Не римская Испания. Арбалетчики князя Всеслава. Арбалетчики в Карфагене. Арбалетчики в Вест-Индии - Мягкова Страница 255

– До выплаты Карфагеном всей суммы контрибуции Рим не тронет его, если не увидит в нём новой угрозы для себя. Если суметь обезопасить страну от Нумидии, но не пугая при этом Рим – жизнь в течение всего этого времени будет спокойнее. Кроме того, повысятся шансы перейти под власть Рима мирно – без войны, разрушений и обращения населения в рабство. С друзьями и подданными ведь не обращаются так, как с врагами.

– Понял. А в Испании нельзя сделать так же?

– Боюсь, что уже поздновато – страна уже и так объявлена римской провинцией и управляется римскими наместниками. Но попробовать что-то вроде этого можно и там. Например, когда в стране начнётся большая война с кельтиберами – это будет уже после консульства Катона – римлянам придётся тяжело, и они будут рады любой помощи. Вот в этот момент можно будет попробовать предложить им сделать хорошего боевого хомяка из турдетан Бетики. Сам претор, конечно, ничего не решит, но он римский сенат запросит, а там могут и согласиться, если решат, что дело стоящее.

– А как быть с римскими поборами?

– Законные – тут деваться некуда, так что придётся терпеть и платить, а на незаконные надо сразу жаловаться в Рим. Сенат вовсе не заинтересован в мятежах из-за лихоимства наместников и чрезмерных злоупотреблений им не спустит. Да и тот же Катон при всех своих политических заскоках всё-таки по-своему справедлив. А сопротивление кельтиберов и лузитан послужит римлянам наглядным примером того, до чего ни в коем случае нельзя доводить Бетику.

– Ну, человеческая жадность не имеет пределов, – возразил тесть. – А преторы провинций обычно из сенаторского сословия. Сомневаюсь, чтобы сенат так уж серьёзно наказал своего.

– Казнить не будут, но будет несколько изгнанных с лишением гражданства, – Юлька как-то припомнила у Тита Ливия упоминание о трёх судебных процессах с таким приговором, и все три были против бывших наместников Испании по жалобам населения.

– Единицы из многих! А большинство всё равно выкрутится благодаря связям и будет наслаждаться награбленным!

– Ну, какое-то время, досточтимый. Но ведь и какой-нибудь несчастный случай может приключиться с любым. И с простым гражданином, и с римским всадником, и даже с целым римским сенатором. Что, если отвертевшийся от судебного приговора лихоимец будет неизменно умирать – среди бела дня, прямо на улицах Рима?

– Такое возможно?

– Отчего же нет? – я достал новую кремнёвую пистоль, над доводкой которой трудился последние дни.

– Это очень громко! – поморщился Арунтий. – И у меня не так много хороших бойцов, чтобы разменивать их на убитых римских грабителей.

– Взгляни вот сюда, досточтимый, – я показал ему пальцем на кончик ствола.

Мне было чем гордиться. Это в нашем современном мире нашим современным инструментом нарезать обыкновенную крепёжную резьбу – плёвое дело. В античном же пришлось размечать её по толстой нити и пропиливать трёхгранным напильником, и эта работа требовала такой тщательности, что даже Диоклу я её доверить не рискнул. Мне же не нужно, чтобы пуля при выстреле сорвала на хрен глушитель с дула, верно? Поэтому и будущий метчик для нарезки резьбы в гайках, и резьбу на кончике ствола своей пистоли я припиливал сам, собственноручно. Загребался, конечно, но я ведь свои глаза и пальцы не на помойке нашёл и не на рынке купил. Навинтив глушак на дуло до отказа – пистоль уже была заряжена заранее – я навёл её на указанный тестем очередной горшок, тесть заткнул уши и страдальчески скривился – и не понял юмора, когда навинченная на кончик дула хреновина задымилась, а горшок разлетелся после негромкого и совершенно не похожего на выстрел хлопка.

– Никто не уйдёт от нашего правосудия, – прокомментировал я с ухмылкой.

На самом деле, конечно, данный конкретный экземпляр не очень-то подходил для индивидуального террора в самом логове гордых квиритов. И ствол напрашивается нарезной для точного выстрела с гораздо большей дистанции, и порох надо бы для этой цели бездымный, поскольку смертников-шахидов у меня как-то тоже не завелось. Но это со временем, а пока и сам глушак – уже немалое достижение. И не беда, что практически одноразовый – для однозарядного-то оружия. Главное – теперь имеется придуманное и опробованное на практике «ноу-хау».

А вообще-то отправление к праотцам единичной высокопоставленной сволочи в качестве воспитательной меры для её потенциальных подражателей – это спецоперация, требующая для своего исполнения спецоружия. И как тут не вспомнить о пневматике? Не о детском «плинкере», конечно, а о серьёзной – типа той, с которой, если Конан-Дойль не врёт, некий полковник Моран охотился на некоего Шерлока Холмса.

Нам не надо сложных навороченных баллонных конструкций с прецизионными перепускными клапанами, нам тут простая и надёжная пружинно-поршневая «переломка» – как раз что доктор прописал. Типа старого доброго детского переломного «крокодила». Только его калибр, конечно, у нас будет не тот детский четыре и пять, а вполне взрослый. Хлопать соответствующий мощный агрегат будет, конечно, тоже по-взрослому, ну так на то у нас и глушак разработан.

Нет резиновых прокладок для герметизации? Вот беда-то! Специально для тех, кто не в курсе, открою страшную тайну – тех резиновых прокладок и того Жирандони не было, который мощный двадцатизарядный баллонный винтарь в конце восемнадцатого века сконструировал. И ничего, смоченными водой кожаными прокладками обходился, и прекрасно тот винтарь с ними работал. Наполеона – того самого, который Буонапарте – при встрече спросите, гы-гы! Он, между прочим, после взятия Вены приказал владельцев таких винтарей – у кого найдут – вешать на хрен. А производство их запретить и чертежи найти и уничтожить. Уж очень расстроен был тот Буонапарте изрядными потерями среди своих бравых солдат от этой – ага, «воздушки».

И если на баллонной системе, обязанной рабочее давление постоянно держать, мокрые кожаные прокладки с этой задачей вполне справлялись не хуже резиновых, то уж в нашей пружинно-поршневой «переломке» нужные в ней доли секунды они уж всяко то давление удержат.

Пружины мощные витые требуются? Так их уже есть у нас! Хвала богам, ещё с испанских времён есть, на наших пружинных пистолях поставленные, и новых таких же наделать – ни разу не проблема. Нарезной ствол? Так нам-то для пневматики – тем более, пистоли, а не длинного винтаря – и не надо стального, за глаза хватит и бронзового. А уж из хорошей скульптурной бронзы хороший античный скульптор отольёт по выплавляемой восковой модели всё что угодно. В том числе и ствол, и цилиндр для поршня.

Слабовата будет такая пневматика по сравнению с огнестрелом?