Грёзы о будущем - Дмитрий Филичкин Страница 85

10:00

– Она так и не пришла, – забеспокоился Гарри.

– Возможно, Чжан опаздывает, – попытался его успокоить Беллуччи разглаживая свой галстук. – Как и всегда.

– Ты слишком много беспокоишься Гарри, – добавил Бол.

– Я? Беспокоюсь? Конечно, я беспокоюсь, ведь она часть Совета и каждый голос на счету, ведь…

В этот момент дверь зала собраний отворилась и в проходе появились фигуры Шоу и Севастьянова. И что не характерно, Севастьянов был не в лучшем расположении духа, он выглядел… подавленным. Шоу, впрочем, тоже не выглядел радостным, но сохранял маску безмятежности и спокойствия. А вот Гарри для себя приметил, что если Шоу не радуется как ребёнок, значит что-то случилось. И у него было плохое предчувствие на этот счёт.

– Приветствую всех, господа, – начал Лукас усаживаясь за своё кресло. – Сегодня на повестке дня у нас крайне важный вопрос.

– Дай угадаю, это связано с Чжан?

Лукас не обратил внимание, на тот факт, что его перебили и продолжил.

– Наша коллега и часть Совета - Ли Чжан. Была похищена два дня назад. И по нашей информации, тут замешаны наши старые знакомые из К-16.

Не звучали возгласы, не было удивления. Ни споров, ни предложений. А это уже смущало в свою очередь Шоу.

– У меня складывается ощущение, что все здесь присутствующие в курсе о произошедшем.

– Нет, мы были не в курсе, – ответил за всех Джонсон, – но мы все понимали, что рано или поздно с кем-то из нас это может случиться. Обстоятельства сложились таким образом, что первой из нас оказалась Чжан. Теперь вот гадаем, кто следующий будет.

Лукас прищурился.

– Объяснись.

Джонсон ослабил галстук и с самодовольной улыбкой начал, разведя руки в стороны.

– Мы решили, что под твоим руководством, Конгломерат лишь страдает. Мы несём финансовые потери, на нашу собственность нападают, нас пытаются оболгать и убить. Конечно, такое происходило и раньше. Но в первый раз, одного из Совета похитили! – яростно взорвался Гарри и ударил кулаком об стол. – Это возмутительно! А затем ты такой приходишь и спокойно сообщаешь нам, что её забрали. А что ты сделал, чтобы её вернуть? Или ты гонялся за очередными призраками?

– Поосторожнее со словами, Джонсон, – спокойно ответил Шоу, но в его голосе звучала угроза. – Я всё ещё глава организации, а не ты.

Тот ухмыльнулся.

– И вот как раз, насчёт этого, мы тоже хотели с тобой поговорить. Посовещавшись, мы решили, что пора выбрать нового лидера.

Лукас всё это время спокойно слушавший и крутящий свою любимую монету в пальцах, ответил:

– Я тебя понял, Гарри, – затем он обвёл взглядом остальных членов Совета, – а вы как давно об этом знаете?

Но те ничего не ответили, а просто молча смотрели на него.

– Значит давно…

– Я предлагаю не тянуть время зря, а начать голосование. Поднимите руки, те кто “За”, чтобы Шоу ушёл со своего поста.

Первым руку поднял Гарри. За ним Бол. Чуть менее уверенно, но всё же, поднял руку Анджело. Хищные взгляды членов Совета устремились на Севастьянова. Но тот руку не подымал.

«Пф, жалкий пёс Шоу», – подумал про него Гарри.

В тоже время в голове Николая царила настоящая буря. Сейчас он мог бросить Шоу, сделать так, чтобы все его планы рухнули в одно мгновение. Единогласное решение никто не оспорит. Он потеряет лидерство… но Николай всё грамотно взвесил, прежде, чем принять окончательно решение.

«Они даже понятия не имеют с кем связываются», – промелькнуло у него в голове.

Николай не поднял руку. Ему было, что и кого, ещё терять.

– Как демократично, – отметил Шоу. – Чжан нет, вы сговорились за моей спиной и вас большинство. Однозначно, вы меня переиграли.

Гарри закашлялся.

– Собрание было абсолютно честным и раз Совет решил…

Британец резко поднялся с кресла и направился в сторону Гарри, вызвав у того, нескрываемое беспокойство, хоть тот внешне и пытался это скрыть, но бегающие маленькие глазки выдавали его.

Когда Шоу медленно приблизился к Гарри, он положил перед ним монетку и сказал ему:

– Подбрось её.

– Ч-что? – заикающиеся спросил, словно не расслышав, Джонсон.

– Подбрось монету, – так же спокойно, но настойчиво повторил Шоу.

Обливающийся холодным потом Джонсон поднял монету и подбросил её. Монетка завертелась в воздухе, после чего с характерным звуком приземлилась на стол. Она ещё немного дрожала, пока не остановилась на профиле с изображением Короля.

– Лицо.

Джонсон бросил испуганный взгляд на Шоу.

– Что? Ты о чём, Шоу?

– Твоё лицо.

После этого он схватил его за голову и с размаху впечатал его голову в стол, заставив вздрогнуть остальных членов Совета. Монета подпрыгивала при каждом ударе. Затем Лукас поднял её и ещё несколько раз приложил Гарри лицом об стол. Из разбитого носа Джонсона хлынула кровь, заливая его рот, а также костюм.

– О боже, кх… – Джонсон закашлялся, харкая кровью на стол и выплюнув золотой зуб. – Ты что творишь, тварь!

После этих слов, ему прилетела смачная пощёчина. Гарри дотронулся до своей горящей болью, покрасневшей щеки, а потом поднял взгляд на Лукаса, который схватил и намотал его галстук на свой кулак, приподняв его к себе. Свободной правой рукой он взял монету и стал перебирать ею между пальцев. Остальные с ужасом наблюдали за происходящим.

– Послушай меня, ты жирная и наглая свинья. Ты решил, что ты тут главный и раз всё сложилось не в нашу пользу, то сразу дал заднюю. Знаешь, что я думаю о тебе? Что ты у нас крыса.

– Что? – ошарашенно спросил Джонсон.

– Никто не знал, что Чжан покинет Гонконг. Никто. Даже те детишки, что вставляли нам палки в колёса. И вот внезапно, Чжан попадает под удар наших врагов, а я, что удобно, попадаю в немилость Совета. Всё складывается прямо наилучшим образом… для тебя.

– Я… не… я ни за что не предал Совет!

– Ложь!

Шоу зажал монету между пальцев и стал бить кулаком с монетой прямо по левому глазу американца. Он бил со всей силы и злобы, заставляя кричать Гарри, как резанную свинью. Но не смотря на все крики и протесты,