Я вам не Сталин… Я хуже! Часть вторая: Генеральный апгрейд. - Сергей Николаевич Зеленин Страница 195

- Товарищи, так дело не пойдёт! Требую немедленно создать НИИ танкостроения, включив в него частично помещения и лаборатории НАТИ, Бронетанковую ремонтную базу Наркомата обороны в районе 2-го Хорошевского проезда, Полигон ГТУ РККА в Кубинке, Ленинградский «Броневой институт» (НИИ-48) и институт…

Как он называется, чёрт его возьми?

Ладно, сами догадаются и найдут:

- Институт электросварки Патона в Киеве.

Поискав глазами и найдя в зале знакомое лицо:

- Начальником НИИ Наркомата танкостроения назначить генерал-майора…

И первым встав и захлопав в ладоши:

- …Поздравляю с новым званием и назначением, товарищ Романов!

***

Оставшееся до завершения совещания время, я молчал.

Но внимательно слушал.

Вместо меня выступал Начальник ГТУ генерал-лейтенант Федоренко и речь шла об специальных машинах на базе танков «КВ» и «Т-34». В частности, об уменьшении толщины брони для некоторых из них, с целью увеличения других – более важных характеристик для данного типа.

Например - грузоподъёмности, как в случае с (ТТС) - «транспортным танком снабжения». По предварительным расчётам, её можно будет смело поднять до восьми-десяти - а то и всех двенадцати тонн. Таким образом, в отличии от «реальных» мехкорпусов, наши «новостройные» танковые бригады - смогут достаточно долго сражаться даже в условиях полного окружения.

В обоих случаях будут производиться «тяжёлая» - на Кировском и «лёгкая бронированная платформа» - на Харьковском заводах и входящих в соответствующие промышленные объединения предприятия.

Тяжёлая бронированная платформа с толщиной брони 60-90 миллиметров:

Линейные «КВ» и имевшие минимум отличий от линейных машин - «командно-штабные танки» (КШТ), «танки артиллерийского наблюдателя» (ТАН), «эвакуационного-ремонтные танки» (ЭРТ) и «инженерно-сапёрные танки» (ИСТ).

Лёгкая бронированная платформа с толщиной брони 45 миллиметров:

«Артиллерийские танки» с 152-мм корпусной гаубицей (АТ-152) - дивизион (три 4-х орудийных батареи, всего 12 штук) в составе бригады.

«Тяжёлые танковые тягачи» (ТТТ) – взвод в три единицы в составе бригадной ремонтно-восстановительной роты.

У «Т-34» всё гораздо разнообразней!

«Тяжёлая бронированная платформа», это пока только сами линейные боевые и штурмовые танки (1-76-мм+122-мм=танковый взвод), а также машины командиров артиллерийских дивизионов.

«Лёгкая» же бронированная платформа, будет иметь круговую броню толщиной 25 миллиметров и послужит для создания на неё базе:

«Артиллерийских танков» с 122-мм дивизионной гаубицей (АТ-122) - шести- орудийная батарея в каждом батальоне.

«23-мм самоходных зенитных установок» «СЗУ-2-23 Шилка» - шести орудийная батарея. Плюс зенитный взвод в составе штаба бригады и два взвода в составе батальона обеспечения бригады.

«Бронированная медицинская летучка» (БМЛ) - две единицы в медицинском взводе батальона.

«Танковых мостоукладчиков» (ТМУ) – четыре штуки в составе бригадной инженерной роты.

«Транспортных танков снабжения» (ТТС) – взвод в две единицы в каждой роте, рота снабжения (шесть машин) - в батальной роте снабжения… Рота снабжения (двенадцать-восемнадцать машин) в бригаде. Кроме того, по одному «ТТС» на каждый взвод артиллерийских (в том числе и зенитно-артиллерийских) танков.

Много?!

