Стародум. Книга 2 - Алексей Дроздовский Страница 12

— Я нашёл этих придурков здесь, — отвечает Неждан. — Прятались.

— Это понятно, — говорю. — Почему они дерутся?

— Я сказал им, что только один из них выйдет отсюда живым.

Брат принимается хохотать.

— Смешно, правда? Грызутся как звери.

— А это кто? — спрашиваю, указывая на угол.

— Их было трое изначально.

— Прекратить, — рявкаю. — Встали на ноги и вон из крепости! А ты, Неждан, чтобы больше не трогал тех, кто мог спрятаться в замке.

— Эй! Эй!

Неждан подскакивает со стула. Он смотрит на меня, будто я остановил самое смешное из представлений. Мне казалось, что мой повелительный тон оскорбит его, разозлит, но нет. Похоже, брат и правда воспринимает меня как князя, готов подчиняться приказам.

В эпоху безумия люди вообще не ценят жизни друг друга, но Неждан — совсем другое. Если он считает, что пара человек должны умереть, чтобы повеселить его — он так и сделает. Парень не видит ни одной причины, чтобы пощадить их. У него полностью отсутствует сочувствие к посторонним. Он не умеет ставить себя на чужое место.

При этом я чувствую в нём сильную братскую любовь.

Он уважает меня, ему нравится быть членом семьи, но ко всем другим людям он относится как к врагам. Кажется, я — единственный человек, который вообще может на него повлиять.

— Зачем ты так? — спрашивает. — Это же люди, которые напали на вас вчера.

— Сражение окончено, — говорю. — Всех можно отпустить по домам.

— Но парочку можно прибить. Так, для урока.

— Мы никого убивать не будем.

Вздохнув, Неждан поворачивается к людям, по-прежнему лежащим на ковре.

— Чего вылупились? Вон!

Помедлив мгновение, оба воина подскакивают и бросаются к коридору, чтобы покинуть замок как можно скорее. Даже одинокий дух облегчения в виде светло-оранжевого пятна появляется в комнате. Последнему из них Неждан даёт поджопника, да такого крепкого, что человек чуть в воздух не подлетает.

— Братан, ты совсем веселиться, не умеешь.

— Какое же в этом веселье? Людей просто так убивать.

— Большое! Они такие смешные, когда боятся. Но это ничего, я тебя ещё научу.

Дальше по замку мы передвигаемся втроём. Неждан рассказывает о своих долгих путешествиях по княжествам. Как я и ожидал, он нажил много врагов: везде его знают и везде ненавидят. Прямо брат этого не сказал, но по его словам можно догадаться, что ему нравится, когда его боятся. Страх окружающих людей позволяет ему чувствовать себя важным. Из-за этого он очень одинок: ни друзей, ни приятелей. Только сейчас, впервые за всю свою жизнь, он наткнулся на человека, с которым хочет завязать очень тесные отношения. Со мной.

Я же очень польщён.

Мне нравится иметь брата, пусть даже такого. Надо лишь чуть-чуть его перевоспитать.

— Мне нужно с тобой очень серьёзно побеседовать, — говорю.

— Да? В чём дело?

— Какая твоя цель пребывания в этом замке?

— Я же тебе говорил. Ты будешь князем, а я буду тебе служить и во всём помогать.

— Это правда?

— Конечно, — заверяет Неждан. — Не жди никакого подвоха. Мы же семья… для меня нет ничего важнее семьи.

Когда мы спускаемся обратно на улицу, то возле входа в замок уже стоит Федот с Душаной. Моего приёмного отца не было в крепости во время сражения, чему я несомненно рад.

— Неждан, познакомься с моим папаней и мамой, — говорю. — Это Федот и Душана, люди, которые вырастили меня как родного. А это мой брат Неждан, чудесным образом оказавшийся живым.

— Батюшка! — вскрикивает Неждан, падая на колени перед Федотом. — Спасибо, что вырастил моего брата.

Папаня, мама, я: все смотрим на парня, упирающегося лбом в землю. Вот от кого, но от него я такого совсем не ожидал. Недавно он заставлял насмерть драться воинов из бывшей армии безумца, рассказывал, как заявлялся без спроса в гости к князьям, а теперь стоит на коленях перед обыкновенным смердом.

Странный тип, конечно.

Брат принимается обниматься с моими приёмными родителями. Причём делает это так тепло, с такой благодарностью! Долгое одиночество сильно на него повлияло: теперь Неждан очень рад встретить людей, которых можно считать семьёй. Самый самовлюблённый на Руси человек, которому очень не доставало друзей.

До прихода несметной армии кочевников осталось 275 дней.

Глава 6

Несу рабочий инструмент из Вещего в Стародум.

Обычно сёла располагаются возле крепости, но не в нашем случае. Чтобы перенести вещи из старого дома в новый, приходится идти через лес. Путь довольно близкий, но из-за того, что приходится ходить туда-обратно много раз, всё равно устаёшь.

Ещё и на жаре.

Люди переносят в крепость зерно, кое-какие вещи. И все с недовольными рожами, как будто я не в безопасное место заставил их переезжать, а к чёрту на кулички.

— Ноги мои уже не те, чтобы так далеко ходить, — жалуется Веня Гусь, наш сосед.

— До крепости и версты нет.

— Всё равно далеко.

— Так посидите, отдохните. Никто ж не гонит всё за день переносить. Постепенно, аккуратно.

Всех встречных людей я пытаюсь убедить, что делаю это ради их же блага, но некоторым людям только дай повод пожаловаться. Мелентий и вовсе говорит, что с постели встать не может, хотя как за травами в лес ходить, так он затемно просыпается и бежит как в жопу ужаленный.

Поп Игнатий и вовсе сказал, что божий человек не может оставить приход. И пусть его хоть убивают, но никуда он не пойдёт.

Упрямцы.

Однако неожиданную поддержку всех моих решений я нашёл в старике Ярополке. Что бы я ни делал или говорил, он всегда кивает, соглашаясь.

— Не в мои годы так много ходить, — продолжает жаловаться Веня. — Мне помирать уже надобно, а не…

— А ну быстро в крепость! — орёт рядом со мной Ярополк. — Будешь причитать — стяну портки и так крапивой отхожу, детям стыдно показаться будет. Жалуются они, блядь. Чтобы к вечеру всё своё барахло перетащил!

— Чего это ты тут раскомандовался…

— А вот так! Я тут самый старый, самый умный,