Планета вкусов - Антон Зайцев Страница 13

• Пшеничная мука – 150 г;

• Соль по вкусу;

• Чугунок. Чугунок необходим, иначе вкус будет не тот, увы.

Наливаем… Нет, накладываем (хорошую) сметану в чугунок и варим минут пятнадцать на медленном огне, старательно помешивая.

Свежий сыр разминаем в однородную массу, добавляем к сметане и помешиваем ещё упорнее.

Как расплавится – потихоньку засыпаем муку. Следите, чтобы не возникли комочки! Комочки совершенно неуместны.

Признаки, что блюдо готово:

1. Каша начнёт прилипать к стенкам.

2. Образуются прекрасные золотистые ручейки топлёного масла.

Сыр катается в масле! Хорошо!

Швейцария

– Бей её! – внезапно завопил сосед и хлопнул меня по колену. (Надеюсь, это не спонтанная ласка, а просто на трибуне тесно).

– Лупи!

– Коли!

– Гренада, вперёд!

Гренада, как будто услышав подстрекателей, набычилась и мощно ударила рогом в покатый лоб соперницы.

Над трибунами промчался одобрительный рёв:

– Вперёд, старушка!

Гренада опять набычилась. Это удивительно. Поскольку Гренада – корова. Самого добродушного вида, с колокольчиком. И эта корова набычилась. Кажется, такое называют «когнитивным диссонансом». Когда наблюдаешь что-то донельзя противоречивое. Коровка, несущаяся на врага с рогами наперевес (вымя развевается на ветру), это как, ну, атакующая тележка с мороженым. А вокруг бушуют суровые люди мощного телосложения в широкополых шляпах. Нет, это не те швейцарцы, которых я ожидал увидеть. Не пухляши – банкиры, которые сначала улыбаются вот так: «Сы-ы-ыр», а потом губки колечком – «ШОкОлад». Это какие-то силачи в безрукавках.

– Бей! – завопил сосед, и я проворно убрал колено.

Каждый год на альпийских лужайках швейцарского кантона Вале проводятся коровьи бои. Вот последнее, что я ожидал увидеть в Швейцарии – корриду.

И был абсолютно прав, это никакая не коррида. И не тотализатор. Просто один раз в сезон местные коровы эрренской породы выясняют, кто будет вожаком на год. Стадо по горам водит именно корова, и это право сильнейшей.

Для людей потеха, парнокопытные решают вопросы иерархии, дымятся грили, булькает вино – все довольны. Ежегодный деревенский праздник, куда съезжаются фермеры со всей округи.

Швейцарский фермер… Кажется, такое называют «оксюмороном». Ну, когда читаешь что-то донельзя противоречивое. С другой стороны, они же берут откуда-то молоко для молочного шоколада? А сыр? Если вдуматься, он ведь из молока! Копыта сердито роют землю, рога пугают неприятеля. Кажется, даже вымя и то немного агрессивно, что ли. Перед схваткой коровы выглядят довольно грозно. Но, к счастью, не во время неё. Назвал бы происходящее «кровавым ристалищем». Фраза-то хоть куда. Ах, эти злые «р». Рристалище. Крровь.

Но нет. Бойцы сцепляются рогами, толкаются и пыхтят. Как будто две домохозяйки ссорятся в супермаркете. Рано или поздно одна из них признаёт себя побеждённой. Опускается хвост, обиженно вянут уши, горбится спина. Воинская удача, как ты непостоянна. Проигравшая понуро бредёт к своему фермеру за утешением. Кусочек сахара? Яблочко? Ничего, милая, в следующий раз мы всех порвём, и Гренаду в первую очередь.

Гренада – чемпион второй сезон подряд. Теперь любой может подойти и почесать бархатный нос сурового вожака. Вожак фыркает, с надеждой косится карим глазом. А вдруг ещё сахара принесли.

– А что же быки? – спросите вы. Ну, может, вы и не спросите, а я вот спросил.

– Быки не дерутся. В стаде у каждого из них по пятнадцать подружек. Зачем драться?

Всё-таки природа удивительна.

Самое швейцарское блюдо, на мой взгляд, – фондю. Сто лет назад стряпня бедных горцев, которые еле сводили концы с концами, а сегодня фондю в хороших ресторанах подают, да ещё на серебре.

В принципе, и сама Швейцария проделала такой путь.

Фондю

Фондю по рецепту из альпийской деревни Церматт. Готовится очень быстро.

Потребуется:

• Сыр – 400 гр. Желательно, трёх видов. Допустим, Грюйер, Эмменталь, Вашрен. Тильзиттер тоже подойдёт. Знаете, берите любые полутвёрдые сорта, какие найдёте. Фондю стерпит. Оно родилось в суровых горах, в шалаше пастуха;

• Белое вино – 100 мл;

• Лимон – 1 шт.;

• Чеснок – 1 шт.;

• Крахмал – чайная ложка;

• Ломтики хлеба. Иные утверждают, что годится только белый;

• Мускатный орех;

• Перец, чёрный, как душа предателя;

• Деревянная ложка;

• Горелка на спирту.

Если нет специального горшка для фондю, подойдёт родная кастрюлька. Натираем её изнутри чесноком.

Сыр… не хочется два раза подряд использовать слово «натираем», но… В общем, вы поняли. Перемешиваем, ставим на средний огонь.

Вливаем вино. Выжимаем сок из лимона. Засыпаем крахмал. Приправляем мускатным орехом и чёрным перцем. Помешиваем (постоянно. Ни на что не отвлекаясь. Нет, в телефон тоже нельзя смотреть). Ждём, пока всё расплавится. Ждём. Ждём… Готово!

Перебрасываем сосуд на горелку. Вооружаемся вилками, цепляем ломтики, макаем. Помните об этикете.

Фондю едят только в компании. Запрещается срывать кусочки с чужих вилок. Это порицаемый метод. Но если кто-то сам уронил, а вы подцепили, тут уже ничего не поделаешь. В конце концов, слово «фондю» переводится как «растаяло»!

Польша

Над Краковом выла сирена. Её заунывные причитания отскакивали от башенок Вавельского замка, путались в шпилях Мариацкого костёла, шли рябью по гигантской площади Главного рынка. Казалось, город вибрирует от страха перед неведомой угрозой. Впрочем, угроза известна и хорошо видна.

– Как прекрасен древний город королей в солнечную погоду, – зачитывает оператор Александр, перелистывая мокрые страницы съёмочного плана.

О, да. Я понимаю сарказм. И скепсис. Я не понимаю только, как снимать запланированную «прогулку по Старому городу», когда с неба тоннами рушится вода. Это даже не тропический ливень, нет, всё гораздо хуже. Похоже, будто над городом королей опрокинули огромный котёл с влагой и пузырьками. Не дождь, а вертикальная река.

– Знаменитые краковские дрожки, запряжённые парой лошадей, – лучший способ прокатиться по узким средневековым улочкам, – продолжает изучать сценарный план оператор Александр.

На наших глазах упомянутые улочки превращаются в горные ручьи. Сейчас по ним можно кататься разве что на келпи – мифических водяных лошадках из средневековых бестиариев, которые известны тем, что увлекают пассажиров прямо в пучину.