Год 2077-й - Юрий Симоненко Страница 100

Флойд был потомком тех, кто питались от своих собратьев. Дед и бабка Флойда были людоедами. Мать — тоже была людоедкой, а отца своего Флойд доподлинно не знал — кандидатов было полдюжины. В шайке, в которой он вырос, было восемь мужчин и три женщины, — шестеро мужиков регулярно пользовали трёх баб и двоих педиков, так что, любой из тех мачо мог оказаться папашей Флойда. Из двенадцати детей, с которыми рос Флойд, двадцатилетнего возраста достигли четверо — он, Горбатый Билл и ещё две девки — Нина и Мишель. Остальные умерли от болезней, были убиты взрослыми или лишились жизни в схватках со сверстниками. Часто этим самым сверстником-убийцей оказывался Флойд, к шестнадцати годам вымахавший под восемь футов и имевший в ширину не менее трёх. Сам он считал себя мутантом, почти как Халк из комиксов, только чёрный. Видать, радиация как-то повлияла на бабку и мать Флойда, вот и получился он такой: большой и сильный. Флойд с детства любил комиксы. Чтобы понимать, о чём говорили герои с картинок, Флойд даже научился грамоте, и теперь был едва ли не единственным на Новоорлеанских болотах, кто умел читать, писать и считать. Практически интеллектуал. Да что там! Учёный! У Флойда и лаборатория была, в которой он изготовлял мет и другие забористые вещества, которыми упарывался сам и премировал наиболее отличившихся подданных, коих, не считая баб и сопляков, под рукой Флойда собралось два десятка.

Флойд был настоящим королём Нового Орлеана.

С юных лет Флойд усвоил для себя простую истину: если хочешь быть главным, сделай так, чтобы тебя боялись. И он сделал. Причём, боялись его не какие-нибудь бородатые фермеры с Пустоши, рыбаки или кожаные полупидоры в байкерском прикиде, которых все зовут рейдерами, а самые отъявленные подонки и отморозки во всей Луизиане, которых вышеназванные слизняки именовали не иначе как психами. Стоило кому-либо из психов прогневать Флойда, и с неудачником происходили поистине страшные вещи, историями о которых рыбацкие мамки ещё долго будут пугать своих детишек.

Этим вечером Флойд с Горбатым Биллом и дюжиной подручных головорезов пришли к перекрёстку Эрхарт-бульвар и Гамильтон-стрит, чтобы выяснить, какого хрена там могли делать рыбаки из Ривер Ридж, которых его люди видели там пару часов назад. И каково было удивление Флойда, когда он увидел привязанных к светофорным столбам трёх баб! Две снежинки и мулатка. Одна толстая, с рыжими косичками, похожая на свинью. Едва увидев эту хрюшку, Флойд сразу определил её на барбекю. Вторая — тощая как доска, с крысиной мордой и окрашенными в фиолетовый цвет патлами. С её судьбой Флойд решил определиться позже, поскольку там ни есть, ни трахать было нечего. А вот насчёт мулатки у Флойда не возникло сомнений. Однозначно в гарем! Да ещё и эта табличка над ней…

— Ух ты, какая цы-ы-ыпочка! — протянул похожий на обезьяну уродливый негр-горбун, под три сотни фунтов весом, осмотрев с ног до головы привязанную к столбу Хезер. — Флойд, дружище, а что это там написано? — горбун указал коротким кривым пальцем на болтавшийся над головой у Хезер кусок картона.

— Там написано, Билли, что этой киске нужен большой ниггерский член, — басовито гоготнул Флойд.

Он не стал говорить другу, что на табличке было написано ещё и что он — Флойд — рваный обосранный гондон и сын шлюхи, и что, если он появится близко к Ривер Ридж, его нахер пристрелят как дикого пса.

— Ну-у… — Горбатый Билл поскрёб плоский затылок. — Похоже, эта киска нашла своего ниггера… — Он осклабился, показав крепкие белые зубы. — А я, если ты не будешь против, познакомил бы вон ту, фиолетовую, с моим хоботом… — Горбун кивнул на привязанную к светофору на другой стороне улицы Андреа.

— Да без проблем!

— Вот отлично! — обрадовался горбун. — А что с Пеппой? — Он выразительно посмотрел на Пегги. — На барбекю?..

— На барбекю, — ответил Флойд. — Устроим сегодня праздничный ужин!