Александр Плетнёв - Последний довод павших, или Лепестки жёлтой хризантемы на воде Страница 147

— …совет Сиро-Нисса полностью за вмешательство. Понятно, что для нас всё произошло не менее неожиданно, но благоприятные условия ещё сохранились. Аналитики дают положительный прогноз с восьмидесятипроцентной вероятностью.

Говоривший стоял в простом помещении: заурядная декоративная ниша, увешанная свитками с каллиграфическими надписями. Раздвижные перегородки, обклеенные бумагой. Запах древесных углей из котацу. Отполированные полы покрыты мягкими татами из камыша. Обычный японский минимализм.

Гость склонился в ожидании ответа, и если о нём можно было сказать, что он немолод, скорее даже стар, то к кому он обращался — был очень стар. Полумрак скрывал его черты лица, высохшую кожу, сеть мелких морщинок, выражение глаз, но голос, несмотря на хрипоту, оказался низким и глубоким, а интонация и манера говорить выдавали в нём человека сильного, привыкшего повелевать.

— Не забывайте, что Сиро-Нисса это в первую очередь — Я. А я по-прежнему считаю, что это не наше дело, и наша организация не должна вмешиваться. Перевооружение и модернизация у американцев прошла ещё не полностью, мы не смогли внедриться во все системы. Какой нам резон раскрываться так рано, когда мы не выполнили и половины программы. Вместо сокрушительного удара, мы лишь слегка укусим их. Не мы владеем инициативой, не мы принимали решение, а я так не люблю.

— Мы не вправе оставаться в стороне, когда Императорская армия и флот бьёт врага. Может быть больше такого шанса и не будет, и нам предстоит ждать ещё вечность…

— Что Вы знаете о вечности? — Глаза старика блеснули темнотой, — это больше похоже на последний вздох, точнее выдох Императорской армии, самоубийственный укус пчелы. Как вы собираетесь вписать происходящее в наши планы? Каким образом будет развиваться политика страны?

— Правительство намерено заключить договор с Россией, — в голосе гостя сквозило неодобрение и даже презрение.

— Вижу, не одобряете. На нас на всех наложила отпечаток победа над русскими в 1905 году. Но нахожу нынешнее решение правительства вполне целесообразным, — старик посмотрел на гостя, и поправился, — хорошо, если вам будет угодно — целесообразно при сложившихся обстоятельствах. Россия это не СССР. Слабый, технически отсталый, плохо организованный союзник. Ко всему ещё эти разногласия по поводу островов. Но не с Китаем же нам договариваться?

Гость по-прежнему плохо мог разглядеть лицо старика, но мог поклясться, что тот, произнося последние слова, посмеивался над ним.

— С соседями всегда сорятся, — старик поднялся на ноги, прошёл вглубь помещения, — хотя я всегда считал, что заключать союзы лучше с близкими соседями, чем со всякими далёкими пришлыми.

С громким треском раздвинулись бамбуковые ширмы. Гость подумал, что разговор закончен, но хозяин дома поманил его за собой, приглашая пройти в садик. Однако, выйдя за дверь, они остались стоять под небольшим навесом. В ноздри ударил запах переспелых фруктов, блеснул водной гладью пруд, но лишь на минуты — солнце, вынырнув из-за большого бело облака, увенчав ореолом Фудзияму, скрылось за величественной вершиной. На землю сразу опустилась темнота.

— Красиво! Нравится? — Хозяин дома стоял спиной к гостю, и тому снова не удавалось следить за выражением его лица, — одно наше неосторожное действие, и мы можем всего этого лишиться.

Знаете, я не очень верю вашим аналитикам, а полагаюсь на своё сердце. Вы можете сказать, что я по стариковски осторожничаю, но чересчур часто молодые горячие головы толкали страну к поражению и хаосу. Я лично не знал Исороку Ямамото, и среди известных историй о нём много вымыслов. Несмотря на некоторую азартность, этот человек не склонен совершать необдуманных поступков, тем более агрессивных. Если вы изучали историю, должны знать, что он совсем не желал воевать с Америкой. Но что мы можем знать о том, что думает человек, побывавший за гранью? Мне не понятно — он спланировал такую блестящую атаку на американцев и по идее он должен координировать армию и флот, а сам, если верить донесениям разведки, возглавлял самоубийственный удар по американскому морскому соединению. Хотя, то, какой урон он нанёс своими действиями, говорит о чётком планировании и знании дела. Но это война обрёчённых.

— Мы могли бы помочь, — не оставлял своих попыток гость, — согласно полученным донесениям…

— Что в первую очередь видно из этих попыток Генды связаться с нами? — Резко спросил старик.

