Фантастика 2025-167 - Алекс Войтенко Страница 144

- Давайте, - махнул рукой Савкой, словно останавливался у таких каждый день.

— Не хотите ли предварительно осмотреть апартаменты?

– Не стоит тратить время.

— Половина дукача, личная мать, — пробормотал Игнат.

Портье улыбнулся и легко поклонился. Ярема зевнул.

— Спасибо за выбор, господа рыцари. Сколько у нас планируете отдыхать?

— Это пока неизвестно. Дела Ордена, — Савка авторитетно помахал рукой с перстнем, начертив в воздухе образы секретных дел.

— Прошу рыцарей назваться для книги гостей и внести предоплату за двое будущих суток, то есть по дукачу из пана. Такие правила отеля, спасибо за понимание.

Он записал имена в большую книгу, получил от характерников по золотому (Северин с облегчением развязал кошелька и отдал первый дукач), прозвенел небольшим колокольчиком. Через несколько секунд нарисовалась пара ребят — также в форме и смешных белых шляпах, похожих на баняки.

— Отель дарит господам по фужеру игристого французского вина из региона Шампань, его принесут вместе с вашими дорожными сумками. К сведению панства, ресторан находится налево, а конюшни направо. Оба заведения работают круглосуточно. Есть вопросы или дополнительные пожелания?

– Да нет.

– Для нас большая честь принять рыцарей Серого Ордена. Желаю господам приятного времени в столице и гостинице «Бриллиантовый дворец». Вас проведут в апартаменты, — портье выдал ключи коридорным.

Апартаменты разместились на четвертом этаже гостиницы. У Северина от взгляда на ту роскошь отвисла челюсть: кровать с балдахином, мягкая перина, множество подушек с засушенными лепестками роз между ними; бархатные гардины с золотыми кистями, хрустальный штоф, большая электрическая люстра, мраморная ванна... Из крана текла горячая вода! А из окна была видна вся Контрактовая площадь. Коридорные прожогом принесли его саквы и фужер шампанского. Вино было кислое, покалывало язык, но он по примеру Яремы бросил слугам несколько шелягов — правда, из собственных сбережений, потому что в характерном кисете мелких монет не было, после чего почувствовал себя настоящим шляхтичем.

Юноша сбросил дорожную одежду и с удовольствием нырнул в горячую ванну. Вот жизнь! Не надо ничего греть, все льется горячо... А какое мыло! Также пахнет розами. Вот как после такого возвращаться в комнаты в придорожных корчмах?

Характерники собрались через час, вымыты и нарядны. Не сговариваясь, каждый вышел в полном рыцарском строю — где еще, как не в столице, прогуляться в новеньком кунтуше! Даже небольшой Филипп в нем выглядел больше и могущественнее. Пистоль и сабли оставили наверху все, кроме Гната, который явился с обеими близнецами за спиной.

- Брат Эней, зачем тебе оружие? — настороженно спросил Савка. - Мы идем любоваться столицей, а не складывать курганы из вражеских голов... Ножа вполне достаточно.

— Оно у Яремы ныряльщик, — ответил слобожанин.

— Потому что я светлейший.

— А я ясносрок и никуда без близнецов не пойду, — скрестил руки Игнат.

— Ответ, достойный настоящего сына Дикого поля, — Савка направился к двери. - Айда, братья.

В форме было жарко, но оно того стоило. Пятеро молодых людей в черных характернических кунтушах привлекали всеобщее внимание: на них смотрели, им махали, с ними здоровались. И это в самом сердце столицы! Грудь Северина выпирала колесом, а лицо приобретало мужественный и серьезный вид. Игнат подкручивал усы и подмигивал девушкам, Ярема и Савка походили по меньшей мере на молодых магнатов, и только Филипп шагал как всегда, с вялым любопытством разглядывая вокруг.

Они поднялись по Андреевскому спуску, прошли мимо Десятинной церкви и оттуда пошли к Софиевской площади отдать честь могиле Владислава Буревия, самого известного характерного дуба в столице. Во время нашествия Изумрудной Орды ее агенты от московитского улуса подкупили часть Красного и Черного Советов, планируя мятеж и покушение на гетмана Тимофея Хмельницкого, а Урага за счет собственной жизни уничтожил агентов вместе с приспешниками, а на следующий день его учитель Волк вместе с другими джурами Мамавиги погиб.

Савка постоянно переспрашивал, нравится ли им прогулка, Игнат крепкими выражениями доносил мысли об увиденном, а Ярема сравнивал все со Львовом, на пользу, конечно, Львова.

От Золотых ворот характерники спустились в оперу.

- Ах, опера! – Савка театрально махнул рукой. – Мое любимое место!

– И мое! — восхищенно подхватил Ярема. — Мамуньо ежемесячно меня с собой на спектакли брали. У нас во Львовской опере, которая значительно больше и красивее, есть выкупленная ложа. "Свадьба Фигаро", "Волшебная флейта", "Вильгельм Телль", "Дон Жуан"... И какой там замечательный буфет, леле! — Ярема мечтательно похлопал себя по пугу.

Игнат пыхнул и пробормотал: «Дон Жупан».

– Не хочу разочаровывать тебя, брат Малыш, но эти названия мне известны исключительно из афиш, – сказал Деригора. — Никакого спектакля я не видел, хотя и не пропускал ни одного. Ведь именно здесь, среди толпы мечтательных зевак, поглощенных болванами, было так легко резать кошельки. Ходишь и собираешь их, как спелые сливы, а оболтусы ничего не замечают...

– Покажешь, где жил? – спросил Северин.

Улыбка брата Павла погасла. Он на мгновение бросил взгляд на свой перстень, потом покачал головой.

— Слишком далеко. Да и ничего интересного в нищете нет... Не хочу туда возвращаться.

Отправились в университет Святого Владимира, а оттуда во Дворец Гетмана. Самого дворца не было видно за забором и деревьями — только белели высокие стены и ярким оранжевым светом горели окна.

— Где-то там гетман сейчас наливочки попивает, — рассказывал Савка. - Видите охрану?

Охрану не увидеть было трудно: каждые двадцать шагов у забора замер часовой с ружьем на плече.

- Личная гвардия. Слышал, что несколько назначенцев тоже несут службу в этом отряде.

Савка повел их дальше, к большому зданию с двумя залами. Лестница в один зал была выложена красным мрамором, а в противоположную — черным, обе двери имели соответствующие цвета. Над зданием развевался огромный желто-синий флаг с трезубцем.

— Здесь наши Советы собираются. Слева, побольше, это Черная. А справа, соответственно, Красная.

– Где мой старший брат будет заседать, – пробормотал Ярема, изучая красный зал, за что получил одобрительный взгляд Савки.

После осмотра правительственного квартала ватага вернулась к Почтовой площади. Здесь выстроились порты: речной, воздушный и чуть подальше железнодорожный. Нагруженные телеги постоянно выезжали со складов. В сумерках тонкие цепелиновые башни засветились желтыми огоньками. Характерники целый час наблюдали, как к одной башне медленно подлетел гигантский аэростат, как осторожно встал на якорь, как мелкие точки людей вышли на высокую платформу.

– Что у нас сегодня, среда?