Хозяйка пряничной лавки 2 - Наталья Шнейдер Страница 2

— Добрый день.

Я подошла ближе к прилавку. В ступке у аптекаря было что-то плотное, густо-коричневое. Я принюхалась. Неужели?

— Простите, это у вас шоколад? — спросила я.

— Я. Да, — поправился он. — Питает тело, отшень хорошо для выздоравливающих.

А для здоровых — еще лучше. Жаль, состав не посмотришь. Впрочем…

— В этом средстве только какао-бобы или еще что-то?

В глазах аптекаря промелькнуло удивление, однако он ответил.

— Fructuum cacao libra una. Sacchari albi finissime pulverisati unciae octo.

Я моргнула. Покопалась в памяти, надеясь отрыть в ней хоть какие-то знания латыни. Но если они там и были когда-то, то оказались похоронены слишком глубоко. Куда глубже сопромата.

Ладно. Попробуем размышлять логически. «Фруктум какао» — понятно. «Уно моменто»… в смысле, не знаю, что такое либра, но этой самой либры — одна штука. То ли веса, то ли объема. «Сахари» тоже вроде понятно, «альби»… альбинос? Белый? В пульверизаторе… Нет, бред. Хотя… Распылять. Порошок. Порошок белого сахара и унциа окто. Октопус… в смысле, восемь унций.

Я почувствовала себя гением, в одиночку расшифровавшим египетские иероглифы.

— Какао-бобы и сахар, я правильно поняла? В пропорциях?..

— Один к двум, — подсказал аптекарь.

Лучше бы, конечно, чистый какао-порошок, но мечтать не вредно.

— Сколько вы за него просите?

— Пять отрубов за фунт.

Жаба придушенно квакнула. Я приказала ей заткнуться.

— Четверть фунта, пожалуйста. А масла какао у вас случайно нет?

Гулять так гулять.

Аптекарь моргнул.

— Это основа для мазей и суппозиториев. Зачем оно вам?

— Душу смазать, — хмыкнула я.

Наверное, я могла бы обойтись без таких дорогих ингредиентов. Тем более что постоялец мне определил четкую сумму на расходы, и шоколад в нее однозначно не вписывался. Но бог с ним, с постояльцем. Не только же его баловать, себя тоже можно. Немножко.

Душа горела не хуже, чем у алкаша. А мозги уже перебирали варианты.

Шоколадные пряники. Будут стоить как крыло от самолета. Я прикинула в уме цифры. Да. В розницу шоколадные пряники будут стоить как вяземские. Причем основная стоимость придется как раз на какао. И, разумеется, таким пряникам нечего делать на благотворительной ярмарке. Узор из шоколадной глазури — уже дешевле, но все равно…

По-хорошему, покупку следовало бы отложить до момента, когда у меня действительно будут деньги. Однако душа настойчиво намекала, что чаем… то есть выпитой чашечкой кофе ее не обманешь. Душа требовала шоколада.

— Так что, фрау берет олеум какао? — вернул меня в реальность аптекарь.

— Беру. — Сгорел сарай — гори и хата! — Полфунта.

Глаза аптекаря распахнулись так, что стали, кажется, больше очков.

Впрочем, он почти сразу же изобразил невозмутимость, подчеркнуто тщательно взвесил требуемое, завернул в пергамент и перевязал шпагатом.

Руки так и чесались схватить, нанюхаться до одури… вот только растает в руках-то. Да и не расплатилась я.

— Желаете что-то еще?

А зачем я сюда зашла вообще? Ах да. Аптечка. Жаропонижающее, капли от насморка, что-нибудь от горла, пластырь, местный аналог пантенола — при дровяной печке это просто насущная необходимость.

— Что у вас есть от температуры?

Аптекарь снова сдвинул очки на кончик носа, посмотрел на меня поверх них.

— От температуры? Простите, фрау, я вас не понимать. Температура есть свойство воздуха или физических тел. От нее не бывает лекарств. Или вы хотите… изменить климат?

Голос его стал мягче и ласковей. Ну да. С сумасшедшими не спорят. Особенно если те готовы разом купить столько какао-масла, что хватит половину города облагодетельствовать суппозиториями.

— Прошу прощения, я неправильно выразилась. От жара.

— А-а! — просиял он. — Горячка! Так бы и сказали. Cortex Chinae. Кора хины. Отличное средство.

Хина? А не ввести ли мне здесь моду на джин-тоник? Хинин, вода, сахар, лимон и алкоголь. Нет, пожалуй, не получится. Нет здесь солдат, в которых нужно хоть как-то впихнуть средство от малярии. Горькое до невозможности.

— Но лучше, конечно, кровопускание, — добавил аптекарь.

— Спасибо, пожалуй, обойдусь — и без хины, и без кровопускания.

Я прогнала из мыслей образ тетки со стаканом газировки в руках и видение себя, кровожадно подбирающуюся к ней с ланцетом.

— Как будет угодно фрау, — ровным тоном произнес аптекарь.

— Может быть, вы предложите что-нибудь другое?

— Если жар от простуды, шафран может послужить потогонным.

— Беру! — воскликнула я прежде, чем сообразила, что шафран и в моем прежнем мире безумно дорог, а здесь…

— Половины золотника будет достаточно?

Пока я вспоминала, сколько же это, аптекарь добавил:

— Имейте в виду, вам нужно будет взять четыре ниточки на стакан теплого молока И не бейте его кипятком, шафран любит, чтобы жидкость минуту-другую отошла от ключа.

— Да, половины золотника будет достаточно, — кивнула я, размышляя о золотистом тесте. Не просто так шафран настолько дорог — он придает такой благородный, солнечный оттенок, который ничем другим из природных красителей, пожалуй, не достичь.

И с ним лакомства тоже будут не для всех.

«Транжира ты, Дашка», — зазвучал в голове голос тетки.

«Транжира», — покаянно согласилась с ним я.

— Чего еще изволите?

— А от головы… в смысле, от головной боли что-нибудь предложите?

— Какая именно головная боль беспокоит? — вопросом на вопрос ответил аптекарь.

«Какая». А что она, разная бывает? Голова или болит, или нет.

Похоже, вид у меня стал вовсе непонимающий, потому что аптекарь начал перечислять:

— Если от полнокровия — тогда лучше пиявок на виски средства нет. Хотя фрау слишком юна и стройна. В вашем возрасте голова чаще всего болит от нервных расстройств. В таком случае советую лауданум. Опийные капли.

— Э-э-э, — только и смогла протянуть я.

Отличная домашняя аптечка собирается. Порошок хины, банка с пиявками и…

— А что-нибудь полегче есть? Не настолько… радикальное?

1.3

— От головных болей, из-за волнений, свойственных юности, может помочь настой мяты, — сказал аптекарь.

— Давайте, — обрадовалась я.

А я-то голову ломала, где взять мяту посреди зимы. Да это не аптека, а сокровищница!

Аптекарь поставил на прилавок глиняный пузырек с горлышком, перевязанным пергаментом.

Я заставила себя вспомнить, что пришла сюда за лекарствами, а не за продуктами.

— Еще что-нибудь от насморка, пожалуйста.

— Лучше всего нюхательный табак. Отлично прочищает нос.

Табак. От насморка. Пожалуй, хватит