Григорий Лапшин - Автостопом через Африку Страница 86

15-го и 16-го декабря я лечился от малярии. Уколы делали два раза в день, утром и вечером. Очень болезненные, а значит надежные. После уколов примерно полчаса кружится голова, но даже это не мешало мне ездить через весь город автостопом.

Большинству машин в столице лениво останавливаться из общего потока, поэтому эффективнее запрыгивать в кузовные легковушки на перекрестках. Зная направление потоков на центральных магистралях Лусаки, у меня получалось добираться с юго-западной до северовосточной окраины всего с одной пересадкой.

Скачал из интернет рассказ Владимира Динеца про Латинскую Америку и читал с экрана.

Выходило, что Южная Америка очень интересная, но чтобы там куда-то отъехать от основной трассы «Панамерикана хайвей», то нужно либо много времени, либо много денег чтобы нанимать лодку, для посещения самого высокого в мире водопада, например.

Размышляя о прочитанном, заметил, что у меня уже произошло «перенасыщение впечатлениями» и сейчас, в центре Африки, я склонялся к мысли, что для осмотра Америки нужно организовывать отдельную экспедицию и разнести две части кругосветки на несколько месяцев или даже на год.

К тому же, виза ЮАР, не говоря уже об американских визах — были для нас все еще в мечтах. По понятным причинам, Олег и Сергей и в Мапуту не достигли счастья в тамошнем посольстве ЮАР.

Тем временем, у доктора Никишаева нашелся друг, гражданин ЮАР, у которого, к тому же, русская жена. Ему рассказали о наших трудностях. «О! Нет проблем! Я прямо завтра пойду в свое посольство и напишу приглашение для этих замечательных ребят!» — Сказал этот человек и попросил наши паспортные данные. Я распечатал ему на компьютере необходимые данные на все восемь человек.

На следующий день, доктор при мне звонит своему другу, долго слушает трубку и хмуро сообщает печальные известия:

— Очень странно. Мой друг человек не из пугливых. Но когда он сходил в свое посольство, то его так напугали, что он вообще не хочет больше разговаривать на эту тему.

— Что же такого страшного ему про нас сказали?

— Ну, что вы — русская мафия. Что если он вас пригласит, то потом сядет в тюрьму и лишится всех своих денег…

— Какой ужас! Откуда они это взяли?

— Говорят, такой факс пришел из московского посольства ЮАР.

— Может быть мне встретиться с ним и попробовать переубедить?

— Нет-нет. Он даже встречаться с вами боится теперь, я ему уже предлагал…

…..

В полдень поехал в город Ливингстон, чтобы посмотреть знаменитый водопад «Виктория»

на реке Замбези. Из Лусаки на юг, 60 километров замечательной скоростной магистрали.

Первые 25 километров подвезли солдаты, в кузове у которых стояло специальное кресло для пассажира.

Выбрал позицию с плавным правым поворотом (голосовать в этом полушарии нужно левой рукой) и удивился скудности потока. В каждую сторону было по две полосы движения и по ним проезжала всего одна машина в 10 минут. Длинные дальнобойные грузовики с белыми водителями из ЮАР останавливаться не желали. До поселка Kafue в 55-ти км. от Лусаки, подвезла на легковой машине индийская семья. Муж говорил по-английски, а жена и дочка, с одинаковыми точками на лбу, только широко улыбались и угощали орешками.

Когда покупал в магазине при АЗС хлеб, познакомился с двумя мототуристами из Парижа.

Парень и девушка ездили на двух мощных мотоциклах по странам южной Африки, прилетев в Йоханнесбург самолетом. Ночевали в кемпингах или дешевых мотелях.

Только вышел загород, как подобрала еще одна легковая машина (а они в Африке довольно редки!) «Toyota Mark-II» с магнитолой и кондиционером. Граждане Зимбабве ехали в сам Ливингстон (473 км от столицы). По пути я рассказывал им про кругосветное путешествие автостопом, угощал индийскими орешками, давал читать «мудрейшую грамоту» и вообще, как мне казалось, наладил самый лучший контакт.

В городе Mazabuka заехали на заправку.

— Ну, путешественник, давай деньги на бензин. — Заявил мне водитель даже не моргнув глазом.

— Да вы что?! Я же вам сказал при посадке «сколько по пути», только что объяснил, что я путешествую не за деньги, а только «бесплатным подвозом»…

— Мы тебя везем, а ты покупаешь бензин. — Невозмутимо констатировал водитель.

— Да здесь бензин столько стоит, что я на эти деньги два месяца жить могу!

— Все равно, ты должен заплатить! — Как будто я ему обещал, а теперь увиливаю о расплаты.

