Завещание фараона - Ольга Митюгина Страница 63

— Но…

— Мне больше нечего тебе сказать. Прочь с глаз моих!

И Атрид погрузился в документы, перестав замечать Ипатия.

Пока Агамемнон наблюдал, как Ипатий передает дела Проксинию, Агниппа тоже не сидела без дела. В этот солнечный день у нее было прекрасное настроение, и девушка вышла проводить Мена до базара. Возвращаясь домой, на улице, почти дойдя до своей калитки, она столкнулась с Меропой — темноволосой черноглазой девушкой, что снабжала свежими сплетнями все окрестности. Вот и сейчас Меропа не упустила возможности поболтать.

Остановив Агниппу и обменявшись парой общи фраз, она с любопытством спросила:

— Слушай, говорят, ты замуж выходишь?

— Я?.. — покраснела Агниппа.

— Пора, пора, — покивала Меро. — Тебе ведь двадцать уже. А ему сколько?

Воспитанница Мена не смогла сдержать мечтательной, теплой улыбки.

— Ему двадцать два, — не стала больше запираться она. — Он на два года меня старше.

— Приличная партия, — солидно одобрила Меропа. — Он ведь уже месяц как у вас живет?

— Да.

— А встречаетесь вы уже дней десять?

Агниппа с невольным восхищением покачала головой.

— И откуда ты все знаешь, Меро?

Соседка усмехнулась.

— Так глаза и уши есть! И не только у меня. Вся улица знает. Значит, скоро свадьба?

— Не знаю, — снова покраснела Агниппа. — Мы еще об этом не говорили. Но, похоже, — с улыбкой добавила она, — все идет к тому.

Меропа запрокинула голову, глядя на небо, и довольно сообщила:

— Ну, значит, две свадьбы будем справлять!

— Две?..

Меропа вновь, чуть насмешливо, глянула на соседку.

— А ты разве не знаешь? Все Афины говорят!

— О чем?

— Царь хочет жениться!

— Ну и пускай! — неприязненно бросила Агниппа, сразу замкнувшись, но Меропа словно не заметила, что новая тема мало интересует собеседницу.

— И знаешь на ком?! — с азартом продолжала она. — На простой, никому не известной девушке-горожанке, совершенно не считаясь ни с чьим мнением!

— Да?.. — Агниппа приподняла бровь с холодным презрением. — Что же, она, должно быть, богата?

— В том-то и дело, что нет! — живо возразила Меропа. — Говорят, он просто влюбился в нее без памяти, как мальчишка, и за одни красивые глазки хочет сделать царицей!

— Вот как?.. — невольно поразилась Агниппа. — Я хуже думала о нем. Приятно, когда можешь изменить мнение о человеке в лучшую сторону. Но как же они могли познакомиться?

— Не знаю, — пожала плечами Меро. — Говорят, на празднике. Ну, в честь победы.

— Постой, — помотала головой девушка. — А кто? Кто говорит?

— Да все Афины! — всплеснула руками Меропа. — Разве будут люди зря болтать? Тем более про такого человека, как Агамемнон?

Агниппа лишь пожала плечами. В конце концов, какое ей дело до всех царей в мире, до их личной жизни и политики? Она больше не царевна и в скором времени, наверное, выйдет замуж за простого человека. И гори вся эта царская мишура синим пламенем!

Миновало два дня. Вечером Атрид и Агниппа, как обычно, вместе собирались отправиться в рощу за городом, и молодой человек, выйдя со двора, уже стоял на углу, ожидая девушку и наблюдая за редкими прохожими, возвращавшимися домой.

Солнце уходило за горизонт, заливая небо алым и золотым великолепием, и в остывающем воздухе разливался запах моря, а цветы боярышника и граната благоухали как никогда — пьяно и безумно…

Юноша заметил издали светлый гиматий девушки и радостно улыбнулся, но почти тут же улыбка его померкла: в конце улицы показался летящий галопом всадник на великолепном гнедом коне, и Атрид, все больше хмурясь, узнал Ипатия.

Бывший советник тоже заметил своего государя — и направился прямо к нему.

Натянув поводья, царедворец осадил своего прекрасного скакуна возле Атрида и спешился.

— О ца… — начал было он, но, заметив, как сверкнули глаза Агамемнона, быстро поправился: — Атрид! Хвала богам, я отыскал тебя!

— Я приказал не появляться здесь, — сквозь зубы процедил владыка Афин, наблюдая за приближением Агниппы. Девушка заметила, что ее возлюбленный разговаривает со знатным незнакомцем, и замедлила шаг. Их слов она пока не могла слышать.

— Ты приказал известить тебя в случае крайней необходимости! — возразил Ипатий. — Проксиний отправил меня к тебе…

— И что же случилось? — скрестил руки на груди царь и иронически приподнял бровь. — На нас снова напали персы?

— Прибыли послы, государь!

Агамемнон поморщился.

— И что? Скажи им, что я приму их завтра. Эти финикийские торгаши могут и подождать!

— Нет-нет, царь! — живо возразил Ипатий. — Это не финикийцы. Это египтяне!

Брови Агамемнона поползли вверх.

— Вот как? В таком случае отведи им покои и прими так, как подобает принимать гостей…

— Это личные послы Нефертити! И они настаивают на немедленном приеме, государь!

— Вот как! Личные послы самой Нефертити? — Правитель Эллады нахмурился. — Значит, это действительно что-то важное… Подожди!

Он быстро направился к Агниппе, настороженно замершей в отдалении.

— Что случилось? — сразу спросила она. И взглядом указала на Ипатия. — Кто этот человек?..

Атрид чуть улыбнулся.

— Старый знакомый. По Беотии, — как можно небрежней ответил он. — Милая… Прости. Тебе лучше всего вернуться сейчас домой. Я должен уйти.

Агниппа испуганно схватила его за руку.

— В такой час? Куда? Что происходит, Атрид?

— Все в порядке, любимая, — он заботливо заправил ей за ухо выбившуюся из косы прядь. — Я вернусь, как только закончу дела.

— Я буду ждать тебя на нашем месте. В роще, — стараясь скрыть тревогу, улыбнулась девушка.

— Ни в коем случае! — Атрид покачал головой. — Скоро начнет смеркаться.

— Ничего страшного, — улыбка Агниппы стала проказливой, хотя на дне глаз по-прежнему плескалась тревога. — Зато тогда ты точно нигде не задержишься! Ты ведь будешь