— Просьба, — неожиданно для себя, неуверенно сказал гость.

— Не просьба, а вопрос. И осторожность, — почти давил хозяин, — Генда сам ничего не понимает в той чертовщине, что твориться сейчас в мире.

Возникла долгая пауза и тишина, лишь лёгкий ветер шелестел ветвями деревьев и первыми опавшими листьями.

— Последствия нашего вмешательства отразятся и на русских, — неожиданно заговорил хозяин, — нам понадобятся козырные карты при переговорах, но надо как-то решить всё на неправительственном уровне. Хотя особо раскрывать всех секретов совершенно ни к чему, — немного подумав, он добавил, — тем более что русским не привыкать. Быстрые решения их «люди не к месту» принять не смогут. Что случится, то случится. Но при заключении договоров у нас будет некое оправдание.

— Что вы имеете в виду? — Удивлённо спросил гость, вдруг поняв, что старик неожиданно поменял своё решение, — должно ли нас волновать, как поведёт себя русская техника? Для меня не будет неожиданностью, если выяснится, что у них аппаратура до сих пор на лампах работает. Тем более что вы правы — «русским не привыкать» …

— Это неважно, — раздражённо отмахнулся хозяин дома.

Снова возникла небольшая пауза. Ветер совершенно стих и тишину нарушал теперь всплеск рыбы в пруду. Хозяин нащупав, щёлкнул включателем — в цветниках, в искусственных кувшинках, плавающих на воде, загорелись многочисленные лампочки, стало светлее и как-то радостнее.

— Вы по-прежнему считаете, что нам не надо выходить из тени? — Теперь гость мысленно задавался вопросом, почему старик изменил своё несогласие на положительное решение.

Хозяин, наконец, спустился с небольших ступенек и прошёл к ограде, придирчиво осматривая золотарник, отломил несколько сухих веток и бросил на тропинку.

Гость, учтиво следуя за старшим, продолжая обдумывать решения старика, непроизвольно заметил, что ветки акации на его взгляд были одинаково сухи — не понятно, чем именно эти тому не понравилась.

— Вы вдавались в технические вопросы проекта «Дэн»? — Хозяин резко повернулся и внимательно посмотрел собеседнику в глаза.

— Я понял, что вы имеете в виду — могут пострадать не только военные, и не только наших врагов.

— Завтра на рассвете, на их европейском рассвете, — уточнил старик, — американское командование, начинает переброску сил базирующихся в Европе — самое время для начала действий.

— Нанести упреждающий удар и наибольший ущерб на стадии развертывания, — догадался гость.

— Надо задействовать все средства, что бы минимализировать полёты гражданских авиалиний — это основная зона риска. Не думаю, что возникнут большие сложности, но идиоты найдутся везде. Не хватало, что бы из-за каких-то дураков и растяп, нас стали ненавидеть во всём мире.

Любой проигрыш вызывает у стороны, потерпевшей поражение массу споров, анализа ошибок и желание их исправить. Проскальзывают фразы типа: «а вот если бы…». И конечно появляется острая потребность во взятии реванша. Несомненно, после второй мировой войны, подобные настроения будоражили всё японское общество, естественно в разной степени интенсивности — всегда есть люди которые, импульсивно лезут снова в драку, а некоторые просто устали от войны, самые умные затягивают потуже пояса и начинают, не бравируя, планомерно готовится к достойному ответу.

В Японии образовывались разные организации реваншистского толка. Американцы умело играли на советской, северокорейской угрозе для Японии, финансовыми вливаниями в стратегически важный остров. Японское правительство, понимая свою полную зависимость от победителей, боролось против этих организаций, подавляло антиамериканские настроения среди граждан. Что весьма было разумно при том раскладе сил, что сложился в Тихоокеанском регионе.

А вообще можно было бы смело предположить, что организация была одна, действовавшая централизовано, а остальные для показухи лояльности к американцам сдавались на закуску.

Понимая, что традиционными способами наращивания боевой мощи врагов не одолеть, да и возможности такой победители не давали, руководящие лица Сиро-Нисса изыскивали различные новые возможности, вплоть до самых бредовых и тупиковых. Таким была, например, разработка генетического оружия. Наверняка подобная мысль возникала не только в стране Восходящего Солнца. Идея основывалась на том, что люди разных рас имеют генетическое отличие. Оставалось только найти это отличие и опять-таки, например, распыляя совершенно безобидные и незаметные реагенты или посылая, специальное излучение из космоса, воздействовать на систему размножения людей. Разработчик заверял, что это будет даже не убийство — просто не будет происходить оплодотворения. Останется только дожидаться, когда враги сами состарятся и вымрут.