Попаданец - Всеволод Молчанов Страница 85

как минимум часть работы молотобойцев будет автоматизирована, нужно будет только переворачивать заготовку, да возможно на один раз больше ее засунуть в печь, когда начнет остывать. Еще одной проблемой пока было то, что удары эти у столба были не совсем в одно и то же место, но в любом случае последний заход должен был осуществляться человеком.

Такой столб по предварительной проверке наносил до 15–20 ударов в минуту, а если будет работать один, то можно будет собрать и второй, чтобы использовать всю силу колеса. Половина вращения поднимает один столб, а когда он отцепляется, то уже тянет второй. И вот возможность обработки одновременно двух заготовок должна была ощутимо помочь. По этому же принципу будут сделаны такие же толкушки-мешалки для производства бумаги, где сейчас перемешивали массу в ручную, а когда поставят ветряк, то просто будут закидывать в емкость и оставлять, пока сила природы сама не справится.

— Надо было у реки ставить печь. Там колесо побольше можно сделать, молот тяжелее выйдет. — «вовремя» подсказал Радогор.

— Знал бы я, как это делается, сразу бы все правильно и сделали. — огрызнулся Тимофей. — Когда работать как надо начнет, там и будем думать. Поставим еще одну на реке, уже учитывая все свои ошибки. Еще даже не факт, что на ней получится мощнее колесо.

— Тогда можно возле ветряной мельницы сделать. Она все равно без дела простаивает. — заметил вернувшийся Игнат.

С конца прошлого года ветряная мельница и действительно почти не работала, перемолов за пару недель привезенное купцом зерно и все. Тимофей уже думал над тем, чтобы скинуть цену на помол для боярина, но пока что медлил. Разок сбавишь стоимость, потом не согласится на старую, а молотить без особой выгоды желания совсем не было, разве что в крайнем случае, ну или по настойчивому требованию высшего начальства.

— Игнат, мужиков на заготовку руды направь на пару дней, закончилась вся.

Глава 28

Выходя из барака, Прокоп облегченно вздохнул. Любим шел на поправку и уже довольно бодро разговаривал. Никакой больницы или дома лекаря в деревне не было, как и самого лекаря, так что лечился пострадавший в своей небольшой комнатке под присмотром Людмилы. В целом, самой серьезной травмой, оказалась ссадина на голове, от которой он и потерял сознание в загоревшемся доме, но о причинах ее получения к сожалению единственный свидетель сказать ничего не смог, как и в целом про последние несколько дней до происшествия.

Пожар к счастью обошелся только потерей мыловарни и части полуготового товара и ингридиентов, но в целом ничего особо страшного. Варку мыла временно приостановили, либо до выздоровления Любима, либо, в крайнем случае, до конца строительства нового помещения. Было решено, что если мастер оклемается раньше этого срока, то продолжать свое дело можно временно и в бараке, все равно там печь используется только для отопления, а погода пока что была не слишком жаркой. Но всегда есть и другие печи, например на производстве бумаги они топились в любом случае и от временного пользования мыловаром ничего страшного не произойдет.

— Деда Прокоп, там тебя дядька Радогор кличет. — крикнул прибежавший Сбыня.

— Скажи, подойду скоро. Опять чего выпросить хочет небось? Всем от меня что-то надо, сами бы взяли, да нашли. — проворчал он.

Малец лишь пожал плечами и быстро удалился в обратном направлении, передавать ответ. А сам Прокоп не торопясь пошел в столовую. Было бы что срочное, так и сам кузнец пожаловал, а так можно и пообедать сначала, все-таки он не мальчик, да и другие дела есть. Например нужно обязательно проверять качество приготовленной пищи, и совсем не важно, что никаких нареканий до сегодняшнего дня не было. Если не держать руку на пульсе, то всякое может случиться.

— Ждана, вы подготовили избу боярскую? — спросил Прокоп, придирчиво рассматривая густой темно-красный борщ в своей тарелке.

— Купава сказывала, готово все. А что там с печами, сладилось дело? — спросила любопытная повариха.

— Как вернутся, так и узнаем. — проворчал он. — А чего жидкий такой?

— Так и свекла закончилась, последнюю сейчас сготовили. Значит мы теперь и железо будем в город продавать?

Повариха явно хотела узнать не только последние новости, но и ближайшие планы. Хотя ее бы воля, то и про самые дальние все выспросила.

— Может и будем, но нам и самим много надобно.

— А я слышала, что серебра у нас мало совсем осталось, не хватает, вот вы и торопитесь.

— Это то кто тебе сказал? — удивленно и слегка подозрительно спросил старик.

— Так слухи по деревне разные ходют. Услышала где-то, вот и забеспокоилась.

— Деда Прокоп! — снова раздался крик Сбыни.

— Да иду я! Чего там такого срочного? — возмутился старик. — Поесть не дадут спокойно.

— Там боярин Яков Прокшинич с гостем подъезжают. Уже наверное заехали в деревню.

— И чего ты так медленно двигаешься тогда? Ждана, давай быстрее угощение! Не видишь что ли, боярин ждет?

Тимофея новость о приезде Якова Прокшинича застала на много позже, он решил посмотреть на одно из подготовленных полей, которое ему показал Твердята еще зимой. Теперь оно было расширено по периметру, а ветки и деревья лежали по всей его площади. Осталось совсем немного, через несколько месяцев, когда древесина еще немного подсохнет, его нужно было поджечь, а возможно и не один раз, потому что толстые деревья скорее всего не прогорят так просто.

Сложного в этом ничего не было. Первый огонь сжигал в основном ветки и листву, а так же прожигал саму землю на небольшую глубину. На следующий день или через день нужно было туда вернуться, стащить большие куски в кучи и снова запалить, дожигая уже до конца. Наверное весело будут смотреться люди, на чью долю выпадет работенка. Мало того что там и так сажи полно окажется, так еще и таскать придется считай угли.

Быстрее вернуться в деревню не вышло, так что Тимофей попал уже к вечернему пиру и сразу за стол. В этот раз его пригласили в обязательном порядке, но правда усадили за самый дальний стол вместе с Игнатом и почему-то Радогором.

«Может быть таким образом боярин решил показать своему соседу, что заботится о его бывшем человеке, или тут была совсем другая мотивация?» — размышлял Тимофей поедая вкусное запеченное мясо.

В этот раз под нож пошла последняя оставшаяся корова, а значит из рогатого скота остался только молодой теленок. Но в этот раз сильного расстройства не было, конечно не очень приятно, но через несколько недель к ним должны были пригнать сразу