Москва дипломатическая. Танцы, теннис, политика, бридж, интимные приемы, «пиджаки» против «фраков», дипломатическая контркультура… - Оксана Юрьевна Захарова Страница 42

В 1960 году Никита Сергеевич Хрущев решил лично возглавить советскую делегацию, отправившуюся в Нью-Йорк для участия в работе Генеральной Ассамблеи ООН.

Узнав о поездке Хрущева, лидеры соцстран также возглавили свои делегации. В начале сентября из Калининграда стартовал так называемый «Рейс мира». Вместе с Хрущевым на борту теплохода «Балтика» находились Янош Кадар, Тодор Живков, Антонин Новотный, Владислав Гомулка.

В этом же рейсе участвовали руководители Украины и Белоруссии — Николай Подгорный и Кирилл Мазуров.

Прибыв в Нью-Йорк, Хрущев решил, что, как и на советских партийных съездах, он должен посещать все заседания сессии, в то время как, согласно установившейся традиции, главы государств и правительств появляются в зале заседаний лишь в день своего выступления. Переубедить Хрущева не удалось даже министру иностранных дел СССР А.А. Громыко. Никита Сергеевич рвался во время заседаний к трибуне, чтобы «раскрыть всем глаза на то, что происходит в мире». Наконец ему предоставили слово. Речь советского лидера длилась более двух часов. В ней, в частности, прозвучали предложения о ликвидации колониализма, об учреждении «тройки» вместо поста одного Генерального секретаря ООН.

Во время выступления Хрущев, взяв стакан боржоми, отпивал из него и советовал попробовать всем присутствующим. В ходе общей дискуссии многие ораторы говорили о том, что кроме колониализма существует и другой вид угнетения, а именно — навязанный СССР странам Восточной Европы политический строй. Хрущев с трудом сдерживал свои эмоции. После слов одного из выступавших о «кровавых действиях Советского Союза» в Венгрии в 1956 году лидер Советского государства стал с места громко возражать выступавшим. Микрофонов перед делегатами тогда не устанавливали. Хрущев кричал, но синхронные переводчики его не слышали.

Премьер-министр Англии Макмиллан, когда Хрущев стал снова что-то выкрикивать, прервал свое выступление и сказал: «Хоть бы мне кто-нибудь его перевел, что ли…»[347] Но в отличие от премьер-министра Англии представитель Филиппин, говоривший о событиях в Венгрии, об аннексии Прибалтийских республик, старался не обращать внимания на Хрущева. Тогда советский лидер начал барабанить кулаками по столу. Не нужно говорить о том, что в ООН подобное поведение не принято. Правила процедуры разрешают в ходе дискуссии брать слово для ответа на выступление оратора или по порядку ведения, если докладчик говорит не по теме или нарушает регламент. В этом случае председатель прерывает оратора и дает слово для процедурного возражения. «Громыко все же сумел в какой-то момент объяснить Хрущеву, что тот может перебить оратора и взять слово по порядку ведения.

— Ах, все-таки имею право перебить? Очень хорошо! — обрадовался Никита Сергеевич и поднял вверх табличку с названием своей страны»[348].

Филиппинец, прервавший свою речь по просьбе председателя, сошел с трибуны. После того как стало ясно, что Хрущев не собирается говорить о порядке ведения заседания, председатель сессии ирландец Фредерик Боланд перебил его, но Хрущев успел к этому моменту высказаться об американских «марионетках» на Филиппинах, а про оратора сказал: «Не знаю, может, он сам по себе и неплохой человек, но ясно, что он выполняет волю своих заокеанских хозяев»[349].

На следующий день представитель Филиппин попросил на заседании воспользоваться своим правом на ответ и отстоял свою честь и достоинство. В тот же день с трибуны ООН продолжали звучать заявления, которые Хрущев воспринимал как выпады против коммунизма, Советского Союза и социалистической системы в целом. Протестуя, он продолжал стучать кулаками по столу[350]. Но в какой-то момент он снял с ноги ботинок и начал стучать им. Известный советский переводчик В.М. Суходрев, находившийся в тот день в зале заседаний ООН, отмечает в своих воспоминаниях, что «это был не совсем ботинок, хотя так его потом называли во всех газетах мира, а, скорее, башмак, что-то вроде сандалии с несколькими ремешками на носке. Тупоносую, коричневого цвета обувь Хрущев тогда любил носить в теплую погоду. Когда он начал колотить башмаком по столу, мне стало дурно. Думаю, не только мне»[351]. Виктор Михайлович Суходрев был прав, в своих воспоминаниях Хрущев пишет, что Неру не очень одобрил этот поступок. Свои действия советский лидер оправдывал тем, что в зале находилась делегация франкистской Испании. Перед отъездом из Москвы деятель испанского международного движения Долорес Ибаррури, находившаяся в эмиграции в СССР, обратилась к нему с просьбой «разоблачить франкистов». И вот после выступления министра иностранных дел Испании, выполняя эту просьбу, Никита Сергеевич стал выкрикивать слова против Франко, а для большей убедительности — стучать ботинком по столу.

Но апофеозом скандала в этот день стала речь Хрущева, в которой он кричал, что «придет время, и народ Испании поднимется и свергнет кровавый режим!» (режим Франко. — Авт.)[352]

По законам парламентаризма, это явное оскорбление. Франко являлся главой государства — члена ООН. Председатель сессии безуспешно пытался лишить Хрущева слова, но у него не было наушников, через которые поступает синхронный перевод, и английскую речь Боланда он не понимал.

Находившийся в этот день в зале заседаний ООН В.М. Суходрев дает следующее описание последовавших затем событий: «Догадываясь, что председатель пытается его урезонить, он (Н.С. Хрущев. — Авт.) обернулся к нему и стал обличать уже Боланда:

— Ах вот как?! И вы, председатель, тоже поддерживаете этого мерзкого холуя империализма и фашизма?! Так вот я вам скажу: придет время, и народ Ирландии свергнет таких, как вы, прислужников империализма!

Ирландцы — народ эмоциональный и горячий. Боланд, услышав выпады теперь уже в свой адрес, стал пунцовым и закричал:

— Вы нарушаете уже все правила! Я лишаю вас слова и закрываю заседание!»[353]

После этих слов Боланд сильно ударил председательским молотком по деревянной подставке. Молоток треснул, его головка полетела в зал.

Хрущев продолжал кричать, но его никто не слышал, так как микрофон отключили. После того как Боланд покинул зал, Хрущев возвратился на свое место.

Головка молотка стала музейным экспонатом в здании на Ист-Ривер. Председателю норвежцы подарили новый молоток из черной породы дерева, покрытого орнаментами времен викингов.

С помощью протокола нередко демонстрируется характер отношений между государствами. В.В. Карягин вспоминал, что, будучи заместителем заведующего Протокольным отделом МИД СССР, в 1963 году был делегирован для встречи А. Гарримана, занимавшего в то время должность заместителя государственного секретаря. Гарриман во время войны был американским послом в СССР и выполнял