У германцев на каждые две «штуги» - взвод, то есть, был свой транспортёр боеприпасов и бронированная машина управления…

И ничего – воевали же как-то!

Конечно, всё это – лишь предварительный набросок, «теория» со «смелыми замыслами», так сказать. После начала полевых учений «Танковой бригады нового строя», а затем по опыту Продолженной советско-финской войны, как в самой структуре этой экспериментальной воинской части - так и в перечне боевых машин на её вооружении, неизбежно последуют изменения, улучшения и всевозможные «оптимизации».

Тем временем на совещании разгорелся срач, «душой» которого был капитан Славин - как я заметил, успевший сдружиться едва ль не с каждым танкистом в зале. Возможно из-за этого, «срач» к счастью оказался достаточно конструктивно-результативным.

Дело в том, что «лёгкую бронированную платформу» по заданию АБТУ РККА уже спроектировали ещё в прошлом году.

У кировчан это называлось «Объект 212» - 35-ти тонный трактор-тягач на базе «КВ» для эвакуации танков, на который даже планировали установить 152-мм морскую пушку, превратив его таким образом в мощную самоходку.

У харьковчан - 17-ти тонный бронированный трактор «А-42», спроектированным на базе танка Т-34, с унифика­цией его основных механизмов.

Но весьма напряжённая танковая программа (и недальновидность руководства АБТУ РККА) похерила оба проекта.

Срач же случился по поводу устройства: оба «трактора» имели одну и ту же компоновку: отделение управления впереди, МТО посередине, грузовой (десантный) отсек сзади. Такое имело ряд неудобств – как для экипажа, так и для расчёта орудий (десанта), да и могло замедлить массовый выпуск…

Так вот, поминутно оглядываясь на меня, конечно, но хроноаборигенами было принято самостоятельное решение: МТО сделать спереди, отделение управление за ним, а грузовой отсек с открывающей кормовой аппарелью - сзади. Таким образом, в конструкции танка почти ничего не менялось: в КПП шестерёнки «переставить местами», над тягами управления поработать и так – по мелочи.

На том и, порешили.

***

Ушёл с совместного совещания танкистов и танкостроителей чуть раньше его завершения, ибо за мной пришли…

Внутренний голос тут же возмутился:

«Счас накаркаешь!».

Хм, гкхм…

Тофу, тьфу, тьфу!

Вернее, меня позвали через Секретариат в кремлёвский кабинет.

В кремлёвском рабочем кабинете меня уж ждали Лев Мехлис, Розалия Залкинд Землячка и Председатель «Управления особых отделов ВС РККА» Виктор Абакумов. Все трое в шоке, единственная средь них дама – покрывшаяся постоянно менявшими своё «географическое положение» бурыми пятнами…

И её словами:

- Иосиф Виссарионович, у нас нет боевой авиации!

В ответ только горько усмехнувшись:

- Экая новость!

И тяжело вздохнув:

- Показывайте, что вы там нарыли.

На мой стол легла папочка с грифом «Совершенно секретно!» и несколько длинноватым названием:

«Результаты проверки боеготовности частей и соединений ВВС КА Московского и западных особых военных округов, объединённой комиссией Наркомата государственного контроля, «Главного политического управления Вооружённых Сил СССР» (ГПУ ВС СССР) и «Управления особых отделов» (УОО НКГБ СССР)».

В принципе, я ещё до создания этой Комиссии знал, что будет в этой папочке. Подобная этой проверка боеготовности ВВС РККА КА, в «реальной истории» была проведена в мае 1941-го года, когда вовсе не высотный германский разведчик из «Группы Ровелля» - а самый обыкновенный транспортник «Ю-52», пролетев незамеченным полстраны - как ни в чём не бывало приземлился в Лужниках. Только тогда руководство страны спохватилось и бросилось выяснять-проверять. Много после этого голов с «курицами» на фуражках с плеч полетело…

Очень много.

Но пить боржоми было уже поздно.

Разворачиваю документ и