— Я ничего вам не должен. Вот что: или вы меня везете бесплатно, или я высаживаюсь здесь и дальше поедете одни!

— Хорошо. Выходи.

Мне выдали из багажника рюкзак и жадная семейка уехала в Ливингстон без меня.

В воскресенье закрыты все супермаркеты. Иду пешком через город, увидел кафе с большой вывеской «NATASHA». Неужели здесь русские люди? Поспешил зайти. Под громкую музыку черные парни играют в бильярд. Кричу на ухо официантке: «Где Наташа?» Не понимает.

«Наташа — русское имя!» Подумала и кричит мне в ответ «Да, Наташа — красивое имя». Вскоре выяснилось, что никаких русских здесь нет и не было, просто им название такое понравилось.

Стоя у кафе, размышляю о замбийском таксизме и словообразовании.

Неожиданно останавливается «Тойота», уже полная платных пассажиров. Я был начеку и сразу предупредил об отсутствии оплаты. «Да какие деньги! Ты что? Залезай в кузов, двигай остальных, до Monze (62 км.) бесплатно довезу!»

«Вот так автостоп! — Продолжил рассуждать, сидя в кузове быстро мчащейся машины — Богатые водители просят денег, а таксисты везут бесплатно!»

На выезде из Мозе около десяти машин вообще не остановилось, наконец застопился-таки длинный ЮАРовский грузовик, он меня уже дважды обгонял сегодня. Подбегаю к высокой кабине:

— Добрый день! Вы едете в ЮАР?

— Да. А ты?

— Я путешественник из России. Путешествую как раз от Москвы до Кейптауна, автостопом.

— Великолепно!

— Подвезите меня по трассе, я сейчас в Ливингстон еду, это как раз по пути!

— А сколько ты мне заплатишь?

— ?! …!!!! …. Это что, разве этот грузовик такси?!

— Нет, но ты мне должен заплатить…

— Да пошел ты! А еще водитель грузовика! — В сердцах я захлопнул дверцу кабины так сильно, что чуть не прищемил нос водителю.

Подумать только: «Белый водитель, дальнобойщик, из самой богатой страны Африки… и просит деньги с автостопщика за 300 км подвоза прямо по трассе. Да у нас в России его другие водители бы позором заклеймили!»

Только через час подсел в дребезжащую «Тойоту», на этот раз — в закрытый кузов. За рулем сидел грек, а рядом с ним черная девушка. Дорога в Choma оказалась разбитая, а один участок в 30 км, вообще грунтовкой.

Впрочем, к тому времени, когда Вы читаете эти строки, его, наверное, уже заасфальтировали.

В 17–30 заехали в Чома, в гости к девушке. Угостили чаем с бутербродами.

Грек предложил мне заехать в гостиницу, где он жил уже месяц, работая по заказу какой-то электрокомпании.

«CHOMA-HOTEL» был самым современным зданием в поселке. Парадный вход светился неоновой иллюминацией, позади отеля, на просторном дворе — стоянка для автомобилей постояльцев. Греческий электрик поговорил с менеджером и мне разрешили бесплатно поставить палатку, на одну ночь, на газоне позади отеля. Но сначала я поднялся в номер к греку, чтобы воспользоваться ванной.

— Вот здесь горячий душ, вот полотенце. Пока помойся, а я пойду позову своего друга из соседнего номера.

— Зачем?

— Он работал некоторое время с русскими и ему будет очень приятно поговорить с тобой.

— Он знает русский язык?

— Чуть-чуть. Он тоже из Греции, не из России.

Через полчаса в комнату влетает радостный друг. Обращаюсь к нему по-английски:

— Добрый вечер. Наш друг сказал мне, что ты немного знаешь русский язык?

— О да! ########[email protected]@@@@&&&&&! Правильно? — Человек гордо выложил весь свой запас «великорусских» слов.

— Ну… не то чтобы совсем не правильно. Но …это единственные слова, которые ты узнал общаясь с русскими?

— Да. Больше ничего не запомнил. Но разве этого недостаточно?

— Ну, как тебе сказать. Для того чтобы работать с русскими электриками, может быть и достаточно. Но лучше не употребляй их в официальной обстановке, а то выйдет конфуз.

Забираясь вечером в палатку, вспоминал строчки из песни Высоцкого: «Проникновение наше по планете, особенно заметно вдалеке. В общественном французском туалете есть надписи на русском языке.» Ведь простодушный грек не виноват в том, что не выучил ни одного печатного слова — просто мои земляки, с которыми он работал, слишком мало этих печатных слов употребляли.

Тогда я еще не знал, что через пару дней я получу подтверждение этой теории.