Рогачевский узел. От обороны к наступлению - Василий Карасев Страница 60

Совсем другое войско престало перед нами после отхода немецкой части. Последними отходили и держали оборону финны. Озлобленные и жестокие, грязные и вшивые. Эти оборванные рыжие солдаты жгли деревни. В соседнем Аревском сожгли 30 домов, говорили, что сожженные Нечаево и Чешково – дело их рук.

Выход группы Хетагурова на дальние подступы к г. Клин. Боевые действия 9-11 декабря 1941 г.

После того как враг отступил в деревне и на поле перед д. Пруды остались лежать погибшие красноармейцы, более 20 человек. Их захоронили в деревне, но после войны перенесли в братскую могилу у Богданова. Трупы оккупантов зарыли в окопах.

Весной 1942 г. мы, молодые девчонки, работали на колхозном поле. После трудного дня пошли помыть руки и ноги в речушке Лбовке. Недалеко от деревянного мостика, который вел к латышским хуторам, мы спустились к воде. И здесь случайно обнаружили труп красноармейца. Солдат высокого роста, погибший еще зимой, лежал наполовину в ручье. Кисти рук его были оголены до костей, морозы и вода смыли его плоть. Выкопав могилу, мы захоронили его на склоне у речушки…».

Свидетельница утверждает, что это захоронение не переносилось, но попытки найти его весной 2011 г. окончились неудачей. К сожалению, это типично для одиночных могил. Несмотря на ограниченное пространство, после исчезновения прежних ориентиров обнаружить их практически невозможно.

Большой проблемой немцев 9 декабря оставалось снабжение боеприпасами. Когда удалось восстановить связь с корпусом, туда первым делом было направлено сообщение о давлении противника на передовую оборонительную позицию и тяжелое положение со снабжением. В конце концов, было получено обещание подать боеприпасы в Воронино или Слободку[447]. При этом пехотные боеприпасы должны были сбрасываться с транспортных самолетов[448]. Организация приема боеприпасов и их распределение были поручены командиру 14-го саперного батальона. В 15.30 командир транспорта доложил о выдвижении боеприпасов и горючего.

Ранним утром начались атаки советских частей на Богданово. В 5.50 «11-й пехотный полк докладывает: враг вторгся в западную часть Богданова, проводится контратака»[449]. В 6.15 Богданово снова «сильно атакуется с севера и северо-востока. 2-й батальон 11-го пп (мот) пытается держаться»[450].

Одновременно 53-й пехотный полк доложил, что его форпост между Чернеево и Нечаево отступил.

Командир 14-й моторизованной дивизии во время переговоров со штабом корпуса выразил серьезную обеспокоенность за исход боев 9 декабря. «Состояние войск вызывает тревогу. Вражеские атаки будут продолжаться, русские имеют большой перевес сил, части испытывают общую нервозность. Все части уже не в полной боевой готовности. Командир просит передать командиру корпуса это свое общее впечатление. Отвод 2-го батальона 11-го пп (мот.) 8.12 вечером имеет, по мнению Ia, отрицательное влияние, которое вследствие успешного вклинения противника в западную часть Богданово не может быть снова устранено»[451].

В 8.50 «командир 11-го пп (мот.) докладывает, что противник на широком фронте с обеих сторон атакует Софрыгино, части полка в Богданово должны очистить населенный пункт»[452].

В 9.36 «командир 53-го пп (мот.) докладывает по телефону, что при Нечаево небезопасно. Сильный шум боя слышен севернее Новой Деревни, где предполагается враг. Противник наступает от Богданово на Чернеево»[453].

Это были 56-й и 70-й полки 24-й кавалерийской дивизии, отправленные в обход противника справа по направлению Чернеево – Красильня. Находясь во втором эшелоне конной группы, дивизия должна была нанести удар из-за правого фланга 97-го кавалерийского полка 18-й кавалерийской дивизии и содействовать ему в овладении Воронино. 18-й полк 24-й кавалерийской дивизии двигался во втором эшелоне через Починок.

Такую задачу поставил 24-й кавалерийской дивизии генерал-майор Иванов, который получил под свое командование всю кавалерию группы Хетагурова. Боевое распоряжение он отдал в 7.30 утра. Согласно этому приказу, 97-му кавалерийскому полку предстояло преследовать противника в направлении Нечаево, Петровка, Новая Деревня, Слобода, совхоз Клинский и отрезать его отход по шоссе. 135-й кавалерийский полк должен был преследовать противника одним эскадроном по шоссе, а остальными – левее 97-го с задачей окружения и уничтожения.

Памятник на братской могиле в окрестностях д. Богданово.

Подобное распоряжение никак не соответствовало сложившейся обстановке, поскольку исходило из несостоявшегося факта ухода немцев из Богданова и Нечаева.

Приступив к выполнению приказа, командир 24-й кавалерийской дивизии быстро понял эту ошибку и выразил тревогу по поводу истинного положения дел. В донесении от 10.00 он сообщает:

«1. Мотопехота с танками обороняет рубеж ЧЕРНЕЕВО, НЕЧАЕВО, выс. 155, 6, тесня наши части в направлении Б ОГ ДАН ОВО…

3. Сосед слева стрелковая часть 348 СД отходит с рубежа БОГДАНОВО в северо-восточном и восточном направлениях.

Перегруппировкой 18 КД создана угроза прорыва пр-ка в направлении БОГДАНОВО, РОГАЧЕВО»[454].

Танками здесь могли быть только самоходные штурмовые орудия немецкой 660-й батареи, которая ранним утром была подчинена 11-му пехотному полку[455].

Упомянутый полк направил донесение в штаб 14-й моторизованный дивизии и доложил, что «атака врага отражена. Противник проникает своими отрядами на юг, перед фронтом 11-го пп (мот.) в направлении 7-й тд. Перед фронтом 11-го пп (мот.) сейчас спокойно»[456].

Как видим, сообщения обеих сторон о боях в окрестностях Богданово весьма противоречивы. Похоже, имели место ограниченные по времени и глубине контратаки немецких войск, о которых они сами ничего не пишут. Возможно, в одной из таких контратак было захвачено Софрыгино, или его часть. Потом наши войска его вернули и смогли вновь отчитаться в освобождении населенного пункта. По-видимому, об этих эпизодах идет речь в донесении Хетагурова, направленном в адрес командующего 30-й армией:

«По взятии Рогачева противник с утра 9.12.41 оказывал упорное сопротивление Нечаево – Михалево. Несколько потеснил правый фланг 348 сд. Положение восстановлено. Нечаево – Михалево к исходу дня взяты. Продолжаю наступление Петровка – Покровское и далее на запад…

Особенно беспокоит меня группировка противника Синьково – Зверково на участке 1-й армии. Считаю, что удар им наносится с левым флангом неверно. Надо было бить правым флангом, и успех был бы обеспечен. Мы им освободили Бунятино – Подвязново и следовало бы это использовать ударом с севера.

Своим топтанием они угрожают левому флангу. Прикрытие у меня есть, но мало. Следовало бы помочь мне обеспечить прочно свой фланг или действиями 1-й армии, или пусть выбрасывают специальный отряд по охране и обеспечинию Рогачева.

Снабжение 348 сд (продовольствие и т. д.) плохое. Средств нет, продукты на исходе. Прошу распоряжения зам. по тылу. О срочной заброске продуктов и боеприпасов для 348 сд. Так же