Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский Страница 120

Нисколько не заботясь об обезболивании раненого, Нефтех быстро извлек из своего узелка серебреный дренаж, и уверенным движением вогнал его между ребер в тело раненого, что бы скопившийся воздух поскорее вышел из раны. От сильной боли Пердикка потерял сознание, но лекарь твердо продолжил свою работу и вскоре добился желаемого. Выровняв давление, он восстановил свободное дыхание, наложил чистую повязку на кровоточащую рану и, принялся приготавливать нужные настои.

  Протерев виски и крылья носа раствором уксуса, он привел в чувство молодого македонца и стал настоятельно требовать, чтобы Пердикки лежал, но тот ничего не хотел слышать. Счастливо разминувшись со смертью, он намеривался идти к царю, чтобы вместе с ним порадоваться победе. Между больным и врачом разгорелся жаркий спор, который был прерван появлением Александра. Сразу после сражения, полководец счел своим долгом навестить своих раненых воинов.

 - А господин гадатель! - весело воскликнул царь, обращаясь к Нефтеху так, как будто не было за его плечами отчаянной схватки за свою жизнь и неудачной погони за Дарием. Македонец был истинным воплощением молодости и энергии и мог с легкостью сбросить со своих плеч непосильный груз различных проблем и радоваться жизни.

 - А мне донесли, что ты толи убит, толи пропал во время боя.

 - Я защищался, государь – коротко ответил царю египтянин.

 - Неподалеку отсюда, я видел труп перса пригвожденного к стене хлева. Твоя работа? Уж слишком неправильно его убили – усмехнулся Александр и вслед за ним, засмеялась вся его свита.

 - Да, моя работа – египтянин сокрушенно развел руками, как бы оправдываясь перед полководцем.

 - Он своим умением врачевать спас жизнь Пердикки, тогда как от него отказались наши врачи, государь! - вступился за Нефтеха Эвмен.

 - Это правда?

 - Да, государь.

 - А ты смелый человек египтянин. Не побоялся остаться в лагере накануне битвы и оказал мне новую услугу, сохранив жизнь моему близкому гейтеру. Проси за это и свое правдивое гадание всего чего пожелаешь.

 - Я был очень рад тем, что смог доставить небольшую пользу в твоем великом деле, и прошу твоего разрешения и дальше следовать за твоим победоносным войском.

 - И это все?

 - Да, государь.

 - Ты не перестаешь меня удивлять гадатель. Скромность твоя необычна и удивительна. Хотя впрочем, твое жреческое воспитание в какой - то мере может это объяснить. Но все равно я не люблю быть должным. Я разрешаю следовать тебе за моей армией, и если у тебя будут проблемы, обращайся прямо ко мне лично. А пока в подарок прими от меня  два таланта золота и не смей отказываться. Я не люблю, когда пренебрегают моей милостью.

  Услышав это, Нефтех пригнул одно колено и поцеловал руку царя. Это поступок вызвал неординарное толкование в царской свите. Кен и Кратер только фыркнули от подобной азиатской дикости, а Эвмен сделал вид, что ничего особенного не произошло. Один только Александр внутренне остался доволен, хотя и не показал свою реакцию. Милостиво отпустив египтянина, он продолжил осмотр раненых, стараясь их подбодрить, успокоить и хоть словом облегчить их страдания.

  А тем временем в палатке раненого стратега Пармериона, начальник конницы Филота гневно изливал свое негодование в адрес Александра.

 - Какая черная неблагодарность досталась нам с тобой за все то, что мы сделали в этой битве для царя! Оба мы стояли на флангах и сдерживали наступление многократно превосходившего нас в численности врага, пока Александр пробивался к Дарию. Только на костях наших солдат, он смог одержать эту победу и  что мы получили в благодарность!? Откровенно плевок в сторону истинных героев этого сражения. Для всех у царя нашлось доброе слово, и лишь только тебе одному он посмел бросить упрек в том, что он упустил Дария! Неблагодарный мальчишка! Сколько раз в трудный момент мы бескорыстно оказывали ему помощь, в которой он так остро нуждался и вот как он нас за все отблагодарил!

 - Ты не совсем прав сын мой, – глухо ответил Пармерион, в душе переживая холодность от царского упрека по поводу развала левого фланга. – Царь жалует нас своей милостью. Ты начальник гейтеров, а я командовал его левым флангом в этой битве. И если не сумел его удержать, то видно стал стар.

 - Стыдись отец. Именно твое упорство и мастерство спасло положение, а не липовая доблесть Кратера как об этом говорят по всему лагерю. Я отчаянно бился с согдийцами, прикрывая фланг царя, и не моя вина, что с таким количеством всадников не смог опрокинуть врага. Он пренебрег твоим советом напасть ночью на испуганных затмением персов, нагло заявив, что он не ворует побед. А когда после смерти Филиппа, ему понадобился твой авторитет и голос в его пользу, он не побоялся отнять трон у законного наследника престола Филиппа.

 - Замолчи Филота, не поминай эту скорбную историю в светлый день нашей победы. Не стоит омрачать его мрачными воспоминаниями. Радуйся, что Дарий со своим войском разбит и впереди у нас Вавилон и Сузы, где персы хранят свою несметную казну.

 - Я радуюсь отец. Я радуюсь победе, тому, что мы с тобой живы, но не хочу, что бы он в угоду не родовитым македонцам отнимал у нас ту славу и почет, которые нам принадлежат по праву.

 - Уверен, что Александр бросил свое обвинение в порыве гнева от неудачной погони, – рассудительно произнес старый полководец. – Пройдет время и царь даст нам заслуженные нами милости. Я в этом уверен, потому что иначе он обратит против себя все военное собрание.

 - Да этого он пока еще боится и с этим считается. А в нем у нас много сторонников – с радостью подытожил Филота, довольный тем, что смог нащупать уязвимое место в силе Александра. В миг, все прежние проблемы стали казаться совсем иными. Звонко хлопнув в ладони, он приказал слуге организовать победный пир и приготовить свою наложницу  красавицу Антигону. Она была взята македонцами в плен в Дамаске, и досталась Филоте при разделе войсковой добычи. Страшно гордый своей долей, он теперь всюду возил пленницу с собой, постоянно демонстрируя ее македонцам как удачный трофей.

  В стане проигравших битву персов царили уныние и ощущение катастрофы. Пункт сбора разбитого воинства стал город Арабелы, куда непрерывно стекались все спасшиеся от мечей противника персидские воины и конные отряды.

  Мегабиз прибыл в город уже поздно ночь, вместе со своей конницей. Царь Дарий расположился в скромном дворце правителя города