Мальчик из будущего: Мальчик из будущего. Отрок. Новик - Владимир Геннадьевич Поселягин Страница 67

к нему и без пистолета чувствовал себя как голый. В карманах фунты и франки, от рублей я избавился, не было их при мне, в остальном все в норме, можно вливаться в местную жизнь и, сменив имидж и облик, автостопом рвануть во Францию. Я в Риме и в Париже хотел побывать, на Эйфелеву башню подняться. В общем, раз отдыхаю, то отдыхать нужно как следует. Конечно, больше желалось поваляться на пляже какого-нибудь курорта, но экскурсии тоже никто не отменял, они меня интересовали не меньше.

Выйдя на набережную, я осмотрелся, вдыхая незнакомый мне воздух, пока все непривычно, но освоимся. Несмотря на ночь, тут все так и дышало жаром, камни и песок отдавали накопленное за день тепло. Градусов двадцать пять было, не меньше. Похоже, днем тут явно за тридцать. Вполне нормально, как я успел убедиться, пляж тут отличный, оборудованный, можно и покупаться завтра днем. Закончив с осмотром, гуляющих на берегу хватало, я задумался. Зачем мне идти в ночной город, где я фактически ничего не знаю, и искать удобное место для ночевки? Когда вот он, пляж. Тут и пляжные кабинки были, и зонтики, вот на скамейке можно вполне выспаться. Так я и поступил. Нашел скамейку в тени, где фонарь не работал, рюкзак под голову, одеяло на доски и, устроившись, я прикрыл глаза. Честно говоря, что за эмоции меня переполняли, я все никак разобрать не мог. Однако определил несколько главных. Это легкая тревога и боязнь нового, радость, что, наконец, путешествие на сухогрузе закончилось, желание увидеть много нового, ну и немного сожаления. Все же прекращать давать информацию конторе я не хотел, вынудили. Надо подумать, может, удастся возобновить контакт, как бы ни хотелось сообщать, что я уже за границей. Я еще сомневаюсь, продолжать контакт отсюда или, вернувшись в Союз, выложить все, что знаю. Все же, наверное, выберу последнее. Вот за такими размышлениями я незаметно и уснул.

Проснулся я сам, поднимающееся солнце своими лучами попало прямо в глаза, так что волей-неволей проснулся. Привстав на локтях, я быстро осмотрелся.

– Хм, вовремя проснулся, – пробормотал я, обнаружив уборщиков на пляже.

Пляж был городской, соответственно, находился на балансе города. Отдыхающих и купающихся тут хватало, поэтому и мусор после них оставался. Бывало, купающиеся до самой темноты не покидали его, и когда убирать? Да на рассвете, когда пляж полностью пуст. И вот сейчас с десяток уборщиков, двигаясь цепью от кромки воды до каменистой набережной, зачищали территорию. Им до меня метров триста было, так что, свернув вещички, я поспешил в город. Очень хотелось есть и пить. Ну, с водой-то я проблему решил, запас воды во фляжке еще был, поэтому добив ее до конца, с рюкзаком на плече я направился в город, двигаясь по тесным улочкам. Кстати, насчет пляжа и уборщиков я больше предположил, но то, что сам пляж находится на балансе города, знал точно, прочитал плакат на входе.

Город только-только просыпался. В основном шастали курьеры, ну и прислуга, закупающая для хозяев свежие овощи и прочие продукты. Соответственно, и нужные лавки и магазины были уже открыты. Вот другие, кафе там и остальное, пока нет. А я хочу попробовать местной пиццы, как-никак родина ее именно тут. В общем, большая часть города еще спала. Все же едва шесть утра, я уже перевел часы на местное время по большим часам на площади, туристы тоже спали, поэтому и улицы были полупусты, редко проезжали разные машины.

Попытка купить фруктов поначалу не увенчалась успехом. Никто не хотел брать мои франки и фунты, все требовали какие-то лиры или чентезимо. Где я их возьму? Третий лоточник, у которого я пытался купить спелые на первый взгляд груши, показал мне монеты и сами банкноты. Банкнот ладно, у меня не было, а вот, кажется, такие монетки были. Достав горсть мелочи, я действительно обнаружил две итальянские монетки, на которые и купил фруктов. Хватило на шесть груш, два яблока и половину дыньки. Ну, дыньку-то я сразу приговорил, отрезая ножом куски, а вот остальные фрукты, умывшись у фонтанчика, тут же помыл и убрал в рюкзак, продолжая изучение города. Голод немного притупился, но насыщаться я все равно не собирался. Ожидал открытия первого кафе, чтобы заказать горячую только что приготовленную пиццу. Само общение с итальянцами было сложным. Я знал четыре языка – немецкий, английский, испанский и теперь вот французский, но не все итальянцы, кроме родного, владели еще каким-либо. Ладно хоть меня за иностранца принимали, я англичанином представлялся, английский у меня как раз был очень неплох, за родной влет можно принять. Третий лоточник, как и я, с грехом пополам говорил на французском. Так и договорились. А насчет местных денег это он прав был. Сейчас, конечно, мало народу, но как будет чуть больше, я решу этот вопрос проверенными средствами.

Конечно, всех итальянцев описывают как сильно эмоциональных людей, но я за все время осмотра таких видел всего дважды. Да и то они ругались между собой, остальные люди как люди, смуглые да кучерявые. Хотя блондины тоже встречались. Вот так вот, устроившись на скамейке центральной площади у местного дворца, монументальное здание, надо сказать, я и наблюдал, как просыпается город. К восьми часам уже все кафе были открыты, вот я и направился к ближайшему. По пути ввинтился в толпу местных жителей. Тут авария произошла. Развозной фургон столкнулся с рейсовым автобусом, что собрало целую толпу зевак и зрителей. Гвалт стоял еще тот, чуть не оглох, пока не оказался с противоположной стороны толпы. Нет, с итальянцами сложно работать. Тут они были все возбуждены, на месте не стояли, почти все двигались, едва смог, чудом практически, вытащить два кошелька у двух мужчин.

В кафе я сразу заказал обе неаполитанские пиццы, по два куска «Маринару» и «Маргериту». Официант, приняв заказ, ушел, еще я чай заказал сладкий. Пока пиццы готовились, устроившись в темном углу, достал незаметно оба портмоне и под столом стал изучать содержимое. Одно было почти пустым, мелочи много, а банкнот всего три, видимо, у хозяина сейчас проблемы с деньгами. Три с половиной тысячи лир и мелочью еще с пару тысяч. Фактически пустой кошелек. Я уже знал местные расценки и примерный курс к советскому рублю. Он был не в пользу лиры. Примерно курс такой, я по ценам определил, тысяча лир к одному рублю. Никак не меньше.

Вот во втором было порядка двухсот тысяч лир, еще мелочью на пятнадцать тысяч. Все эти деньги, кстати,