Олег Лукьянов - Хроники затерянной эры (трилогия) Страница 126

Танец мечей только начался, когда на берег озера неожиданно вышел… до боли знакомый человек в черных доспехах. Он!!!!!

Швырнув мечи на землю и не обратив никакого внимания на ошеломленного воздыхателя, Найта бросилась на шею неизвестно откуда взявшегося мужчины. Покрыла его лицо сотней поцелуев, впилась в губы и не отпускала бы их вечность, если бы не проклятый Дэйтэ.

— Что это значит, Наги-Найта?! — завопил тот. — Кто этот человек?! Как тебя сюда пропустили! Отвечай!

— Сделай одолжение, — спокойно произнес Он, — исчезни.

— Да как ты… да я…

— Это мой жених, — заявила Найта Алюаэну, краем глаза внимательно следя за Его лицом.

Слава Матери, упоминание о женихе не пробудило злых чувств. Значит, Он и вправду ее жених. Чудо! Она вновь впилась в его губы, не слушая бормотания уязвленного ухажера. Но когда выражения типа «как ты могла предать род Эльвий!» сменились откровенным: «Я позабочусь, чтобы ты заслужила самую суровую кару!», ее избранник не выдержал:

— Ноги в зубы, и пошел отсюда, лошара!

— Что?! Я убью тебя, человечишка!

— Сперва подкачайся.

Алюаэн побагровел до кончиков ушей. Его рука искала на поясе несуществующий меч, но, спохватившись, он процедил, что вернется, и галопом бросился на тропу.

Как только Дэйтэ скрылся из виду, все Его внимание сосредоточилось на Найте:

— Я пришел за тобой, моя любовь.

У девушки перехватило дыхание, она ничего не смогла сказать, только вцепилась в любимого еще крепче.

…Она была прекрасна. А за это время стала еще красивее. Эльфийка, моя эльфийка, какая же ты великолепная…

Я оторвался от ее губ, мгновенно развернулся, спрятал Найту за спину. Пульсация силы была невыносимо болезненной, ее эпицентр находился в паре метров от меня, однако глаза ничего не видели… Через мгновение передо мной и испуганной эльфийкой предстала богиня Сония во плоти.

— Вот мы и встретились вновь, — сказала она. — Я зашла лично поприветствовать гостя.

— И тебе привет, богиня Сония, — отозвался тут же. — Извини за неучтивость, но у меня скопилось множество вопросов.

Богиня выразительно посмотрела на упавшую на колени Найту.

— От нее у меня нет секретов, — заявил я торопливо.

— Ну что же. Тогда спрашивай.

— Недавно на один из миров, населенных безбожниками, напали Демиург и богиня темных эльфов со своими слугами. Ты что-нибудь знаешь об этом?

— Как зовут богиню?

— Дар-Таракада…

— Да, я знаю ее. Она состоит в Альянсе.

— Что? В каком Альянсе?

— В Альянсе, созданном для борьбы с Отверженными. Каждый день все новые боги и даже Демиурги объединяются, чтобы вершить возмездие. Нападение, которое ты видел, лишь начало, кончик тонкого острия закаленного клинка. Как ты выразился бы, разведка, разведка боем.

— Ты хочешь сказать, что твой Альянс скоро ударит по всем населенным мирам?

— Населенным Отверженными, — поправила она.

— Я видел кровь, видел смерть ни в чем не повинных людей. Это геноцид. Не хочу, чтобы все было так.

— Но чем та кровь, которую ты видел, страшнее и ценнее той крови, которую проливали люди в мирах богов? Если мы не начнем атаку, кровь все равно будет литься, но только в наших мирах.

— Должен найтись другой способ остановить бойню.

— И ты знаешь его?

Я обдумывал вопрос секунды три:

— Да. Мне известен такой способ.

— Так претвори свои планы в жизнь. У тебя есть время, пока Великий Альянс не набрал силу.

— Сколько времени?

— Не ведаю. Это зависит не от меня.

— Ты можешь помочь?

— Я в Альянсе, а ты — нет. Какой же помощи ты от меня ждешь? Впрочем, боги наших миров верят в тебя. Возьми с собой наших посланников, и кто знает, возможно, мы поможем, когда придет время.

— Что за посланники? О каких мирах ты говоришь?

— Все посланники тебе знакомы. Посланник Светлого мира — лорд Балаут. Посланник Темного мира — некто Фарк. Мой посланник рядом с тобой.

Наги-Найта подняла голову. В глазах, трепетно взирающих на богиню, мелькнуло удивление.

— Ты ведь не откажешься от моего дара и благословения? — спросила ее Сония.

Найта кивнула.

— Вот и хорошо. Кстати, чтобы ты знал. Ануид тоже намеревался подарить тебе посланницу, но недоглядел. Ей недавно отрубили голову.

— И кто же… она?

— Некто баронесса Лейа.

Жаль стерву… То есть мне будет ее не хватать…

— Тогда, если тебе больше нечего сказать, на этом наш разговор закончится.

Я кивнул. Богиня в тот же миг растворилась в воздухе. Найта вскочила, сияющие глаза не отрывались от моего лица…

— Наги-Найта, поверь, я счастлив не меньше твоего. Но, пожалуйста, не смотри на меня так: дай ненадолго отвлечься от тебя для того, чтобы спасти Вселенную…

Я не успел разобрать, какой была ее реакция на мои слова: девушка заволновалась по другому поводу.

Из леса на берег вышел отряд из десяти эльфов, впереди маячила знакомая рожа — тот самый придурок-воздыхатель вернулся с подмогой.

— Странно, что вы все еще здесь, — крикнул он издали. — Вы, черви, должны были забраться в самую глубокую нору и сидеть там, дрожа от страха!

Я выгнул бровь:

— Кто это с тобой?

— Лучшие маги моего дома! Они засвидетельствуют, что наша дочь прелюбодействовала с человечишкой и нам не оставалось ничего другого, как казнить обоих!

— Да, но твои товарищи выглядят не очень-то воинственно.

Продолжая улыбаться, эльф оглянулся и, вероятно, обомлел: вместо десятка магов у береговой полосы осталось лишь четверо, да и у тех вид был такой, будто они решали, падать им на колени или бежать следом за остальными.

— Не убивай его, — шепнула Найта.

Я посмотрел на нее удивленно:

— Да на кой он мне сдался? Пускай катится на все четыре стороны.

Видимо, эльф оказался тугодумом или воспринял мои слова как оскорбление, поскольку вновь побагровел и обратился к магам, явно старавшимся не дышать:

— Чего вы встали? Убейте это ничтожество!

Я почуял ком силы рядом, решил, что у кого-то из колдунов сдали нервы, приготовился закрыть собой Найту, но в воде, в нескольких метрах от берега, вдруг материализовался монстр… Огромный, метра в три, увитый узлами мышц, со скрюченной, как знак вопроса, спиной, он полыхал прозрачным, как хрусталь, желтым пламенем. Вода под мощными козлиными ногами закипела, в воздух повалил белый пар; толстый хвост оставил на поверхности несколько кругов, а рогатая морда обратилась ко мне… Из глазниц твари с воем вырывались языки пламени, и трудно было сказать, имеется ли внутри что-то еще.