Королевская кровь - Дэниел Абрахам Страница 115

Верховные расы

Верховные расы, или главенствующая триада, являют собой высший образец созидательных способностей драконов, каковые способности впоследствии неизбежно подверглись упадку. К этим расам относятся куртадамы, раушадамы и хаунадамы.

Куртадамы, включая автора этих строк, воплощают собой слияние всех лучших черт, явленных в предыдущих расах. Разум, зачаточный в циннах, и боевые инстинкты восточной триады – все объединено в куртадамах. Кроме того, куртадамам единственным из всех рас даровано полное волосяное покрытие для тепла, а искусство вплетания в мех бусин и прочих украшений со всей ясностью свидетельствует о высочайшей склонности к церемониальным практикам и следованию канонам красоты.

Хаунадамы во множестве населяют Дальнюю Сирамиду и прилегающие территории, в них улучшенным образом развиты воинские задатки, ранее явленные в йеммутах. Хаунадамы не так крупны, но неутомимы; они имеют под кожей толстый минеральный слой, способствующий защите тела от ударов, и ясный острый разум, давший им полную власть над западным континентом. Отвращение к морским путешествиям ограничивает их роль в морской торговле и, вероятно, является причиной того, что им не удалось завоевать другие страны, окруженные морями.

Раушадамы, подобно хаунадамам, преимущественно встречаются в Дальней Сирамиде; их образ жизни заставляет стойко подозревать, что обе расы были созданы для тесного сосуществования. Раушадамы с их легким скелетом являются единственной расой, которой драконы даровали способность летать.

Расы упадка

После того как искусство драконов достигло предельных высот, оно неминуемо начало скатываться в чрезмерную вычурность. Эти усилия драконов привели к появлению замысловатых и неестественных рас – хаавирков, южнецов и утопленцев.

Хаавирки все века после падения драконов провели вблизи морозных портов севера. Их бурный агрессивный нрав – не признак предназначенности к военным действиям, а лишнее свидетельство того, что животное, оставленное без хозяина, неминуемо вернется к своей звериной природе. Размером они сравнимы с йеммутами из-за толстого слоя подкожного жира, защищающего их от северных холодов. Их татуировки на лице сравнивают с куртадамскими ритуальными бусинами лишь те, кто не разбирается ни в том, ни в другом.

Южнецы, опознаваемые по крупным черным глазам, способным видеть в темноте, являются образчиком извращения. Они заселяют местность к югу от Лионеи, где создали культуру, объединяющую в равных долях черты устройства термитных гнезд и кочевых сообществ. Несмотря на развитую способность к размножению, эти широкоглазые полулюди предпочитают закреплять такую деятельность за главной самкой, в то время как ее подданные выступают в роли трутней. Вопрос о том, создавались ли южнецы для заселения южных пустынь или мигрировали туда после падения драконов из-за неспособности конкурировать с более развитыми расами, остается предметом ученых дискуссий.

Утопленцы – последнее свидетельство упадка драконов. Они весьма походят на первокровных размером и сложением, однако живут исключительно под водой во всех географических пространствах. Взаимодействие с ними затруднено или вовсе не возможно, а их тенденции собираться в мелких озерцах, остающихся после прилива, заставляет считать их не более чем водорослями в человеческой форме. Предположения, что они созданы драконами ради некой важной подводной деятельности, являются чистой выдумкой.

Имея эти сведения в качестве отправной точки, мы можем приступить к рассмотрению пяти философских методов, с помощью которых просвещенный ум будет способен классифицировать, систематизировать и оценивать расы человечества…

Благодарности

Моей благодарности достойны Тай Франк, оказавший мне помощь в плавании по исключительно сложным волнам этой книги, мои агенты Шона Маккарти и Дэнни Бэрор, чьи упорные труды и старания позволяют мне заниматься любимым делом, а также Дун Вон Сун, Энн Кларк, Алекс Ленцицки, Джек Уомак и все сотрудники издательства «Orbit» – замечательные и доброжелательные. И особенно благодарю мою семью, которой приходилось восполнять мое отсутствие, пока я занимался в уме войнами и интригами.

Как всегда, любые ошибки и промахи остаются исключительно на моей совести.