Ход конем. Том 1 - Вячеслав Киселев Страница 17

мог позволить себе и не такие траты, а завод был недозагружен заказами, война ведь еще не маячила на горизонте. Спешка же Гнома была просто обусловлена стилем его работы и желанием поскорее приступить к испытаниям в войсках генерал-губернаторства и ехать в столицу для решения вопроса о принятии винтовки на вооружение, уже имея фактуру на руках.

Калибр для обоих винтовок Гном принял одинаковый – 8,6 мм, взяв для образца пулю от патрона Lapua Magnum и сделав по ней формы для штамповки и отливки. То есть пули теперь можно было изготавливать и фабричным способом и в полевых условиях, что снимало все вопросы по обеспечению войск боеприпасами.

Что-же касается артиллерии, то здесь все было и проще и сложнее. Липецкий металлургический завод ДГМК по заказу Военного министерства уже вовсю отливал корпуса для оперенных снарядов, окончательную сборку которых осуществляли на Донбассе. Поступали новые снаряды, официально принятые на вооружение, пока только в войска генерал-губернаторства, как находящиеся на наиболее угрожаемом направлении. А вот на новые металлические лафеты денег у министерства не нашлось и Гному пришлось положить эту идею на полку до лучших времен. Хотя и в имеющейся конфигурации, с автоскрепленными стволами, бездымным порохом и оперенными снарядами, русская артиллерия была сейчас ультимативным оружием, вот только ресурс лафетов сократился раза в полтора, что потребовало включения в штаты полков артмастерских, для их ремонта в полевых условиях.

Ну и не забывал Гном о своих любимых игрушках – реактивных системах залпового огня, производство корпусов для которых перенесли из Тулы на Липецкий завод, где построили для этого отдельный цех. К осени 1772 года под началом Суворова уже был целый реактивный артиллерийский полк, оснащенный тридцатью шестью пятизарядными установками и тяжелыми сто килограммовыми ракетами с дальностью стрельбы до шести километров. Показатели дальности можно было без проблем увеличить, но нестабильность горения пиротехнического состава и пока еще низкое качество изготовления корпусов и аэродинамических поверхностей приводили к большому рассеиванию, что при отсутствии возможности корректировки огня, делало это в настоящий момент бессмысленным.

Хотя вопросом организации артиллерийской разведки Гном тоже заморочился, но пока по остаточному принципу. Людей и времени на все не хватало. Самым оптимальным решением проблемы здесь виделся привязной аэростат, с горелкой на горючем газе, получаемом при коксовании угля, что тянуло за собой необходимость в организации сбора и хранения газа, и являлось фактически новой отраслью хозяйства. Кроме того, проблемами являлись изготовление безопасной горелки и емкости для хранения газа приемлемой массы, а также подбор пропитки для хлопчатобумажной ткани.

В таких условиях, учитывая, что за формальным первенством в покорении воздушного пространства Гном не гнался, а хотел сразу сделать нормальный промышленный образец, пригодный для практического применения и безопасный для людей, наступление эры воздухоплавания временно откладывалось.

***

Вот в такой конфигурации стороны оказались в момент смерти императрицы Екатерины и прихода к власти ВТС. К октябрю месяцу Тульский завод закончил выполнение и отгрузку заказа Гнома на пять тысяч СВЧ-1 и заговорщикам достались лишь несколько опытных образцов винтовок, но при отсутствии производства капсюлей, эта система требовала переработки обратно под кремневый замок, что сделать было сложнее, ввиду подвижности зарядной каморы. Денег в казне было негусто и никто не стал этим заморачиваться.

После этого, Гном оперативно организовал переделку гладкоствольных ружей в СВЧ-1 на Донецком заводе, бросив на эту работу дополнительные силы, и к весне 1773 года смог произвести еще около пяти тысяч штук, в том числе две тысячи кавалерийских карабинов, что позволяло перевооружить почти половину имеющихся пехотных полков, а также часть драгун и казаков.

А с Липецким заводом вообще произошла анектодичная ситуация. Формально находясь на территории подконтрольной ВТС, завод оставался в собственности ДГМК и продолжал выполнять все ранее заключенные контракты, обеспечивая корпусами снарядов войска Потемкина, а ядрами войска их потенциальных противников. Что пока устраивало обе стороны будущего конфликта.

Так что в предстоящей этим летом войне, туркам и полякам предстояло встретиться с новой русской армией, небольшой по численности, но опережающей своих противников в характеристиках систем вооружения, как минимум лет на тридцать-пятьдесят.

Глава 5

Когда, наконец, в окулярах моего бинокля показался вечерний французский берег, я ощутил, что почти полугодовые приготовления подошли к своему логическому завершению и впереди нас ожидает череда событий, которые обязательно оставят свой след в истории.

Для высадки штурмовых групп я привлек всех четырех торговцев, следовавших с нами в ордере и оказавшихся арабами, предупредив их, что если завтра их корабли случайно окажутся в Тулоне, то сбежать у них уже не получится, а когда я их поймаю, то половину команды сварю заживо в кипятке, а вторую половину заставлю их сожрать. Судя по ужасу в глазах простых моряков, шарахающихся от моих спецназовцев, зачернивших лица и одетых в черные боевые костюмы, угрозы дошли по назначению. Да и не станут мусульмане рисковать собой ради каких-то неверных, которых собираются немного обезжирить неизвестно откуда взявшиеся пираты. Поэтому за сохранение фактора внезапности атаки я не сомневался. Потребность же в четырех кораблях вытекала из количества десанта –двести сорок спецназовцев и сотня десантников-артиллеристов, предназначавшихся для использования по предназначению артиллерии фортов, которые мы собирались захватить.

На нашу удачу у торговцев нашлись превосходные карты этого района моря, в том числе и побережья, по которым мы смогли определить укромные места для высадки всего километрах в пятнадцати от целей, что не так уж и далеко даже для обычных солдат, а для спецназа так вообще легкая прогулка.

Не доходя семи-восьми миль до берега, корабли разделились и моя пара взяла восточнее, к мысу Урсиньер, а пара, предназначенная для высадки отряда Доброго, ушла западнее и растворилась в сумерках. Теперь нам предстояло действовать автономно и связаться между собой только после захвата фортов, посредством корабельных сигнальных фонарей на треногах, которые пришлось тащить с собой, несмотря на их солидный вес.

***

Небольшие торговцы несли на себе лишь по две шлюпки, что для высадки почти двухсот человек одной волной было недостаточно. Поэтому чтобы не терять времени на этом этапе и не подвергать себя риску обнаружения, мы загрузили оружие и снаряжение, а также меня, как наиболее ценный груз, в шлюпки, а десант шлепал по воде прицепившись к ним