Тимур и его отряд - Петр Алмазный Страница 56

восемнадцатом все его предприятия были национализированы, а сам он бежал за границу. Как мы знаем, оставив часть своего состояние на сохранение князю Корягину, а состояние у него было большое, так как через него проходили нефтяные грузы. Не знаю, чем может вам помочь эта маленькая историческая справка. Дом куда мы едем был построен в начале века и принадлежал городу. Это так называемый Дом городских учреждений. В нем находился деловой центр Петербурга. На первом этаже и в подвальных помещениях располагались магазины и конторы различных коммерсантов. Второй этаж занимали государственные учреждения различного толка. Третий и четвертый этаж Исполнительная комиссия городской управы. Пятый этаж двенадцать классов городского народного училища. Там еще находилась типография и много других разных учреждений. Но в нашем случае нас интересует, что в этом здании на первом этаже по Садовой улицы работала контора Волжско-Каспийского транспортного товарищества «Коршунов и Ко».

— Где именно находилась контора? — спросил я, чтобы иметь отправную точку поиска.

— На третьем этаже углового корпуса, который выходит окнами на Екатерининский канал, сейчас он называется канал Грибоедова. Там в пяти помещениях находилось деловое представительство общества в Петербурге. Там часто бывал сам Коршунов. Тут мы вас одних не отпустим. Я провожу вас.

— Почему? — спросил я.

— Потому что просто так вам туда не пройти. Это здание и сейчас является деловым центром. Только сейчас там располагается Районный отдел коммунального хозяйства, в которых содержатся архивы дореволюционного Петербурга, планы водопровода, старые чертежи домов. В общем много всего. На верхних этажах вечерняя школа для рабочих. Типография районной газеты. Остальные помещения отданы под квартиры государственных служащих, но нас это все не интересует, вероятно. Потому что контора пароходства находилась в помещениях, где сейчас находится Районный отдел коммунальных хозяйств, а туда детей и подростков без взрослых не пускают. Поэтому я пойду с вами.

— Договорились, товарищ Портной, — сказал я и умолк.

У меня было полно вопросов, но я не хотел их задавать, потому что они были несвоевременны. К тому же мне надо было подумать.

В первых двух адресах клады мы нашли по птичьей подсказке. Значит и сейчас нам нужно будет искать коршуна.

В первых двух адресах клады находились не там, где проживали их владельцы.

С чего тогда мы думаем, что Коршунов спрятал свою долю вклада в деятельность «Союза» у себя в конторе?

Потому что так было надежнее для него. Он всегда имел доступ, а в остальные помещения доступа ему не было, поэтому разработать и спрятать тайник было куда проблематичнее.

Интересно, а как с этим справился Сперанский. По всей видимости архитекторы Бенуа были членами «Союза Русского Ренессанса», тогда и тайник был спланирован в доме еще при постройке. Но это сейчас не важно.

Я решил выбросить посторонние мысли из головы и сосредоточиться на тайне коршуна, а чтобы начать ее разгадывать, я должен был осмотреться на месте.

До Садовой улицы мы добрались за полчаса. В этот раз нас не высаживали из машины за квартал от адреса. Серго подвез нас прямо к дому, остановился у тротуара и заглушил мотор.

Мы выбрались из машины, и я посмотрел на здание, чей архитектурный облик совсем не вязался с официальным названием.

Дом городских учреждений больше всего напоминал средневековый сказочный замок, вырвавшийся из сказки в реальность современного города.

Огромная угловая башня ракетой пронзала хмурое ленинградское небо. Большие полукруглые и стрельчатые окна напоминали порталы в другие миры, а по всему фасаду здания в каменных орнаментах, под карнизами, на гранитных выступах и у основания арок прятались мифические существа всех мастей и пород.

Здесь были крылатые грифоны, грозные химеры, угрюмые горгульи, ящерицы и таинственные совы. Среди этого сказочного бестиария могли прятаться и коршуны.

Только вот перспектива ползать по фасаду здания выискивая коршунов меня совсем не впечатляла.

Хорошо здесь не было такого количество дворов-колодцев, парадных и черных лестниц. К тому же мы предполагаем, что знаем исходную точку поиска.

— Серго, оставайся в машине. Охраняй коробку. Никого не подпускать, — распорядился Портной, и мы вошли в здание.

Портной уверенно вел нас внутри. Сразу чувствовалось, что он здесь не в первый раз, хорошо ориентируется во внутренних помещениях.

По центральной лестнице мы поднялись на третий этаж и подошли к массивной дубовой двери с латунными ручками и табличкой рядом с дверь «№ 14 АРХИВ».

— Здесь до Революции находилась приемная пароходной компании. Сейчас архивный зал. Пойдемте внутрь, — сказал Портной и открыл дверь.

Мы вошли и оказались в большой комнате, заставленной старыми царскими шкафами со сбитыми эмблемами пароходной компании, от них остались лишь выгоревшие пятна, стеллажами с папками, рабочими столами, на которых стояли настольные лампы с зелеными абажурами.

Пахло книжной пылью с легкими нотками плесени.

За столами работали женщины разных возрастов. При виде нас одна их них пожилая женщина в коричневом платье с седыми волосами, по всей видимости здесь самая главная поднялась и направилась нам навстречу.

Вид у нее был важный и сердитый, словно мы оторвали ее от какого-то очень важного дела.

— Что вам надо, товарищи? Это закрытое учреждение. Сюда с улицы нельзя. К тому же с детьми. Попрошу покинуть помещение.

Портной, не говоря ни слова, достал из внутреннего кармана пиджака красную книжечку с советским гербом, раскрыл ее и предъявил удостоверение сотрудника НКВД.

Начальница архива сразу же присмирела, а Портной потребовал.

— В любое закрытое учреждение у нас есть право входить. Сейчас попрошу покинуть помещение. Проводится следственное мероприятие. Также выведите людей из остальных ваших помещений. Нам они потребуются все.

— Но как же так можно? У нас рабочий день, товарищи, — попыталась она возразить.

— Я вам что сказал? Проводится следственное мероприятие. Попрошу не препятствовать работе госбезопасности. Вас кстати, как зовут?

— Ольга Петровна Филиппович

— Ольга Петровна, мы вас надолго не отвлечем. Нам нужно полчаса максимум. Так что устройте себе перекур или чаепитие. Да еще, скажите, здесь проводилась какая-нибудь реконструкция помещения?

— Перегородки ставились. Куда нам такие большие просторы. Служащих много. Помещений мало.

— Понятно. Тогда погуляйте пожалуйста.

Портной разговаривал сухо, строго, без агрессии в голосе, но в нем чувствовалась сила, которой хотелось подчиняться.

Ольга Петровна больше не возражала. Она подошла к своим сотрудницам, дала указания, и они дружно покинули помещение.

После чего она прошла в соседние помещения и вывела оттуда остальных сотрудников.

— Приступайте к поискам. Кстати, а что будем искать? — спросил Портной.

— Пока не знаю. Но, вероятно, коршуна, — ответил я.

На улице сгущались сумерки. Наступал вечер.

Мы разбрелись по помещению архива и стали осматривать комнату, затем перешли в соседнюю комнату,