Меченый. Том 7. Начало новой эпохи - Андрей Николаевич Савинков Страница 57

неформальные связи между нами, наш «экспортный миллиардер» был действительно важнее мне, чем рядовой министр, которых можно было хоть каждый день менять без большого ущерба качеству работы. — В целом, как я вижу со своей стороны, проект вполне реализуем. Однако есть нюансы. Первый из них — доверие. К сожалению, доверия у граждан Западной Европы к Союзу практически нет, это придётся менять, проводить масштабные рекламные кампании, привлекать лидеров общественного мнения, возможно устраивать какие-то розыгрыши, бесплатные лечения, скидки, благотворительность. Иначе клиент не пойдёт.

Я вздохнул. И вот как раз для этого мне очень не хватало нормальных «капиталистических» менеджеров, которые понимают, как система работает «там». К сожалению — или к счастью, тут как посмотреть — воспитать их внутри СССР просто невозможно.

— Тут я надеюсь на вас, Юрий Юрьевич, — я кивнул, соглашаясь с нашим «лондонским резидентом». — Нужно будет привлечь, вероятно, какое-нибудь западное рекламное агентство, чтобы сдвинуть эту скалу с мёртвой точки. Найдёте такое?

— Найдём, — согласился Карнаух. — Второй вопрос — страховка. От врачебных ошибок, от… от того, что что-то может пойти не так. Это важно, потому что без понимания того, кто будет платить компенсацию в случае неудачной операции, западный клиент в Союз не поедет.

— Я так понимаю, что вариант, при котором всё гарантирует само советское государство, никого не устроит? — я усмехнулся. На той стороне границы даже своим странам люди доверяют куда меньше, чем у нас; верить на слово коммунистам? Судиться потом с Союзом в советском же суде? Вряд ли это вызовет у кого-то большой энтузиазм.

— Конечно, Михаил Сергеевич. Людям нужны гарантии, — министр здравоохранения, приглашённый как человек, которому в будущем всё это придётся воплощать в жизнь как минимум с технической стороны, сидел и смотрел на наш разговор с широко раскрытыми глазами. Советская медицина была не просто далека от таких понятий, как реклама и страховка от врачебной ошибки, — она находилась по-настоящему в другой галактике от них. — Дальше оборудование и расходники.

— Нужно будет выделить на первое время валюту на закупку импортного, но при этом вопрос о локализации всего этого добра в Союзе никто не снимал с повестки дня, — я задумчиво почесал нос, повернулся к сидящему справа от меня министру. — Сможете прикинуть смету на такое дело, Игорь Николаевич?

— Если будет хотя бы примерный план по количеству кабинетов и коек — конечно.

К сожалению, всю медицинскую технику СССР производить сам не мог. Те же аппараты МРТ, по которым я поднимал вопрос ещё в 1986 году, у нас уже вполне производились десятками в год… А нужно было их производить сотнями или тысячами: по прикидкам наших врачей нужно примерно 10–20 аппаратов на миллион населения. Причём, учитывая наши просторы, — скорее двадцать, чем десять: всё же далеко не всегда имеется возможность ехать далеко. То есть пять-шесть тысяч штук, и это ещё врачи не распробовали новинку до конца, а как распробуют — захотят больше. А ещё есть рынки союзников, которые неплохо было бы занять. А ещё есть рынки третьих стран… То есть если предположить, что нам нужно выпускать примерно 500 МРТ-аппаратов в год, то это не будет большим преувеличением, скорее наоборот.

А в 1988 году мы сделали только 6 штук на весь Союз — неутешительная статистика. Благо имелся запас ликвидности, и последние три года мы активно закупали МРТ-аппараты за рубежом по 10–15 штук в год. Тоже не бог весть что, но пока, будем честны, обеспеченность этой техникой по всему миру не блещет: если взять вообще все больницы на планете, то окажется, что аппаратов магнитно-резонансной томографии на Земле примерно 1000–1300 штук. Совсем точно подсчитать их, конечно, сложно. Из них 64 — в Союзе: не фонтан, но и голову пеплом посыпать не стоит.

— Нужно пробежаться по производствам наших товарищей из ГДР и ЧССР: вероятно, кое-что можно взять у них.

— Или помочь с локализацией. Всё равно советская стоматология требует переоснащения, то, что есть сейчас, — это страх и ужас, — я увидел, как министр дёрнулся, явно не согласный с данным утверждением, и тут же махнул рукой, останавливая его возражения. — Не нужно. Я себе отлично представляю, чем оборудованы советские стоматологии в массе своей. Это всё нужно менять.

Ради справедливости тут я был не совсем объективен: скорее влияли на меня воспоминания прошлой молодости и сохранившийся на всю жизнь страх перед походами к стоматологу. Даже тогда, когда в зрелом и старшем возрасте там уже научились делать всё относительно быстро и безболезненно, всё равно это был большой стресс. Если же смотреть на проблему более широко, так сейчас было во всём мире.

Те же турбинные высокоскоростные наконечники, ставшие в будущем общим стоматологическим стандартом, вполне в СССР производились. Вот только страна у нас была большая, стоматологий много, и заменить весь парк старых «бормашин» на новые комплексы было делом очень небыстрым. И, к сожалению, ускорить это дело как-то значительно практически не представлялось возможным: ну не получится быть сильным во всём и сразу.

И даже так, если говорить по гамбургскому счёту, то совершенно большую часть будущего медицинского кластера можно создать собственными силами. Реально мы отставали во всяких мелочах — расходниках, химии, тех же имплантах, например. И как раз их закупить на Западе было проще простого, поэтому большой проблемы я тут не видел.

— Или можно привлечь иностранных инвесторов, — высказал другое предложение Карнаух. — Пусть они вложатся оборудованием, будут заодно заинтересованы в раскрутке проекта.

— Это тогда нужно будет ещё одну СЭЗ создавать, — я поморщился. Желающих на своей территории принять иностранцев у нас было хоть отбавляй; дело это хлопотное, но со всех сторон выгодное. С самого начала на меня давили со всех сторон, чтобы я этим ресурсом поделился с товарищами, а уж если они расползаться начнут, удержать ситуацию в рамках приличий будет сложно. С другой стороны — такой узел, предназначенный для работы с иностранцами, сам Бог велел его более открытым сделать. — Пока не готов ответить на данный вопрос. Пообщайтесь по этому поводу с Николаем Ефимовичем, я дам команду выделить ассигнования из имеющихся средств. Хотя конечно наличие западного инветора добавит доверия ко всей затее, не без того. Что ещё?

И опять глава МинЗдрава бросил удивленный взгляд на сидящего в соседнем кресле Карнауха. Кто такой Николай Ефимович Кручина, даже на уровне советских министров знали очень примерно, но