Шакалы пустыни - Юрий Павлович Валин Страница 146

Тут архе-зэка чуть не пропустила момент истины.

— Фред Одуан-Ризо. Позывной «Серый». Профессор истории, специализация — Первая Республика и Наполеон Бонапарт! — сообщил глава проекта.

Кто-то присвистнул.

Моложавый Одуан-Ризо обвел задорным профессорским взглядом собравшихся и захохотал как мальчишка:

— О, видели бы вы свои лица! Да, теперь цель очевидна нам всем! Или нет?

Бесспорно, и до этого момента оглашения часть присутствующих знала точную цель и истинное назначение экспедиции. Катрин не знала, но сейчас и не чувствовала себя особенно шокированной — куда же еще, как не к Бонапарту, если французы рулят? Это для некоторых диких народов тот старинный император в большей степени оккупант и человек-торт, а для истинных французов…

— Что, прямо туда, прямо к Нему?! — пробормотал ошалевший Андре.

— Не совсем, — продолжал улыбаться начальник безумной экскурсии. — Едва ли мы сейчас готовы к встречам на высшем уровне. Быть может позже, когда появится практический опыт, наработки… Сейчас наша задача гораздо скромнее. Но возможно, вам доведется лично увидеть легенду — блистательного «N»! Он еще не Первый консул, не Император, но уже славнейший генерал, любимец армии и народа. Друзья, наша цель — Египет, год от Рождества Христова одна тысяча семьсот девяносто восьмой! Месяц, день и точные координаты места вы узнаете по прибытии. За дело, дамы и господа! Готовим погрузочную платформу!

Черную униформу пришлось снять, поскольку требовалось передвинуть изрядное количество груза, малая механизация имелась, но не все ящики погрузчик мог подцепить на «вилы». Катрин вместе с обще-техником загружала кофры и ящики.

— Умеешь ты кидать. Сразу видно спортсменку. Все же и прическа у тебя! — офигивал Андре. — Не то что я слишком любопытен, но в каких секретных целях, а? Зачем остриглась?

— Запасной вариант. Если я не приглянусь Бонапарту брюнеткой, немедля ухожу в монастырь. В слезах и полной безутешности.

— А там есть монастыри? Хотя тебя в женский все равно не примут.

— Это отчего такая дискриминация? Я уже стриженая, глубоко раскаявшаяся. Примут. Или я на монастырских задавак Дикси науськаю.

— Но послушай: Бонапарт! Египет! Как тебе, а?

— Никак. Я той истории практически не знаю. Я же не француженка, а дремучая черногорка. Мне наплевать. Хотя вот сейчас ты в тамошних монастырях засомневался, так и я занервничала.

— Катарина, черт бы тебя побрал! — завопили от ворот.

Сидящая в переноске Дикси панически залаяла — к погрузчику бежала мадам де Монтозан, обвиняюще указывала достопамятным пальцем:

— Это что?!

— Это я, — не стала отпираться архе-зэка. — Временно переодетая в целях сохранения добропорядочности форменного черного платья…

— Голова?! Что с головой?!

— Если мадам профессор насчет прически, так все выполнено, — сумрачно доложила Катрин. — Следуя вашему приказанию, явилась к помощнику по науке, доложила, он выбрал парик, взял машинку и…

— Зачем?!

— Так вы ему сказали. По телефону. Он же звонил, уточнял.

Профессор выругалась — очень грубо и очень нелепо, как обычно ругаются глубоко образованные кабинетные дамы.

— Это вы про меня, что ли? — удивилась Катрин. — Разве не нужно было стричься? Но вы же сами…

Мадам де Монтозан выругалась повторно и быстро пошла к воротам. Наверное, хватать за кадык научного сотрудника и выяснять обстоятельства внеплановой смены имиджа туповатой служанки-черногорки.

— То стригись, то не стригись. Ничего я в этих научных и теоретических делах не понимаю, — расстроено призналась Катрин.

— Зато я понял. Ты их надула. Только непонятно зачем.

— Это тайна. Но не научная, потому я тебе шепну строго по секрету. Вши. Слышал про таких зверушек? Нам с Дикси насекомых подцеплять никак нельзя — мы и так нервные. Ты грузи, грузи. А то и тебя наголо оболванят.

Вывезли за перегородку к стартовой площадке последнюю порцию груза. Штабель на платформе громоздился чуть ли не до потолка, сосредоточенный Ватт управлял мостовым краном, сдвигал силовые сетки. Но Катрин смотрела не туда.

— Это то, что я подумала?

— Ну да. Я когда в первый раз увидел, тоже не по себе стало. Потом думаю: если что-то пойдет не так, так уж лучше оказаться в гробу. Верно ведь? — у Андре явно оставались сомнения.

Отправка личного состава предусматривала индивидуальные стартовые капсулы с ложементами. Больше всего они походили на урбанизированные погребальные саркофаги. Катрин испытала нехорошее предчувствие…

[1] Сокращение от «археолог-заключенный». Для читателей-иностранцев и иных фанатов орфографии напоминаем: слово «зек»/«зэк» появилось в 1920 году от применяемого сокращения в официальных документах, в литературе встречаются оба вариант написания. «Зэка» в применении к молодой даме выглядит мягче и изящнее. (прим. перевод.)

[2]Аврат, аурат (арабское — в прямом переводе «половые органы, слабое, незащищённое место») — часть тела, которую мусульмане обязаны прикрывать. Для женщин авратом считается всё тело, кроме овала лица и кистей рук.

[3]В современном значении — человек, проверяющий финансово-хозяйственную деятельность компании или учреждения. Ранее использовалось в значении «присяжный заседатель, особое должностное лицо в суде». В глубоко устаревшем латинском понимании: военный делопроизводитель, чиновник военного судопроизводства; письмоводитель и стряпчий, военно-полевой секретарь и прокурор в одном лице. Во времена Императорской Франции (Вторая империя), аудитор — ответственный «слушатель», обязанный присутствовать на заседаниях государственного совета.

Глава третья. Внезапная геометрия

«Аксиома: без четкого взятия курса невозможно начать путешествие. В то же время практический опыт подсказывает, что любой путешественник регулярно обращается к карте, вновь и вновь корректируя свой маршрут. Следовательно, первоначальное взятие курса бессмысленно и аксиома неверна. И вы еще спрашиваете, почему я не доверяю аксиомам?

Л. Островитянская. Эссе «Ум и я»

Спала Катрин без сновидений. Или не спала? Сны явились лишь на грани пробуждения, когда мозг заскулил, заскреб слабыми пушистыми лапками. Снилось что-то на редкость унылое, бездушное. Вообще-то Катрин сны любила — не только реальные, «связные», пускающие в «Две Лапы» — но и личные, частенько волнующие не только разум, но и все остальное. Ну, сейчас об этом и речь не шла: привиделось что-то душное, с привкусом старой пластмассы — вроде