Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский Страница 128

полностью повторяя тактику своего патрона. Дабы полностью покорить недобитые остатки луканских племен, эпирот в окрестностях города Пандосии, господствующего над пределами луканцев и бруттиев, занял три отстоящих друг от друга холма. Этим хитрым маневром, он обеспечил себе возможность делать набеги во все концы неприятельской территории.

  Подобная тактика быстро принесла ему свои победные плоды. Бруттии  и луканы полностью присмирели, и оставалось еще совсем чуть – чуть чтобы они полностью признали власть эпирота. Очень многие из доселе сопротивлявшихся ему ранее луканцев, поспешили перейти на сторону Александра поклявшись ему своими оружием служить верой и правдой. Царь был очень доволен этим и всячески привечал перебежчиков, выказывая им свое расположение.

  Все планы спутала, осеняя, непогода, которая в одно мгновение превратила выгодное стратегическое расположение эпиротов в коварную ловушку. Стоя на своих холмах, армия Александра оказалась разделенной разлившейся водой, на три отдельные части. И тут сыграло свою роковую роль подражание простого воина более великому стратегу.

Александр, подобно Филиппу, вовремя не усмотрел для себя опасность в подобном разделении своих сил, а если и увидел, то не придал этому нужного значения.

Зато в луканы моментально увидали в этом руку провидения и поспешили воспользоваться представившейся им счастливой возможностью.

  Вождь луканов Бардил, быстро собрал воедино оставшиеся в его повиновении войска и выступил против врага. Выждав пока вода уже начала спадать, но еще полностью не ушла, луканцы под покровом ночи смело атаковали одну из частей эпирской армии, беспечно расположившейся на верхушке холма.

  От внезапности столь коварного удара, воины не смогли организовать даже подобие сопротивления. Все было решено в один миг, когда испуганные нападением воины разом ринулись, прочь от атакующего ужаса ночи и все полегли под мечами и копьями атакующих солдат. Одни нашли свою смерть в собственных палатках, другие бежали и были безжалостно добиты луканами, когда пытались укрыться в залитых водой полях.

  Подобное произошло и во вторую ночь. Здесь хоть эпироты и пытались сопротивляться, но все равно не смогли удержать натиск луканцев, за что и поплатились своими жизнями.

Бардил зорко следил за тем, чтобы никто из эпиротов не спасся и не известил раньше времени Александра о грозящей ему опасности.

  Однако в третий раз все прошло не столь гладко. Хоть часовые и поздно заметили наступающих луканцев, Александр не поддался панике и своим грозным голосом сзывал всех к своему шатру на последнюю битву.

  Оправившись от шока, воины поспешили к нему, и скоро вокруг него собралось большинство из оставшегося воинства. Построив их в плотную колонну, царь сам решил атаковать, врага не довольствуясь ролью обороняющегося человека. Смело врезались эпироты в растерявшегося врага и обрушили на их головы свои мечи и копья.

  Александр сам сошелся в рукопашной с луканским вождем и убил его сильным ударом своего копья. Смерть Бардила приободрила эпиротов и испугала луканов. Они разом смешались, сбились в кучу и уже не пытались атаковать противника, а лишь только отбивались против прорывающихся всадников. Почувствовав слабину врага, эпироты ударили с большим напором и, разорвав ряды луканов, вырвались из западни.

Скакавший в числе первых Александр, стал стягивать своих воинов рассеявшихся при прорыве к берегу реки. Увидев вблизи группу луканских перебежчиков, он махнул им рукой в направлении соседнего берега, призывая переправиться, что бы иметь между собой и противником надежную защиту.

  Примеру царя так же последовало несколько эпиротов несколько отставших от вождя во время прорыва. Александр не знал, что перебежчики давно сговорились с Бардилом, разом позабыв свои клятвы верности, едва им стало известно о гибели двух частей армии Александра. Теперь пропуском к их возвращению стала голова эпирота, который совершенно не подозревал о нависшей над ним опасности, всецело полагаясь на клятвы луканов.

  Эпирот смело направил своего коня в самую стремнину, стараясь поскорей собрать воедино все оставшиеся силы. Но когда он уже выбрался на мелкое место, один из луканских предателей, выбравший самый подходящий момент, когда царь был отвлечен, метким ударом издали поразил его в шею своим дротиком. Громко вскрикнув от боли, эпирот беспомощно взмахнул руками, конь дернулся и всадник вылетел из седла. В одно мгновение ушло под воду и больше не всплывало.

  Так погиб Александр эпирот, намеривавшийся  превзойти по славе своего племянника и погибший от самого банального предательства. Через день, река выбросила из своих объятий несчастное тело с торчащим в нем дротиком. По злой иронии судьбы, его прибило к берегу именно там, где расположились луканы праздновавшие свою неожиданную победу. Под смех и гогот Александра извлекли из воды и предали чудовищному глумлению. Враги сначала полностью ободрали его труп, а затем принялись садистки уродовать разбухшее тело. Не насытившись до конца своими действиями, луканы разрубили тело на части и отправили в качестве трофея в различные части Лукании.

  Его сестра, царица Олимпиада ничего не почувствовала в этот момент смерти брата. Видимо к этому моменту они стали настолько чуждыми друг для друга людьми, что гибель Александра никак не затронула те невидимые нити души, которые обычно связывают близких родных.

  Когда Александр тонул, Олимпиада с помощью Ланики принимала очередную благоухающую ванну, специальные благовоний и мыла,  которые были присланы Александром в очередном караване с добычей, отнятой у персов. Вдыхая дивные ароматы далекой страны, царица в очередной раз, с благодарностью вспоминала своего сына, свершавшего великие деяния на благо Македонии, Элладе и ей, македонской царице.

  Словно повинуясь неведомому приказу, Ланика брызнула в теплую воду  из очередного флакона, и вода вмиг окрасилась в густой розовый цвет. Вытянувшись в ванне, царица наслаждалась редкими минутами блаженства которые не испытывала со времен своей молодости.

  Совсем по-другому проходила война македонского регента и спартанского царя Агиса. Имея в своем распоряжении ограниченное число воинов, Антипатр был вынужден проявлять чудеса дипломатии, выставляя вперед свое красноречие и ум, не желая демонстрировать, раньше времени свой последний аргумент войско. И старый соратник Филиппа в очередной раз сумел продемонстрировать свой не дюжий талант организатора и исполнителя.

  Используя отсутствие против Македонии единого фронта  ее противников, Антипатр сам перешел в быстрое наступление, не собираясь отдавать инициативу в руки врага. Объявив всеобщую мобилизацию, регент сосредоточил все внимание на фракийцах, как наиболее близком из всех противников.

  Зная от своих давних агентов и осведомителей среди фракийцев о недовольстве правлением Ресса его родного брата Антея, регент немедленно направил к нему тайное посольство с предложением помощи в свержении тирана и возведения на трон нового монарха. Главным аргументом