Вадим Денисов - Таймыр. Трилогия Страница 291

— Ну, лезь уж, — подтолкнул его Майер. — Чего корячишься?

И сам тут же шагнул вслед за Лапиным, который уже исчезал в этой непонятной странной субстанции, которую они назвали «мембрана».

Вот так просто. Взяли и ушли.

Репшнур, проскальзывая в руке шведки, змеился по земле и втягивался в неведомое, медленно разматывая виток за витком. Но не успели провожатые перевести дух и обменяться репликами, как мембрана взорвалась и из неё пулей выскочил Сержант!

— Сигареты забыл! — с весёлой виноватостью крикнул он.

Быстро схватил пачку «Лаки Страйк» с каменной плиты и развернулся к скале.

— Постой! Как там?! — вскрикнула Рита, чуть не плача от шока и нетерпения.

— Красиво!

Хлоп. Мембрана закрылась и он исчез.

За много километров от них Дмитрий Квест, сидя на носу лодки, смотрел на два катера, вылетающие из-за дальнего поворота реки Хеты. Они подворачивали, держа курс прямо на них. Передний, белый и большой, нёс на верхнем пилоне целую «люстру» мигающих фонарей разных цветов. «Ну, вот и за нами приехали», спокойно подумал он и в этот момент передний катер включил ревун.

— Спасатели едут! Это за нами, девчата, — он повернулся к радостно улыбнувшейся Наташе и в очередной раз больно ударился о твёрдый предмет. Зачем потащил эту тяжесть с собой? Чертыхнувшись, Димка достал из тряпок бронзовую женскую статую сантиметров в шестьдесят высотой. Ох и тяжёлая, зараза… хоть и тонкостенная. Надо было оставить её, где и лежала — в тайнике избы.

— Может, она всё-таки золотая, эта твоя «баба» страшная? — в очередной раз усомнилась подруга, перед пересадкой укутывающая дочку потеплей.

— Я тебя умоляю, Нат… — поморщился Квест. — Что я, золота не видел? Да я в свой бизнес перестроечный знаешь, как входил? Цепочки золотые перепродавал на рынке! Я его столько за свои годы купил-переносил… Ну и что, что тяжёлая. Может, это бериллиевая бронза, её, кто-то мне говорил, хрен поднимешь.

Он с большим сомнением посмотрел на статуэтку. Топорная работа, колхозная, Вся мутная, исцарапанная, никакого блеска. А формы! Как будто ребёнок младших классов лепил. Грубо всё, кустарно, — какой-то поселковый «умелец» решил создать себе комнатный уют, отлил чучело из ворованной бронзы, хотел чью-то копию сделать, Майоль местный… Ерунда, в общем, барахло. То ли дело развалившийся поблизости от избы наполовину распотрошенный «Москито»! Вот это сенсация…

— Дима, да прячь уже свою железяку, сейчас волной ударит!

Он торопливо затолкал тяжеленную бабу в грязный мешок.

Можно её Сержанту с Лапиным показать, они такие феньки любят, а можно что-нибудь наврать, потом поломаться, да и уступить за хороший ужин в ресторане. Ему найдется, чего рассказать друзьям после такого приключения. После такого аутдора он года три в тундру ни ногой! Хватит проверять себя, — он не suburban, он urban!

Квест подумал, и принял окончательное решение: «Нет уж, оставлю статуэтку себе, на память. Поставлю в кабинете, а лучше в маленькой комнате отдыха, — не придется под смешки объяснять, зачем пёр с собой этот позор прикладного искусства». Да, точно! Приятно будет спокойно посидеть в тиши с ароматной трубочкой, вспоминая былые дни.

Посоветоваться молча с этой «бабой» о текущих делах нелёгкого бизнеса, рассказать её о проблемах. А может, и она Димке что-нибудь расскажет.

Чего только не бывает в этой жизни, так ведь, читатель?

Вадим Денисов. Норильск 2010 год.