"Один из..." - "100 миллиардов солнц". Компиляция. Книги 1-6 (СИ) - Петров Олег Георгиевич Страница 99

Андриян Николаев снова усмехнулся про себя. Давно ли он загадывал свое желание? Вот и старт в глубокий космос! И талисман, маленькая птичка на шнурке, отдаленно напоминающая птенца сокола, уже не в первый раз с ним летит. А с новым бортинженером и к черту на рога не страшно. Вот, вроде перепроверяет свою «шпаргалку», а нет-нет, да и мелькнет цепкий взгляд. А глаз-то хитрющий! Эх, Юрка, опоздал ты немного. Какой бы из тебя Самый Первый получился! Весь мир бы на руках носил! А у Комарова, при всех достоинствах, совсем не та, как там американы говорят?.. Харизма не та! А Гагарин в этом смысле совсем другой, проще, веселее, живой и неунывающий, и не найдешь ни одного человека, кто про него хоть полслова дурного скажет.

Но бесшабашность эта проявляется только вне работы. В кресле корабля его словно подменяют, более четкого и дисциплинированного бортинженера еще поискать! Но вот глаз этот хитрющий…

- Сорок секунд, - четко подтвердил Гагарин. – Платформы согласованы, отсчет по плану. Давление в баках блока «В» в норме. Тридцать секунд. Наддув системы двигателей малой тяги.

Бесцельно плавающий по кабине талисман вдруг словно ожил и, полностью размотав свой шнурок, неторопливо повис примерно вдоль продольной оси корабля, упруго подпрыгивая и болтаясь из стороны в сторону.

- Малая тяга, - доложил бортинженер. – Осаждение топлива в норме. Готовность к запуску блока «В».

- «Соколы», я «Заря», есть готовность к запуску, - подтвердила Земля голосом Двадцатого. – Удачи, орелики!

Очень хочется ответить Главному, поблагодарить его, но «орелики» предпочли промолчать, впившись глазами в цифры последнего отсчета. Время поговорить еще будет, а эти последние секунды перед стартом в глубокий космос уже почти закончились…

- Есть запуск, - доложил Андриян, почувствовав легкий толчок тяги.

- Тридцать процентов, - уточнил Гагарин. – Все в норме, начинаем увеличивать тягу.

Теперь космонавтов прижало к креслам чуть сильнее, но это даже не перегрузка, а так, «недогрузка» какая-то… Талисман успокоился и висит на своей ниточке ровно, почти не раскачиваясь.

- Сто процентов тяги, - сообщил бортинженер. – Стабилизация устойчивая, платформы согласованы.

- «Соколы», я «Заря», наблюдаем набор скорости, - отозвалась Земля. – Машина идет хорошо, устойчиво!

Машина идет, топливо сгорает в почти невидимом голубоватом факеле, масса всей конструкции уменьшается. И при неизменной тяге это означает, что ускорение постепенно нарастает. Вот уже почти «единичка» образовалась к концу четырехминутного включения. И все равно, никакая это не перегрузка для того, кто испытал «восьмерку» при неуправляемом спуске…

- Готовность к дросселированию, - предупредил бортинженер, сверившись со своими приборами.

Действительно, в конце активного участка тяга двигателя снижается, чтобы более точно произвести отсечку по фактическому набору скорости. Если же отсечка по какой-то причине не произойдет автоматически, космонавты остановят двигатель «вручную».

- Тяга тридцать процентов, - доложил Гагарин. – Отсечка через девять секунд… Пять… Три, два, один, отсечка! Платформы согласованы, мы на траектории.

- Молодец, Юрка, - от души ответил Николаев. – Жаль, нельзя чуть газку прибавить и догнать этих…

Об американцах они вспоминают неохотно и даже ревниво. Шустрые янки опередили советских летчиков на целых двое суток и теперь увидят Луну вблизи, когда Николаев и Гагарин едва преодолеют половину пути. Хотя тот факт, что разминулись всего на два дня, можно считать форменным чудом, если вспомнить, как долго обе стороны готовились к полету и сколько раз все откладывалось. Первоначальные, оптимистические планы американцев предполагали старт в марте или в самом начале апреля. Узнав об этом, советское руководство впало в легкую истерику, потребовав ни в коем случае не отстать. Королев, неплохо зная состояние дел за океаном, успокоил всех и авторитетно заявил, что никто никуда не полетит ни в апреле, ни в мае, ни даже в июне с июлем, и это как минимум! А какие еще «бобики» вылезут, никто и предположить не мог.

