Туманная река 5 - Владислав Викторович Порошин Страница 4

— Карполя на вас не хватает, — проворчал я. — Собрались! — рявкнул я и протянул свою руку вперёд.

Девушки на неё положили свои девичьи ладошки и после отсчёта: «раз, два, три», мы разом грянули: «Сделаем!».

— А по попке? — хитро усмехнулась Абрамова, когда остальные девчонки побежали на площадку.

Я смущённо кашлянул, покосился по сторонам и шлёпнул её по упругой пятой точке. И баскетболистка посеменила к нашему кольцу. Оставались самые интересные кульминационные секунды встречи. После возобновления игры «Серп и Молот» повёл себя так, как я и ожидал. Девушки из команды соперника перешли на нашу половину поля и, встав по периметру, принялись передавать мяч друг другу. И о проходе под наше кольцо, где плотно сгрудились мои девчонки, они даже не помышляли.

Я нервно поглядел на шахматные часы, большая стрелка которых уже высоко подняла красную стрелку. Именно с падением этой стрелки должен был прозвучать финальный свиток. И уже оставались считанные секунды, как главный тренер москвичек дал команду на атаку нашего кольца. Однако одна из его подопечных заковырялась и бросила по нашему кольцу с небольшим опозданием. Судья прервал атаку «Серпа и Молота», остановил секундомер и отдал мяч моим девчонкам.

Странно, но тренер московской команды почему-то улыбался. Наверное, он посчитал, что переиграл меня. Перехитрил, использовав для атаки все 30 секунд и ещё 2-е секунды пока останавливали секундомер. Неужели он полагала, что за 13 секунд мои девчонки ничего не смогут предпринять? Однако я на последней тренировке специально наиграл одну комбинацию для такого случая. Как в воду глядел.

Мяч взяла Полина Абрамова. Я ей показал большой отогнутый палец, дескать работаем как на вчерашней тренировке. И через секунду Полина отдала передачу на разыгрывающую Веру Степанову. Маленькая шустрая Вера со своим ростом в 160 сантиметров молнией понеслась на половину поля завода «Серп и Молот». Тренер москвичек вдруг занервничал и закричал своим подопечным, чтобы те не дали моей разыгрывающей пройти под кольцо.

«Она дура что ли лезть под кольцо? — мысленно ухмыльнулся я. — С таким ростом ей там делать нечего».

Но соперницы с перепугу втроём накинулись на мою миниатюрную разыгрывающую. И в этот момент Вера прямо по паркету, словно бильярдный шар, катнула мяч налево, где стояла в полном одиночестве Надя Васильева. Девушка тихая, спокойная и мирная, но с хорошей меткой рукой. Надя же мгновенно подняла оранжевый мяч с пола и почти без паузы пульнула по кольцу нашего соперника.

— Нуу! — выкрикнул я, голосом заставляя мяч залететь в кольцо.

Но он зацепил переднюю дужку, подпрыгнул вверх, и только потом аккуратно опустился в длинную сетку баскетбольной корзины.

— Гоооол! — закричали зрители на балконе и на тех местах, что располагались вокруг площадки.

— Да! — рявкнул я и снова ухватился за трость. От радости мне показалось, что ноги снова перестали слушаться.

— Аааааа! — громко завизжали мои девчонки, когда судья дал финальный свисток, а соперницы, беспомощно повалились на паркет так как проиграли со счётом 42:41.

— Качай Богдана Викторовича! — заголосила Полина Абрамова.

— Не-не-не, — стал отбрыкиваться я от окруживших меня девушек. — Уроните!

— Ну тогда тренер не обижайся, — хихикнула Абрамова и поцеловала меня в губы.

После чего меня принялись обнимать и целовать другие мои подопечные. И в моей голове тут же возникла простая трезвая мысль, что я реально соскучился по этим эмоциям. Я уже основательно подзабыл вкус побед. А значит нужно возвращаться в большой спорт, хоть тренером, хоть обычным спортсменом. И если Мара, Перун и Велес не разрешают мне развивать экономику страны, то о спорте и о баскетболе, в частности, они ничего такого не говорили. Жаль, что идея с баскетбольной Евролигой провалилась. Пока я болел все мои начиная быстро забылись, а значит можно будет к этой идее вновь как-нибудь вернуться. И что там маячит на горизонте? Чемпионаты Европы по баскетболу 1961 и 1963 годов и чемпионат мира 1963 года в Бразилии. Кстати, чемпионами мира наши баскетболисты ещё ни разу не становились.

Глава 2

В первый февральский денёк в Звёздном городке всему отряду космонавтов по неясной причине вдруг устроили день отдыха. Начальника центра подготовки Евгения Карпова, генерала-полковника Николая Каманина, которому подчиняли космонавты, а также генерального конструктора Сергея Королёва срочно вызвали на совещание в Москву. Зато юному кинорадиомеханику Боре Смирнову, в обязанность которого входило крутить кино и делать фотографии для отчёта, привезли новенькую ручную кинокамеру. И Борис ещё во время завтрака объявил, что намерен сегодня снимать досуг и бытовые условия будущих покорителей космоса. Само собой для отчёта и для истории.

К слову сказать, как такого Звёздного городка пока ещё не существовало. На огороженной и хорошо охраняемой территории к началу 1961 года среди соснового леса успели построить всего одно капитальное здание. В этом здании находился административный корпус, тренажёрный зал, учебный кабинет, спортзал, столовая и комнаты космонавтов. Кроме того, рядом вдоль лесной аллеи возвели три временных деревянных общежития, где проживали врачи, инженеры, охранники и обслуживающий персонал. И пока одни готовились лететь к звёздам, другие ежедневно мыли, стирали, готовили пищу, охраняли и чистили дорожки от снега.

В столовой же Звёздного городка сегодня в меню был борщ, отварные котлете и картофельное пюре. Из-за непредвиденной паузы в сложнейших тренировках настроение среди членов первого отряда космонавтов было приподнятым. Поэтому 18-летний невысокий, коренастый с вьющимися волосами и в смешных круглых очках Борис, который чем-то неумолимо напоминал школьника-отличника, свои первые кадры космической кинохроники сделал именно здесь.

— Боря, отвянь, дай пожрать! — прорычал на него Валерий Быковский.

26-летний старший лейтенант ВВС являлся одним из самых миниатюрных космонавтов. При этом он обладал невероятной выносливостью. Девятикратную нагрузку Валерий выдерживал в течении 25 секунд, при норме в 15. А ещё Быковский входил в заветную шестёрку первых космонавтов, но от Гагарина, Титова, Нелюбова, Николаева и Поповича отличался взрывным неуёмным темпераментом.

— Пал Иваныч, ну хоть вы ему скажите! — пожаловался он майору Павлу Беляеву, которого сегодня оставили за старшего.

— Боря, в самом деле, дай поесть, — шикнул в свою очередь 35-летний Беляев на новоявленного кинодокументалиста. — Котлеты, как котлеты. Борщ, как борщ. Чё их снимать-то?

— Извините, — смущённо