"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер Страница 150

Но вместо атаки… По телу прокатилась волна эмоций: страх, такой острый, что перехватило дыхание, растерянность, от которой закружилась голова, и голод — тянущий, выворачивающий внутренности. Я замер, пытаясь разобраться. Эти чувства… не мои. Они принадлежат существу, которое прячется во тьме.

— Не трогай его! — Маргарита развернулась молнией, схватила меня за руку. Её пальцы дрожали, пытаясь оттащить мою ладонь от меча.

Я сделал несколько осторожных шагов вперёд, вглядываясь в темноту. Свет факела выхватил из мрака съёжившуюся фигурку. Медвежонок, тот самый, что растворился у меня в руках, вжался в землю и жалобно поскуливал. Его крошечное тельце дрожало, а мутно-белые глазки светились уже не любопытством, а животным страхом.

— Я чувствую его эмоции, — произнёс задумчиво, пытаясь осмыслить происходящее. Волны чужого страха накатывали снова и снова, отдаваясь внутри дрожью. — Как такое возможно?

— Неважно! — фыркнула Маргарита, но её голос дрогнул. — Уже… неважно.

Вот тут я категорически не согласен. Ощущать эмоции твари — такое в мои планы точно не входило. Огляделся, запоминая каждую деталь. Каменные своды уходили во тьму, в стенах поблёскивали прожилки кристаллов. Это мой рудник, и скоро я отсюда всё вытащу. Каждый кристалл пойдёт на личные нужды.

«Перевёртыш думает, что использует меня…» — ухмыльнулся про себя. Всё наоборот. Пройти глубже без сражений с монстрами — бесценная возможность. Ещё и своих балбесов нужно забрать. В итоге получаю даже больше, чем рассчитывал.

Заметил, как медвежонок неуверенно двинулся следом, прижимаясь к стенам. Крошечные отростки между чешуек едва заметно пульсировали, создавая причудливые тени. Странное создание… От него накатывали новые волны эмоций: страх постепенно уступал место любопытству, а голод становился всё острее, отзываясь спазмами в моём собственном желудке.

Туннель резко расширился и вывел нас в просторный зал. Факел Маргариты здесь казался лишним — стены испускали собственное сияние, заливая пространство холодным светом. Я застыл, не веря своим глазам.

Кристаллы. Десятки, сотни магических кристаллов пронзали камень, словно клыки неведомого чудовища. От крошечных, размером с ноготь, до огромных — с ладонь.

Они пульсировали в такт друг другу, будто единый организм, наполняя воздух густой силой. Источник внутри меня затрепетал, жадно впитывая исходящую от них мощь. По каналам потекла чистая энергия, заставляя кожу покрыться мурашками.

«Моё. Это всё моё!» — от одной мысли сердце забилось чаще. С таким количеством кристаллов… Четвёртый ранг? Легко. А может, и выше получится прыгнуть.

Пришлось оторваться от созерцания своего будущего богатства. В центре зала, у самого большого кристалла, застыла напряжённая сцена.

Близнецы Тёркины держали на мушке бледную девушку. Симона… Её лицо исказилось от боли, на шее проступили чёрные линии, похожие на выжженное клеймо. По венам растекалась тьма, превращая кожу в паутину чёрных нитей.

— Сестра! — Маргарита ринулась вперёд, оставляя за собой погасший факел.

— Стоять! — рявкнул Василий, передёргивая затвор.

Эхо выстрела заметалось под сводами. Его руки дрожали так сильно, что пуля ушла в потолок, выбив сноп искр.

— Ещё шаг, и твоя сестричка получит пулю в голову! Я эту суку перевёрнутую… — он облизнул пересохшие губы. — Размажу ей мозги по стенам! Посмотрим, как вы восстановитесь.

— Павел Александрович, — голос Николая звучал глухо, словно из-под земли. Старший брат держался спокойнее, но пальцы, сжатые на прикладе, выдавали напряжение. — Вы живы! Мы думали, что эта тварь убила вас.

— Они монстры! — Василий сорвался на визг, его зрачки расширились от страха. — Как те, в туннелях. Только хуже! — он судорожно держал ружьё, костяшки пальцев побелели. — Притворяются людьми, а потом… — его передёрнуло, ствол ружья заходил ходуном. — Мы чуть с ума не сошли, когда поняли, что рассказы отца о перевёртышах — правда.

Симона закашлялась, по её подбородку потекла чёрная жидкость. Запах… Я принюхался. Что-то знакомое. Яд? Пытался вспомнить: «Это точно не мой. Тогда в особняке я даже не ранил сестёр. Жора? Нет, тоже не мог».

— Помоги ей! — в голосе Маргариты зазвенело отчаяние. Девушка побежала к сестре, но замерла, когда Василий лязгнул затвором. — Она умирает!

— Отлично! — истерический смех младшего Тёркина эхом отразился от стен. — Сама сдохнет, а мы вместе прикончим вторую тварь!

— Тихо! — рявкнул я так, что медвежонок у ног подпрыгнул.

Осмотрелся, оценивая ситуацию. Одна умирает, а другая настолько слаба, что даже форму сменить не может. Самое время избавиться от перевёртышей… Проблема решится сама собой. Но Маргарита права… Без проводника нам отсюда не выбраться.

У входа в туннель снова мелькнули тени монстров. В проходе то и дело вспыхивали глаза тварей — красные, белые, янтарные. Они выжидали, наблюдали. Не знаю, как сёстры на них воздействуют, но хочу научиться такому же.

Бросил ещё один взгляд на братьев. Дальше пути нет, придётся возвращаться через лабиринт. Втроём против всех тварей у нас не получится пройти такой путь.

— Коля, держи на мушке того, кто пытается напасть на господина! — крикнул Василий, тыча пальцем в мою сторону.

Я опустил взгляд. Медвежонок жался к ногам, его крошечное тельце дрожало. Чужие эмоции накатывали волнами: страх, растерянность, голод. Они начинали раздражать, путали мои собственные мысли, но сейчас было не до этого.

Симона снова закашлялась, её тело выгнулось дугой, как от удара током. Чёрная жидкость уже не просто сочилась, она фонтаном брызнула изо рта. Тонкие струйки потекли из глаз и ушей, словно кровавые слёзы. Запах… Принюхался сильнее. Странный, ни на что непохожий аромат.

Девушка рухнула, ударившись затылком о камень.Тело затрясло, как в эпилептическом припадке. Маргарита вонзила ногти в свои ладони с такой силой, что между пальцев потекли струйки крови. Они капали на пол, смешиваясь с чёрной жижей.

— Пристрелить их обеих! — Василий трясся, как в лихорадке, ствол ружья в его руках ходил из стороны в сторону. — Они же твари! Нелюди! Сами видели. И эти когти, и шерсть, и…

— Успокойся, — повысил голос Николай, хотя его собственный взгляд метался между мной и перевёртышами. — Хозяин разберётся.

— Разберётся⁈ — младший сорвался на визг, брызгая слюной. — Ты видел, что они делали? Как менялись?

Маргарита метнулась к сестре. Грянули выстрелы — близнецы разрядили ружья в перевёртыша. Эхо заметалось под сводами пещеры, осыпая нас каменной крошкой. Едкий запах пороха перебил вонь странного яда, но толку от стрельбы не было никакого.

— Стоять!