Сергей Павлович оказался прав, «бобики» полезли целыми стаями. У заокеанских инженеров главная проблема была с кораблем, а у советских с ракетой, а что самое неприятное, с разгонным блоком. Совершенно новый водородный двигатель поначалу решительно отказывался запускаться в невесомости. Первая беспилотная машина никуда не полетела и так и осталась на низкой орбите. К счастью, корабль там был не настоящий, а всего лишь весовой макет. Вторая запустилась только с третьего раза, но все равно недобрала скорость, и вместо облета Луны получилось прямое попадание. Взяли тайм-аут и полностью перепроектировали СОСТ (средства обеспечения сплошности топлива - прим.авт.) на перспективном принципе, использующем капиллярный перепад давлений на границах сред. И в первом же полете обновленный блок «В» отработал на все сто, обеспечив первый в истории благополучный облет Луны. Правда, улитки, черепахи и прочая мелочь вряд ли оценили торжество момента, да к тому же едва не сгорели при возвращении, но теплозащита выдержала и парашюты раскрылись.

За океаном были другие проблемы. Ракета и разгонник работали как часы, не считая самого первого суборбитального пуска, а вот корабль упорно не желал лететь куда следует и как следует, хоть околоземные тесты прошли вполне успешно. Новая навигационная система отчаянно сбоила и терялась в пространстве. Никак не удавалось наладить температурный режим агрегатного отсека, отчего в баках и баллонах постоянно скакало давление и только предохранительные клапана спасали от взрыва. Армированная новейшим материалом, углепластиком, конструкция не выдержала первого входа в атмосферу с высокого эллипса, угробив корабль и шимпанзе Хэма, которого в прессе оплакивали почти как человека. Ошибку быстро отыскали и исправили, но еще три месяца было потеряно.

У советских конструкторов даже после мучений с разгонным блоком не все шло гладко. Королев, как всегда, настаивал на двух полностью успешных беспилотных полетах, прежде чем пускать машину с людьми. Спорил, грозил, стращал, не пущал, бил по рукам и снова оказался прав. Вторая беспилотная машина должна была впервые сманеврировать около Луны, уменьшив время возвращения на Землю примерно на 9 часов. (реальный маневр, выполненный аварийным А-13 - прим.авт.) Такой маневр совершенно необходимо отработать на случай неполадок, но результат вышел плачевный. Многие управленцы поседели, наблюдая, как аппарат не прибавил, а потерял скорость и исчез за краем Луны, чтобы больше никогда не появиться. В наступившей тишине Королев с жутким хрустом разломил на пять частей очередной красный карандаш, и в его взгляде проступило что-то нехорошее и опасное для окружающих.

По результатам разбора полетов вышел страшный скандал. Когда нашли дурацкую ошибку в программе, плюс на минус, удивились еще больше. Как такое могло пройти испытания на стенде? Оказалось, очень просто, фрагмент программы стенда оказался попросту скопированным из программы корабля. Такого понятия, как «копипаста», в этом мире еще не знали, и знакомство вышло неприятным. Впрочем, наказание для допустивших такой ляп было болезненным, но в основном чисто материальным. Окрыленные эпической вздрючкой программисты привели свои алгоритмы в порядок и два следующих беспилотника отработали не просто хорошо, но даже отлично. Но время было потеряно безвозвратно.

В итоге, стартовали через двое суток после янки и остались в догоняющих. Но даже западная пресса по этому поводу особо не зубоскалит, признавая тот факт, что разница в два дня для истории погоды не сделает. И чтобы кричать о первенстве, нужно для начала вернуться на Землю.

«Догоняющие» открыли шлемы, отцепили перчатки, отстегнулись от кресел и стали снимать скафандры. Без «третьего номера» в кабине достаточно просторно и переодевание не заняло много времени. Несмотря на точнейшее выведение, при первой же возможности занялись астрономией, то бишь поиском навигационных звезд. На всякий случай сверились, откалибровали приборы и окончательно подтвердили, что траектория в норме. Остается ждать, теперь за все отвечают силы Природы в лице товарищей Ньютона и Кеплера.