"Фантастика 2025-170". Компиляция. Книги 1-30 - Анатолий Анатольевич Логинов Страница 140

мистера Гринсона выполненный заказ. Однако сколько они не звонили, дверь никто не открывал. Когда же Тао попробовал постучать по двери, оказалось, что она не заперта. Чен остался ждать, а Тао сразу побежал к телефонной будке и позвонил мне и в полицию. Но полицейские долго не приезжали, поэтому он еще раз позвонил мне. Я позвонил в участок, а сам приехал сюда, дожидаться приезда полиции. И наконец дождался вас. Чему очень рад, мистер Сигалл, сэр, — он снова попытался поклониться сразу обоим полицейским.

— Отлично, Дин. Я тебя понял. Значит внутрь никто не заходил? — уточнил Сигалл. — Тогда так. Айвен, — обратился он к напарнику, — готовь свой фотоаппарат. Папку пока можешь отнести в машину. И прихвати там на всякий случай аптечку. Мы пойдем внутрь, — пояснил он стажеру и китайцам. — Вас, мистер Фан я не задерживаю, а ваших работников попрошу остаться.

— Но… у них еще есть заказы… — протянул Дин Ли Фан.

— Хорошо, — тут же согласился Джим. — Пусть едут по заказам, но через… три часа… Хватит трех? — посмотрев на отрицательно качающего головой китайца, Сигалл смягчился. — Ладно. Если успеют до шести, то пусть подъезжают в участок. А если нет, тогда завтра не позднее, чем в девять утра. И чтоб не вздумали скрываться, — пригрозил он напоследок. Заметив же подошедшего Айзеншписа, Джим махнул китайцам рукой, после чего явно выбросил из головы посторонние проблемы и занялся, наконец, расследованием. Плюнув на все указания комиссара полиции, запрещавщего лишний раз пугать обывателей оружием, Сигалл сразу обнажил ствол. В отличие от большинства полицейских Сент-Пита, предпочитавших револьверы или, в крайнем случае, пистолеты Кольта и Сит-Вессона, Джим носил двадцатизарядный германский «Маузер».

Выпускаемый по советской лицензии, надо заметить. О чем он некстати вспомнил и тут же постарался выкинуть все ненужные мысли из головы. Как перед боем у деревни Ми Лай… Сделав знак Айзеншпису, он, уже не думая, как это выглядит со стороны, пригнулся и пошел вперед, к крыльцу дома. Он шел осторожно, стараясь не маячить в створе дверного проема и окон Айвен старательно повторял его действия, держась левее и позади на два шага. Подобравшись вплотную, они встали с двух сторон дверного проема, за косяками. Из приоткрытой двери пахнуло знакомым по Джиму по Вьетнаму запахом. Железистым на вкус, густым и тяжелым запахом пролитой крови. Сигалл, сняв пистолет с предохранителя и передернув затвор, скользнул в дверь, словно во вражеский окоп.

Айвен в это время стоял, укрывшись за левым косяком и держа наготове фотоаппарат с заряженной вспышкой. И когда Сигалл неожиданно выглянул из-за двери, автоматически нажал на спуск. Поэтому первый кадр на пленке по «делу на улице Вязов» заняла перекошенная от ударившей по глазам неожиданной вспышки света физиономия Сигалла.

— Сдурел, идиот? — прорычал Джим. — Заходи. И фоткай сразу, тут такое…

— Сейчас, вспышка дозарядится, — ответил виновато Айзеншпис.

— Можешь не спешить, — по-звериному оскалился Сигалл, отчего Айвен невольно передернулся. — Там уже никто никуда не убежит, — Айвена передернуло второй раз. Но тут загорелась лампочка фотовспышки и ему стало не до переживаний. Фотографировать Айзеншпис не только умел, но и любил, увлекаясь этим искусством со школы. И подготовка к съемкам отвлекла его от переживаний. В результате в коридор он вошел сосредоточенный и готовый, как ему казалось, ко всему. В коридоре же ничего сверхужасного не оказалось. Несколько больших пятен чего-то похожего на разлитую краску. Вот только пахло очень отвратительно, но чем-то непонятно-знакомым. Впрочем, Айвену было не до того, чтобы углубляться в самоанализ. Он сфотографировал коридор вместе с пятнами и прошел в гостиную. Устроенная по модному образцу, она была совмещена со столовой и отделялась от кухни только невысокой стойкой, похожей на барную. Из-за которой торчали ноги. Причем, как вдруг понял Айвен, рассматривая картинку в видоискатель, одна нога была обута, а вторая — нет. А кроме того, он успел заметить и сфотографировать странные пятна на полу. Словно кто-то пролил краску, а потом проволок по ней что-то тяжелое…

Что это такое и как оно выглядит на самом деле до Айзеншписа дошло только когда он заглянул за стойку. После чего автоматически сфотографировал увиденное… и рванул к раковине умывальника. В которую и выложил все, что оставалось в желудке от ланча.

— Вау! Ты чего? — удивился Джим. — Трупов не видел никогда, что ли?

— В-в-виддел, — с трудом ответил Айвен, борясь со стремлением пустого уже желудка выдавить из себя все оставшееся, включая желудочный сок и стенки. — В анатомичке. Но…

— Понятно, — хмыкнул Джим. — Небось самых аккуратных и чистеньких показали, чтобы ваши нежные глазки не травмировать. Привыкай, стажер. У нас, конечно, не Чикаго и не Лас-Вегас, но вот такое иногда встречается, — посмотрев на вновь побледневшего Айзеншписа, он криво усмехнулся и добавил. — Вас, молодых, во Вьетнам… быстро привыкли бы…

— Вьетнам, Вьетнам. Незачем нам во Вьетнам, — проворчал в ответ Айвен, — нас и здесь неплохо кормят.

— Пришел в себя. Отлично, пошли осмотрим все остальное, — не стал спорить Джим.

Осмотр первого этажа не затянулся, потому что ничего нового ни в комнате ни в кладовой, ни в гараже, ни в комнате домохозяйки они не увидели. Кроме вполне ожидаемого трупа этой пожилой женщины, лежащего в кровати с ножом в груди. Плюс соответствующие этому запахи и прочий антураж. К удивлению Айзеншписа, вид второго трупа его организм перенес намного проще. Так, слегка помутило, желудок дернулся пару раз, и этим все ограничилось.

— Быстро ты приспособился, — уважительно заметил Сигалл. — Все сфотографировал? Пошли на второй этаж…

Поднимаясь по лестнице вслед за Джимом, Айвен автоматически отметил, что кобуру Сигалл так и не застегнул. И правую руку держит рядом с ней, чтобы при любой неожиданности быстро выхватить пистолет. Просто настоящий ганфайтер на Диком Западе, посмеялся про себя Айвен. Но кобуру с револьвером все-таки расстегнул и фотоаппарат на всякий случай сдвинул в сторону. Предосторожности оказались лишними, никакой злодей на втором этаже не прятался. Тихо и спокойно было наверху… как на кладбище. Хотя, как признался себе Айвен, на кладбище настолько страшные картины, как увиденное ими за раскрытой дверью гардеробной, не встречаются. Разве что в голливудских фильмах категории Б… Выглядел, судя по всему, хозяин дома, страшновато. Заметно было, что перед смертью его пытали — на