Системная Перезагрузка: Том 2 - Серафим Леман Страница 13

И где-то там, среди сотен сообщений, были данные о иномирцах. С этим тоже придётся разобраться, как и с сотней других проблем.

Но сначала нужно было структурировать эту лавину информации, которая продолжала поступать со всех уголков Земли. Я открыл капитанский чат:

[Ной]: Рыжий, Круглов, Скиф — срочно создаём координационный штаб. Разделите все контакты по регионам и назначьте местных модераторов. Мне нужна полная картина происходящего на планете. И я хочу знать всё про всех и сразу.

И в этот момент я понял, что моя жизнь изменилась окончательно и бесповоротно. Я стал символом, знаменем, под которым теперь собирались люди со всей планеты. Сколько жизней спасёт банальная информация? О ресурсах, монстрах, о зельях лечения и нюансах Системы.

Но меня всё ещё не покидало ощущение, что эта война только начиналась, и я собирался выиграть её, чего бы это ни стоило.

А для того, чтобы что-то выиграть, нельзя останавливаться ни на секунду. Выгнав всех «свидетелей Ноевых» из дому, поднялся к себе в комнату и заперся.

Пора делать следующее усиление. Выбирать следующую квинтэссенцию. Итак, что у меня есть…

Инвентарь был помойкой. Мне даже было лень разбираться, что и где было добыто. Просто склад, откуда я иногда сметал полный хлам наподобие однотипных костей, шкурок и так далее. Надо бы скинуть все ресурсы разом, что ли, в мастерскую. У нас же есть системная мастерская? Собирался было открыть чат и спросить там, но решил, что вообще не хочу этого делать.

[Квинтэссенция: Титан]

Преображает суть пользователя, наделяя его новыми силами и навыками Системы

+1 к Выносливости за каждые 2 очка настоящей Выносливости

[Квинтэссенция: Оракул]

Преображает суть пользователя, наделяя его новыми силами и навыками Системы

+1 к Интеллекту и Мудрости за каждые 5 очков настоящей Мудрости

Я выбрал эти два. Они казались мне самыми нормальными среди остальных. И безопасными, что немаловажно.

Первым я достал квинтэссенцию Оракула, переливающуюся красноватым пламенем, шепнул:

— Применить.

Я не уснул, не сошёл с ума и не потерял сознание. Мне не было больно, и я не стал сильнее. Вместо этого я будто куда-то перенёсся, но лишь мысленно.

Глава 6

Тьма. Абсолютная, непроглядная тьма обволакивала меня. Затем — вспышка. Ослепительный свет разорвал темноту, и мир вокруг обрёл форму. Но это был не мой мир.

Передо мной раскинулась панорама Земли. Я парил над ней, видя континенты под облаками, массивные океаны и горные хребты. Красивая, голубая планета — такой я знал её по фотографиям из космоса. Но что-то было не так.

Тёмные пятна расползались по поверхности, словно раковые метастазы. Огромные монолитные порталы, которые были видны из космоса. Тысячи порталов, соединяющихся в единую сеть чёрных шрамов, разрывающих планету.

Видение стремительно приблизилось, затягивая меня в одно из таких мест. Нью-Йорк — я узнал его мгновенно. От былого величия не осталось и следа. Небоскрёбы превратились в обугленные скелеты, асфальт вспучился и растрескался, а среди руин зданий бродили уже знакомые мне некротические существа — перевитые плотью и камнем, нечто вроде Малакора, только гораздо больше и страшнее.

Я парил над улицами, как бестелесный призрак.

Десятки, сотни системных тварей ходили по улицам, когда-то заполненным миллионами людей. В воздухе кружили крылатые монстры, похожие на жуков-переростков, чьи крылья рассекали пропитанный чем-то мерзостным пыльный воздух со свистом.

А в центре бывшей Таймс-сквер зиял портал таких размеров, что через него мог пройти целый небоскрёб. Из него непрерывным потоком выходили всё новые и новые твари. И то, что я увидел в этом потоке, заставило меня похолодеть. Там были не только монстры. Ими руководили существа с явными признаками разума. Внеземная раса, похожие на людей. Они указывали, организовывали, распределяли других тварей. Это было планомерное завоевание.

Картинка сменилась рывком, словно кто-то переключил канал.

Подземка. Грязная, тускло освещённая самодельными светильниками. Группа людей — измождённых, с потухшими глазами, в лохмотьях когда-то добротной одежды, со смесью военной амуниции и чего-то средневекового, вычурного. Они сгрудились вокруг прямоугольного предмета, в котором я не сразу узнал системное меню. На нём светилось сообщение — моё сообщение о единстве и борьбе. Но даже это меню казалось каким-то поблёкшим и выцветшим.

— … ещё одна группа не вернулась с поверхности, — говорил уставший седой мужчина с глубоким шрамом через всё лицо. — Сгинули, как и все остальные.

— Система не выдаёт нам задания уже третий месяц, — отозвалась женщина, в которой я с ужасом узнал Киру.

Постаревшую на десятилетие, с седыми прядями в коротко остриженных волосах.

— Чаты тоже не работают, связи с другими группами нет. Еды у нас на неделю, не больше…

— Может, где-то всё ещё есть Выживальщики? — спросил кто-то из темноты.

— Мечтай дальше, — усмехнулся мужчина со шрамом. — Ной, Император и Щит Земли… — он горько рассмеялся. — А Щит-то оказался картонным!

— Не смей! — вскинулась Кира. — Не смей говорить о нём так! Он пытался… он сделал всё, что мог!

Мужчина ударил её по лицу, от чего Кира упала, но никто даже не отреагировал на подобное.

— Где он сейчас, твой Ной? — прошипел мужчина, потирая руку. — Может, давно мёртв. Или бросил нас. Красивые слова говорил, а нам вот теперь… вот так вот… мы все теперь монстры Системы, Кира…

Я хотел крикнуть им, что я здесь, что я пытаюсь помочь, но голос не повиновался мне. Я был лишь наблюдателем, бесплотным призраком в этом кошмаре.

Мир снова закружился, смазываясь в цветной вихрь, и я оказался…

В огромном зале с высокими потолками и угловатой неземной архитектурой. Потолка вовсе не было видно — он скрывался в тумане. Вдоль стен стояли ряды капсул, похожих на саркофаги из прозрачного материала. В них лежали люди. Сотни людей, подключённых к каким-то аппаратам.

— Последняя партия адаптирована для работы в шахтах Хелтара, — произнёс голос, от которого кровь застыла в моих жилах.

Рыжий. Но это был уже не тот Рыжий, которого я знал. Половина его лица была скрыта белой маской, правая рука представляла собой сложный протез-механизм. А в глазах… в глазах не осталось ничего человеческого. Пустота.

— Процент выживаемости при адаптации всё ещё низкий, господин, — продолжал Рыжий, обращаясь к кому-то, кого я не видел. — Но мы совершенствуем процесс. Люди…