Системная Перезагрузка: Том 3 - Серафим Леман Страница 12

Пять секунд.

Рубанул по основанию передней лапы — она отлетела в сторону. Удар в бок — клинок прошёл насквозь. Ещё один удар в голову — на этот раз точно в цель — достал до мозга.

Три секунды.

Мать-прядильщица рухнула, но я не остановился. Продолжал наносить удары, добивая её окончательно. Кровь заливала всё вокруг, но я не чувствовал усталости. Только холодную ярость и желание убивать. Добыча должна быть убита. Охота завершится лишь со смертью моего врага.

Одна секунда.

Золотистое свечение начало тускнеть. Время истекало, но я видел, что паучиха почти мертва. Ещё один удар… ещё один…

Ноль.

Древняя Форма должна была закончиться, но я не позволил ей. Точно так же, как это делала квинтэссенция Зла, я силой воли удержал её ещё на пару секунд. Боль пронзила всё тело — организм не был готов к такой нагрузке, но я стиснул зубы и продолжил.

Финальный удар пришёлся точно в центр головы Матери-прядильщицы. Клинок прошёл насквозь, разрубив череп пополам. Паучиха содрогнулась последний раз и затихла.

[Вы получили 15 750 единиц опыта]

[Получен 33 уровень!]

Я почувствовал, что теперь точно знаю какой-то новый навык. Хотя уведомления об этом не было. Мало боли — так ещё и голову прострелил инфо-пакет от Системы: прямиком к пользователю в мозги. Неприятно. Потом разберусь.

Золотистое свечение окончательно погасло, и я рухнул на колени рядом с трупом гигантской паучихи. Всё тело горело от боли — форсирование Древней Формы далось нелегко и отняло слишком много выносливости. С мастерством квинтэссенции Зла мне не сравниться. Но я был жив, и главное — победил.

— Лёха! — Порох подбежал ко мне, всё ещё отстреливаясь от мелких пауков. — Ты живой⁈

— Живой, — прохрипел я, с трудом поднимаясь на ноги. — Как дела с мелочью?

— А вот тут проблема, — ответил Порох, указывая куда-то в сторону. — Их дохрена, и они не собираются убегать.

И это было странно, не в духе Системы. Обычно, когда дохнет главгад — вся окружающая его мелочь тупеет или разбегается. Но смерть Матери-прядильщицы не напугала её потомство — наоборот, они стали ещё агрессивнее. Сотни пауков окружали нас группами, и их количество продолжало расти. Значит, припоминая случай в Лавре — третий вариант всё же есть — если слишком похожи по типу — могут всё же отомстить…

— Надо валить отсюда, — сказал я, доставая из инвентаря гранаты. — Прорываемся к БТР-у.

— Ты в порядке? — спросил Порох.

— Потом поплачу. Сначала нужно разобраться с этими.

Мы начали отход, прикрываясь взрывчаткой и автоматным огнём. Пауки наседали со всех сторон, но после боя с их маткой обычные противники казались мне почти безобидными. Даже без Древней Формы я легко разрубал их клинком, хотя усталость давала о себе знать — двигался я намного более медленно.

Порох, конечно же, нашёл минутку, чтобы спросить у меня по поводу Древней Формы. Реакция у него была куда спокойнее, чем у Морфея, вероятно, по своей новой специальности успел насмотреться на всякое системное. Но я промолчал. Объяснять, что это такое, почему навык изменился под воздействием квинтэссенции Зла, было слишком сложно. Да и сам я не до конца понимал природу происходящего. Ну и времени, собственно, не было. Уже виднелся БТР, одиноко стоящий между деревьев и так призывно ждущий нас. Особенно сильно манило крупнокалиберное оружие на его крыше.

Да, я, бесспорно, могу сражаться сколько захочу. Хоть до рассвета, если он вообще бывает на этом осколке. Но Порох так не может. Так что нужно его защитить. Будь я сам — остался бы прям у трупа огромной паучихи и принял бой. Но что ж поделать. Мы в ответе за своих друзей и близких.

Прямо перед тем, как забраться в транспорт, я получил ещё один уровень. Слишком уж много опыта дали за Мать-прядильщицу.

Мы забрались в БТР и захлопнули люк за собой. Звуки снаружи мгновенно стали приглушёнными, но от того не менее угрожающими.

— Ну и дичь, — выдохнул Порох, плюхаясь на водительское место. — Думал, всё, приехали.

Я устроился рядом с пулемётом, готовясь к длительной обороне, спокойно наблюдая за тем, как к БТР-у несутся десятки пауков самых разных размеров. От мелких, размером с кошку, до здоровенных экземпляров величиной с медведя. Мерзость.

— Заводи, — сказал я. — Попробуем пробиться к цели задания.

— Ага, щас, — Порох повозился с панелью управления.

Двигатель взревел, и БТР дёрнулся вперёд. Порох явно не был профессиональным водителем бронетехники, но хотя бы не заглох сразу. Мы медленно покатились по лесу, давя пауков и сбивая хрупкие деревья. Иногда мне приходилось выскакивать и срезать особенно плотно насаженные деревья. Расстояние между ними было в 3–4 метра, но росли они, естественно, не в идеально прямых рядах.

Я время от времени открывал огонь из пулемёта, строча очередями по наиболее крупным целям. Трассирующие пули прочерчивали яркие линии в полумраке болота, и каждая очередь срезала по несколько пауков.

Спрыгнув в очередной раз, чтобы расчистить нам путь, я поинтересовался у Пороха, пытаясь немного снять напряжение:

[Ной]: Слушай, а ты хоть раз что-то серьёзнее велосипеда водил?

[Порох]: А ты мне тут давай не умничай.

[Ной]: Главное, с деревом не поцелуйся.

[Порох]: Я не дендрофил.

[Ной]: Кто?

[Порох]: Дед Пихто. Тот, который деревьям пихает. Всё, не отвлекай чатом.

Забравшись обратно на транспорт, вернулся к спарке. БТР ехал дальше, оставляя за собой горы из паучьих тел и тысяч отстрелянных гильз.

Спустя минут двадцать БТР подпрыгнул на очередном корне, и я едва не слетел с места стрелка. Порох выматерился с водительского места, пытаясь сладить с управлением.

— Стой! — крикнул я, разглядев что-то впереди. — Тормози.

— Что?

— Что-то новое!

Впереди, метрах в пятидесяти, лес резко заканчивался вместе с болотом. Не было плавного перехода — деревья просто обрывались, как отрезанные ножом. За ними виднелась большая поляна, покрытая какой-то белёсой субстанцией.

— Это что, снег? — спросил Порох, заглушив двигатель.

— В болоте? Вряд ли, — я пригляделся. — Это паутина. Огромное количество паутины.

Мой мозг тоже сначала отказался принимать увиденное. Вся поляна была затянута толстым слоем белой паутины. Она лежала пластами, местами достигая высоты человеческого роста. Слишком много. В центре этого паутинного моря возвышалось нечто, напоминающее огромный кокон размером с небольшой дом. Но я невольно сравнил его с тем костяным мешком, из которого вылез