивший два противоречащих друг другу приказа: передать что-то «кому надо» – «я согласен» и «никому ни слова», вышел, совершенно сбитый с толку. Однако на переживания охранника директору ФСБ было наплевать, он был уверен, что таинственный Конкере узнает о его желании продолжить контакт и найдет способ связи.

– Федор Ильич, – нажал клавишу интеркома Коваль, – переведи Хватова обратно в команду, пусть занимается тем, чему обучен.

Следующая встреча директора с Хватовым-Конкере произошла в закрытом элитном клубе российских спецслужб «Георгий», охраняемом не хуже, чем известный комплекс зданий на Лубянке. Коваль страстно любил кегельбан и мог часами бросать тяжелые шары, попивая пиво. Партнером его обычно был кто-нибудь из начальников Управлений, но на сей раз он отдал предпочтение Хватову.

О том, что появился Конкере, Сергей Вениаминович понял по мощнейшему броску Хватова, не только свалившему кегли, но и пробившему решетку манипулятора, собирающего кегли. Хватов оглянулся на сидевшего у столика с напитками генерала, и тот вздрогнул, поймав пронзительный, сверх меры оживленный взгляд капитана охраны, в котором кипела какая-то чудовищная демоническая сила, вспыхивали и гасли искры недоброй воли, пренебрежения, сарказма, самоуверенности.

– Вы? – спросил Сергей Вениаминович, унимая дрожь в коленках.

– Я, – ответил Хватов, подсаживаясь к столику. У него изменился тон голоса, стал ниже и уверенней. – Вы хотели меня видеть. Говорите, у меня мало времени.

– Кто вы?

– Генерал, я человек иного плана бытия. Но на комментарии у меня нет ни секунды, да вы и не поверите рассказу. Главным для вас должно быть то, что я могу очень многое, чему нет рационального объяснения. Хотите проверить?

Коваль вздрогнул, потому что именно эта мысль пришла ему в голову.

Хватов кивнул.

– Это нормальное желание профессионала. Если вас интересует мой информационный доступ, то я знаю обо всех делах конторы, в том числе и о тех, состав исполнителей которых ограничен. Как, скажем, дело об утечке новейших систем оружия. Или «четырехнулевое» дело о секретных опытах с «темным кодированием» в метро. А также о создании после разговора с Генпрокурором спецподразделения «Гроза» для охоты за «чистильщиками»…

– Достаточно. – Сергей Вениаминович расслабил узел галстука, ему стало жарко. – Дьявол!

– Позвольте считать это комплиментом, – улыбнулся Хватов, наливая себе фирменного пива «Георгий». – Что касается других моих возможностей… Хотите прямо сейчас поговорить с премьером? С президентом? Я имею в виду отсюда и без телефона?

Коваль продолжал как-то отрешенно глядеть на собеседника, и Хватов для вящего эффекта щелкнул пальцами, хотя делать это было вовсе не обязательно. Перед директором ФСБ тотчас возникла прозрачная фигура человека за столом, и Сергей Вениаминович с ужасом узнал в ней президента. Тот поднял голову, снял трубку с телефонного аппарата, и в воздухе прозвучал его характерный картавоокающий голос.

– Слушаю вас, Сергей Вениаминович. Что еще стряслось?

– А-а-а, э-э, – просипел Коваль. – Ничего, Илья Ильич…

Фигура вместе со столом растаяла. Коваль опомнился, с шумом отодвинулся от столика вместе с креслом, оглянулся по сторонам, сказал брюзгливо:

– Кончайте ваши шутки, капитан. А если нас кто-нибудь увидел?

– Не волнуйтесь, генерал, президента видели только вы. И это не шутка, завтра президент спросит вас, по какому поводу вы звонили ему. Итак, я вас слушаю. Какой помощи вы ждете? Подчеркиваю, она может быть очень разнообразной, в средствах я не стеснен.

Сергей Вениаминович собрался с мыслями не сразу, но, судя по его дальнейшей речи, готовился к встрече давно и серьезно.

– Не могли бы мы поговорить в другом месте?

– Зачем? Нас никто не слышит, будьте уверены.

– Что ж, тогда… помечтаем. Мне бы хотелось успешно завершить дело по утечке валюты за рубеж. Найти разведчика в Институте стратегических исследований Министерства обороны…

– Но ведь этим делом занимается военная контрразведка.

– Мы работаем параллельно, но не мешало бы их опередить. Кроме того, надо перекрыть все каналы утечки новейшего оружия… впрочем, и оружия вообще. Определить местонахождение двух оставшихся групп чеченских «мстителей». Выйти на руководителей Сверхсистемы…

Хватов покачал головой.

– Не многовато ли для создания имиджа непогрешимого руководителя спецслужбы?

– Вы же сказали, что можете многое. А если нет – к чему весь этот разговор? – рассердился генерал.

– Ну хорошо, продолжайте.

– Я еще не сказал главного, – Коваль пожевал губами, успокаиваясь. – В перспективе я бы хотел упразднить Управление безопасности президента, передав его функции нам, подчинить ФСБ военную контрразведку [113] и ГУБО, снова создать политический сыск для надзора за врагами народа, отменить частные организации охраны и розыска уголовников, а также объединиться с «Чистилищем». Чтобы навести в этой стране порядок, нужна одна